Но в этой цепочке всё не так. Гамлет дальше прошёл. А пройти дальше — это, среди прочего, понять тему двух смертей, обычной и палеонтологической. Действительно ищущий обязательно постарается эту тему с кем-нибудь обсудить — желательно с человеком более старшим и на эту тему уже рассуждавшим. И Гамлет отправляется на кладбище. На кладбище в Эльсиноре, поскольку это столица, работают, возможно, несколько бригад могильщиков. Тогда до разговора с Первым могильщиком Гамлет уже поговорил с другими могильщиками. Или просто на них посмотрел, оценивая их по тому, увеличивается ли у него, Гамлета, рядом с ними умственный потенциал или нет. Самого себя оценить непросто, поэтому есть смысл прихватить с собой человека, которого хорошо знаешь и по реакциям которого легче определить, что с тобой самим происходит. Гамлет прихватил с собой Горация.

Приход принца на кладбище или в его окрестности, причём приход почти в одиночестве, без положенной принцу свиты сопровождающих, — это для кладбища событие. И для могильщика, по духовному званию среди других могильщиков старшего, в особенности. Такие вещи предчувствуются и к ним готовятся. В подготовке главное — это приготовление себя.

С этой целью Первый могильщик берёт с собой копать могилу Второго могильщика — и с ним философствует. Ситуация беспроигрышная. Если Второй могильщик поймёт хоть что-то о двух видах смертей, на которые Первый прозрачно намекает, то его, Второго, можно оставить для образования коллективного разума с участием Гамлета. Присутствие Второго облегчит Гамлету продвижение. Облегчит по принципу «сотой обезьяны». Ежели Второй могильщик понимать новое ведение откажется, то его можно отослать за пивом или сидром, тот моментально уйдёт, и с Гамлетом можно будет поговорить, что называется, в более узком кругу. Из того, что Второй упёрся, не следует, что Первый проиграл. В процессе объяснения Второму могильщику Первый могильщик обязательно поймёт тему лучше, чем прежде. Во-первых, мобилизация. Во-вторых, усиление мысли у Первого могильщика произойдёт из-за контакта с приближающимся Гамлетом, пусть и удалённого контакта. Что до Второго могильщика, то он нужен был для того, чтобы было легче оперировать словами. Ведь мысль — это слово. Объясняя другим, пусть и безрезультатно для слушателя, начинаешь понимать лучше сам.

Точно так же Гамлету полезен Гораций: объясняя Горацию тему, скажем, двух смертей, Гамлет лучше понимал её сам. А Гамлет, как только при участии Первого какую-то тему понял, тут же взялся объяснять её и Горацию. В частности, Гамлет говорит Горацию, что если человек живёт одной только биологической жизнью, то после смерти он становится не более чем глиной, годной только для изготовления затычки для винной бочки. Не более. Даже если ты Александр Македонский или кто-нибудь из римских цезарей. Произвели ли эти рассуждения впечатление на Горация неясно, но нам видно, что есть некая общность между Первым могильщиком и Гамлетом, — раз они занимаются одним и тем же и на одну тему.

А как так получилось, что появление праха Офелии у могилы совпало с появлением там Гамлета? Причём совпало настолько, что у читателя появляется соблазн полагать, что Гамлет пришёл только для того, чтобы поучаствовать в похоронах Офелии? Что первично: появление у могилы праха Офелии, а Гамлет лишь подтянулся, или, наоборот, Гамлет отправился туда на встречу с могильщиком, чтобы добрать недостающие штрихи для ясного понимания темы двух видов смерти и темы правильной мести, а самоубийца Офелия появилась там, чтобы воспрепятствовать этому как бы рождению свыше Гамлета?

Самоубийство всегда связано с разоблачением. А посвящение всегда связано с пониманием того, что тебе запрещали понимать разные элементы тёмной структуры. Разные — и мужчины, и женщины. Для мужчины наиболее удалённый объект для первичного понимания — это женщина. Поэтому очевидно, что для действительного понимания темы двух смертей для мужчины необходимо понять женщину, то есть надо разоблачить обманы женщин, по жизни тебя окружавших, которые не являются, так скажем, жрицами богини мудрости Афины.

Итак, сначала надо разоблачить пороки женщин в состоянии коллективного разума. Вне коллективного разума разоблачить не получится, поэтому мудрым может стать только товарищ. А вот предатель в этом секторе ведения навсегда остаётся идиотом, соответственно, и марионеткой. А как разоблачил и перестал быть марионеткой, почти немедленно начинаешь понимать и один из основных разделов жреческой палеонтологии — тему двух видов смертей. А там, глядишь, и тему палеонтологической мести освоишь.

Именно поэтому Первый могильщик, когда Гамлету до могилы оставалось сделать всего несколько шагов, запел не то странную песенку о девчонках, не то какой-то древний гимн. На тему, которая в силу его возраста и присущего данному возрасту опыта, его интересовать никак не могла.

Не чаял в молодые дни

Я в девушках души.

И думал, лишь пиздой они

Одной и хороши.

Повторимся, в силу возраста и мудрости Первого могильщика эта тема интересовать его в похабном смысле никак не могла. Очевидно, пел её Могильщик для достижения каких-то сакральных целей. К примеру, таким образом как- то укреплялся коллективный разум. То есть и для Гамлета тоже. Молодёжь, как правило, не видит, чем ещё девушка им может пригодиться. Чтобы понять, чем ещё, надо задуматься о четырёх жреческих коллегиях — и их взаимодействии между собой. Об их взаимной друг другу помощи. И что лучшие из женщин вхожи в четвёртую коллегию. Или в первую.

Гамлет у могилы оказался в состоянии коллективного разума такой силы, в котором он, возможно, никогда не бывал. Могильщик этот разум огромной мощи настроил, — возможно, думая о какой-нибудь жрице богини Афины, воды приносящей, а иначе подобный куплет посвящённому не исполнить, — и Гамлет прозрел! Усиленный коллективный разум, составленный из Первого могильщика, Гамлета, задумавшегося Горация и как бы присутствовавшей жрицы богини Афины. Все четыре коллегии.

Знание о четырёх коллегиях позволяет объяснить некоторое косноязычие Первого могильщика. Первый могильщик относиться должен к коллегии Акела, а это люди действия, а не осмысления и не умения объяснять. Ну, не умеют они объяснять! Так что некоторое косноязычие Первого могильщика говорит не о том, что он идиот и выпивоха, как то с готовностью думают массы, а просто из коллегии Акела. Сейчас увидим, что у свежеотрытой могилы был явлен недостающий элемент комплекса из четырёх коллегий, —если учитывать ещё и присутствие только нарождающегося Горация.

Итак, куплет, исполненный Первым могильщиком, — вовсе не просто так развлечение, как может показаться на первый взгляд, а уж скорее нечто вроде заклинания, вызывающее в круг общения эфирную жрицу. Конечно, это не магическое заклинание в представлении широких народных масс, Шекспиром не интересующихся, а уж скорее работа с подсознанием — и своим, и собравшихся для общения. В общем, здравствуй, дедушка Фрейд!

Как этому, так скажем, рождению свыше Гамлета могла воспрепятствовать Офелия? Возможностей у неё было немного. Пожалуй, максимум того, что она могла сделать, так это попытаться образно доказать Гамлету, что он умственно убогий. И этим враньём его обессилить. Доказать, что все его искания в теме смерти глупость. Нечто ненужное и незначимое, — вот, пожалуйста, посмотри, как она легко рассталась с жизнью. Значит, должен был сделать вывод Гамлет, жизнь и смерть — это пустяки. Но всё это обман палеонтологической убийцы, которой так и так, раз она настроена на Гамлета, чем дальше, тем больше её разоблачающего, суждено было покончить с собой. И она, ради убийства Гамлета, палеонтологического убийства, пошла на собственное самоубийство. Тем более, что ей как белому дракону безразлично, в какой земле лежать — на освящённом кладбище или вне его.

В «Гамлете» очень отчётливо показано, что в присутствии несколько косноязычного Первого могильщика Гамлет соображает несравнимо лучше, чем в ситуациях иных. В частности, Гамлет легко разоблачил Лаэрта. А потом, уйдяот могилы, то есть, покинув комплект из четырёх коллегий, засомневался.