— Я добыл для тебя еще воды, — констатировал он, и она наконец зажмурилась просто для того, чтобы послушать его. Она не могла вспомнить, когда в последний раз кто-то говорил с ней так тихо, с такой нежной струйкой эмоций. — Остальное я использовал, когда мыл тебя раньше.

От этого она широко распахнула глаза, обожженная стыдом. В его тоне не было ни обвинения, ни насмешки, ни издевки, но Делора все равно почувствовала смущение.

Он начал двигаться по комнате, позволяя тусклому свету снаружи заполнить пространство, но это мало помогало его разглядеть. Он выглядел высоким, слишком высоким, когда ставил ведро, которое держал, на землю. Его спина затеняла его переднюю часть на фоне света, делая невозможным что-либо увидеть, кроме одной зеленой сферы, парящей там, где, как она думала, должно быть его лицо.

Это какой-то фонарь? Люди часто использовали огненные фонари, чтобы видеть в темноте.

— Как долго я здесь? — слабо спросила она.

Она нашла способ опереться на что-то, чтобы поддержать себя в вертикальном положении. Было жестко, хотя она ожидала подушку, чтобы смягчить ее слегка приподнятое положение в постели.

— Несколько дней.

Она не могла не заметить, что он продолжал стоять к ней спиной. Большинство людей к этому времени зажгли бы свечу, чтобы поговорить при свете, но он остался там, где был, присев на корточки рядом с ведром.

— Ты была очень сломана. Мне потребовалось время, чтобы исцелить тебя.

— Как я вообще выжила? — прошептала она, больше себе, чем ему. — Когда я ударилась о землю, я должна была… расплющиться.

Этого ли я хотела?

— Ты приземлилась на меня. Думаю, я смягчил твое падение и принял удар на себя.

Лицо Делоры побледнело.

— О боже, мне так жаль. — Ее ужас быстро исчез, и она нахмурила брови. — Как же ты тогда выжил?

— Я исцелился. Потом принес тебя в свой дом.

Исцелился? — подумала она. — Люди не могут исцеляться.

Ей хотелось, чтобы он повернулся, чтобы она могла его увидеть, хотя бы немного. Она хотела взглянуть на своего спасителя, узнать, так же ли он прекрасен, как его голос и запах.

— Ты ангел?

Ее сердце не забилось быстрее, как могло бы, будь она кем-то другим. Встреча с чем-то столь фантастическим, как ангел, должна была наполнить ее трепетом. Вместо этого она чувствовала холодную пустоту, которую ощущала, идя сюда.

Она хотела чувствовать трепет, чувствовать себя живой, чувствовать хоть что-то вместо той пустоты, которую ощущала теперь, когда больше не могла мучить Джетсона за всю ту боль, которую не смогла выплеснуть на Хадита. Она никогда не знала, что у нее есть такая злобная сторона. Она всегда делала то, что ей говорили, без жалоб.

— Я не знаю, что это такое, но я не ангел.

Не ангел. Он сказал, что она упала на него, а это значило, что он был внутри Покрова.

— Тогда ты Демон? — Страх не проник в нее. Быть съеденной означало исчезнуть, но ей не очень нравилась мысль о боли, которая придет первой. — Ты починил меня, чтобы съесть, когда мне станет лучше?

Может быть, так я буду вкуснее.

— Нет. — Слово было сказано мягко, но в нем таилась тьма. Это придало его голосу еще более глубокий бас, от которого у нее по коже побежали мурашки.

— Нет, ты не Демон? Или нет, ты не собираешься меня есть?

Он потянулся и прикрыл зеленый светящийся шар рукой, словно прятал его.

— И то, и другое.

— Кто ты тогда?

— Тот, кто не планирует причинить тебе вред, — ответил он. — Тебе не нужно бояться. Я помогу тебе почувствовать себя лучше.

— Кто ты? — нажала Делора тверже, ей не нравилось, что он уклоняется от ответа.

Луч света, проникающий внутрь, позволил ей увидеть, как он тяжело вздохнул, его плечи поднялись на глубоком вдохе, прежде чем звук вырвался из него.

— Я Мавка.

— Мавка? — Ее брови сошлись еще сильнее, а губы поджались. — Я никогда не слышала о Мавке.

— Это означает лесное существо. Так нас называют Демоны.

— А люди?

Он потянулся, чтобы взять что-то неглубокое с земли, и окунул это в ведро, затем протянул ей. Ей показалось, что она увидела блеск чего-то черного и гладкого, но, что более важно, острого на кончиках его пальцев, обхватывающих край миски.

Его рука была такой большой, что почти полностью поглотила ее нижнюю часть.

— Тебе следует пить больше воды. У меня все еще есть еда, которую ты не съела раньше.

Делора не знала, в чем она лежит, но у этого были невысокие стенки, словно она находилась в каком-то углублении, выстеленном мехами. Она поняла, что это не кровать. Она не знала, что это, но он был в ногах этого сооружения.

— Я слишком устала, чтобы тянуться так далеко.

Полная ложь.

Ну, она думала, что это может быть ложью, поскольку даже не попыталась. Она просто хотела, чтобы этот так называемый Мавка подошел ближе, чтобы она могла его увидеть.

Он наклонился в сторону и сократил расстояние лишь на несколько дюймов, отклоняясь назад. Она не взяла то, что он предлагал.

Когда он понял, что она не собирается этого делать, он отдернул руку и держал ее перед собой. Она подумала, что он, возможно, смотрит на миску с водой.

— Ты все еще слишком слаба, чтобы пить самой? — Он звучал разочарованным, возможно, даже немного встревоженным.

Делора вызывающе вскинула подбородок.

— Да.

Он оставался тихим и неподвижным, глядя на миску, в которой отражались зеленые огни.

Затем он издал еще один тяжелый вздох.

— Полагаю, другого выхода нет.

Он начал медленно приближаться; казалось, он полз на одной руке и обеих ногах. Что-то слегка цокало по земле при его движениях вместо топота ног или обуви. Он заслонил свет, загораживая ей обзор, когда приблизился к ней.

Был момент, когда ей показалось, что она видит рога на его голове. Ее губы приоткрылись в изумленном вздохе, когда она поняла, что эти зеленые огни вовсе не огни, а парят на его лице, как глаза.

Светящиеся сферы, которые подсвечивали лишенную плоти морду лисьего черепа.

— Ты…

Прежде чем она успела закончить предложение, он уже положил свою огромную ладонь на ее затылок и запрокинул ее голову назад, чтобы поднести миску к ее приоткрытым губам. Он влил содержимое ей в рот. Она глотала, чтобы не захлебнуться, широко раскрытыми глазами глядя на него снизу вверх.

Она вцепилась в рукав его рубашки; казалось, эти зеленые сферы смотрят прямо в ее душу, словно вглядываясь во все ее грехи.

— Ты Сумеречный Странник, — сумела выдохнуть Делора, когда он убрал миску, чтобы позволить ей вздохнуть.

Он прижал ее обратно после нескольких вдохов.

— Да. Так вы, люди, нас называете.

Делора крепко зажмурилась, когда вода потекла немного быстрее в этот раз, выплескиваясь изо рта и стекая на грудь. Она дернула его за рукав, и он отстранился.

Делора закашлялась, отпуская его и прижимая тыльную сторону ладони ко рту.

— Это было слишком быстро? — Он казался искренне озабоченным.

Мне следовало просто сделать это самой.

— Н-нет, все нормально.

Она была слишком напугана, чтобы ответить что-то другое.

— Я буду осторожнее, — предложил он, поднося миску обратно к ее губам.

Она отвернула голову настолько, насколько могла, пока его теплая рука все еще держала ее.

— Я больше не хочу.

Нет, вместо этого она хотела поглазеть на существо перед ней. Он не мог позволить ей понять, кто он такой, и не дать ей это осознать. Неудивительно, что он не решался показаться ей!

Конечно, он не был Демоном, но это, технически, было ничем не лучше. Он все равно был монстром, просто таким, у которого не было, черт возьми, лица!

Прямо на ее глазах его светящиеся сферы, парящие перед пустыми глазницами, стали красновато-розовыми.

— Я не хотел причинить тебе боль.

Он поставил миску ей на колени, и она поняла, что он пришел к выводу, что она больше не доверяет ему поить ее водой. Она уставилась на миску, видя свои голые ноги прямо под черной рубашкой на пуговицах, в которую была одета.