Сделав глубокий, успокаивающий вдох, Делора направилась туда, откуда слышала шум, стараясь не шуметь, чтобы не наткнуться на то, чего видеть не стоит. В конце концов, Магнар мог есть какую-нибудь чертову гадость, насколько она знала.

Еще один выдох, на этот раз более глубокий и даже прерывистый, заставил её скорректировать путь. За ним последовало низкое фырканье. И тогда она нашла его.

Деревья здесь не росли густо, что позволяло лунному свету, пробивающемуся сквозь просветы в листве, отчетливо его видеть. Сферы Магнара были черными — знак того, что его «глаза» закрыты, а морда была обращена к небу. Сквозь приоткрытые клыки при каждом глубоком, частом выдохе вырывалось облачко пара. Он стоял на коленях, и поначалу ей показалось, что он просто… сидит там, ничего не делая.

Почему он…

Делоре потребовалось мгновение, чтобы осознать, что происходит. Когда до неё дошло, жар хлынул в щеки, разлился по груди и скопился внизу живота. Ей пришлось опереться о ствол дерева, когда колени задрожали. Ноги внезапно словно приросли к земле.

С того ракурса, где она стояла, было видно, что одна его рука покоится на колене, а другая крепко сжимает его массивный член. Она смотрела, как длинный ствол, выступающий между его бедер, ласкается его рукой; он медленно, словно не в силах сдержаться, толкался в собственный кулак. Он издал содрогающийся стон, от которого его голова слегка дернулась, прежде чем он затрясся.

О… мои… Боги.

Его четыре длинных щупальца, толстых у основания, извивались в воздухе, но его они не заботили. Он просто опустил кулак вниз, позволяя им обвиться вокруг руки, прежде чем снова потянуть вверх. Затем он потер странную головку с заметными бугорками по краям, которые были видны даже на расстоянии.

Её глаза следовали за каждым движением, его огромная ладонь обхватывала нечто такое, что она вряд ли смогла бы обхватить обеими своими руками. Зрелище было абсолютно эротичным: Магнар, мастурбирующий на фоне каскада лунного света. Она еще крепче вцепилась в ствол дерева, плотно сжав бедра.

Соски Делоры затвердели, невыносимо зудя под гладкой тканью рубашки. Внутренние стенки её лона затрепетали, когда Магнар издал тихий, полный наслаждения рык, и его бедра резко дернулись вперед в его руку, прежде чем снова вернуться к медленному ритму.

Часть её хотела присоединиться, проскользнув рукой между бедер, чтобы коснуться себя. Другая же хотела просто открыто наблюдать за этой великолепной сценой. Она закусила уголок рта.

Я хочу увидеть, как он кончит.

Она хотела стать свидетелем того, как из него вырвется фонтан семени густыми потоками. Она знала, что за этим последует чудесный звук. Стон, который будет рокочущим, нечеловеческим и неприкрытым. Её нутро снова сжалось от этой мысли, кончики пальцев начали пульсировать вместе со всем телом. Кровь кипела от возбуждения.

Он такой горячий. Интересно, пойдет ли от него пар? Сможет ли она увидеть это в таком холодном воздухе?

Его рога походили на грозные ветви за головой, когти поблескивали в лунном свете, клыки были обнажены, выпуская прерывистое дыхание, — такие острые и опасные. В этой позе он выглядел как чудовищный зверь, но в то же время — как дикий бог плодородия. Его член блестел от смазки, которая капала с костяшек его пальцев, шлепаясь на землю. Он был настолько возбужден, что она даже слышала влажные, хлюпающие звуки.

Она сжала подол рубашки, всерьез подумывая о том, чтобы запустить пальцы в свои складки, когда ей пришлось еще сильнее сжать бедра, чтобы унять пульсацию в клиторе. Затем показался его язык — он облизнул клыки, словно наслаждаясь этим, наслаждаясь прикосновением к себе.

Его сферы были черными. Он… представляет меня? Нас?

Его рука замерла на полпути, как раз в тот момент, когда сферы вспыхнули фиолетовым. Он резко повернул голову в её сторону. Делора вздрогнула, поняв, что её поймали.

Ей следовало догадаться, что он рано или поздно почует её здесь, а может, даже услышит её сбивчивое сердцебиение и неровное дыхание, но она была бессильна что-либо сделать — оставалось только смотреть. Она не хотела, чтобы он останавливался.

Она думала, что его сферы вспыхнут красновато-розовым от того, что его застали врасплох. Или, возможно, он отпрянет от неё в смущении. Вместо этого она услышала рычащее: «Делора», как раз в тот момент, когда его рука скользнула вниз, завершая движение.

Этот бас, этот рокот… Резонанс прошел от её ушей до самого нутра. Колени Делоры почти подогнулись, когда её лоно затрепетало в ответ; дрожь и покалывание захлестнули всё тело. Если бы Делора обладала способностью кончать без прикосновений, это был бы тот самый момент.

Он снова облизнул костяную морду, на этот раз его фиолетовый, полный вожделения взгляд был прикован к ней. Рука заработала быстрее — казалось, его возбуждало то, что она здесь, что он может видеть её реакцию. Тот жест языком был похож на приглашение, и она сделала шаг ближе, не раздумывая, без колебаний.

— Стой, — потребовал он, и его движения замерли. Он крепко сжал свой член прямо под головкой, заставляя его вздуться.

Куда делся её здравый смысл, она не знала. И ей было плевать. Как только в голове мелькнула мысль коснуться его блестящего ствола, заменить его руку своей, Делора больше не могла ни на чем сосредоточиться. Она замялась на секунду, повинуясь требованию, словно подсознание шептало, что подходить ближе — плохая затея, даже опасная, но ноги продолжали идти.

— Делора, — предупредил он на этот раз, но глубина его искаженного баритона лишь заставила её сильнее опьянеть от собственной нужды.

Мое имя из его уст звучит как грех.

Поскольку она подходила сбоку, Делора медленно переместилась так, чтобы оказаться прямо перед ним. То, как по-хищному его голова следовала за её движениями, заставило её облизать губы — во рту внезапно пересохло.

Чем ближе она подходила, тем отчетливее видела жемчужную каплю белой жидкости на самом кончике. Пока она приближалась, капля росла, пока не стало казаться, что она вот-вот сорвется и потечет по головке. Она не сводила с неё глаз, опускаясь на колени прямо перед ним и протягивая руки.

— Я могу сделать это за тебя, если хочешь.

Она хотела этого. Черт… нет, ей это было необходимо.

Она не оставила ему особого выбора, когда обе её ладони коснулись кончика массивной головки. Густая смазка и жар встретили её, но у неё не возникло никакого отвращения к этой жидкости, когда она почувствовала, как он твердеет и раздувается под её легким прикосновением.

Он издал дрожащий от наслаждения выдох, когда она накрыла ладонями головку и коснулась его кулака сразу за ней. Он держал так крепко, словно душил свой член; жидкость пузырилась между его костяшками. Когда её пальцы коснулись его руки, он отстранил её, словно подчиняясь её слабому давлению.

Она продолжала вести руками, хотя на самом деле не прилагала силы, пока они не дошли до середины. Он полностью отпустил себя, когда она обхватила ствол обеими руками. Она была права: он едва помещался в её ладонях, кончики пальцев едва касались друг друга.

Влажность и текстура встретили её чувствительные ладони, и она впитывала каждое ощущение. Глубокая бороздка, проходящая снизу по всей длине. Ряды бугорков по бокам и сверху. Множество вен, которые она чувствовала — они пульсировали так сильно. Они были толстыми, раздутыми, бешено качая кровь в плоть, которая на ощупь стала почти как камень.

Магнар издал сдавленный стон, его голова откинулась назад. Рука, которой он только что мастурбировал, поднялась и размазала смазку по её щеке и шее, а затем зарылась в её волосы, придерживая затылок. Его тело сотрясла глубокая дрожь, будто её прикосновение было невыносимым.

Ей пришлось приблизить лицо почти вплотную к кончику, когда её руки скользили вниз, ощущая каждый дюйм, который он мог предложить. Его щупальца обвились вокруг её предплечий, липкие и влажные, но она чувствовала лишь их тепло и ласковые касания, а не отвращение.