Его тон был твердым, когда он произнес:

— Любой человек, который перейдет ему дорогу, умрет быстро, Делора. — он поднял руку, чтобы придержать её голову и провести большим пальцем по щеке. Он был так осторожен со своим длинным острым когтем, стирая следы её слез. — Наш Фёдор — Мавка, к тому же голодный, а люди не знают, как нас убивать. Даже если его ранят, он вернется лишь сильнее, чем прежде. И с человечностью, дарованной теми, кого ему удастся съесть, прежде чем он поддастся инстинктам.

Она знала, что Фёдор силен, что он будет быстрым… но в безопасности? Это всё, что её волновало, и уверенность Магнара помогла унять часть её страхов. Теперь ей оставалось лишь справиться с болью от осознания того, что она будет скучать по собственному ребенку.

Делора прижалась к Магнару, повернув голову, чтобы наблюдать за Фёдором, который начал копать у основания дерева в поисках чего-то интересного, что унюхал. Она знала, что должна принять это. Каждая мать проходит через это в какой-то мере. И хотя это так, она знала, что здесь всё… иначе. Фёдор не был человеком, делающим первые шаги во взрослую жизнь, находя свой дом в деревне, если не решит уехать. Он был диким Сумеречным Странником. Тем, кто, как она видела… хотел уйти.

— Как думаешь, Фёдор будет скучать по нам? Помнить нас? — спросила она тихим голосом. Когда она не получила ответа, она подняла глаза, и её внимание заставило его сферы стать темно-синими. — Магнар?

— Я не хочу ранить твои чувства, Делора.

Он отвернулся, словно пытаясь спрятать лицо. Она знала, что он ненавидит то, что не может скрыть от неё свои эмоции. Меняющийся цвет глаз всегда выдавал его. Это была одна из многих черт, которые она находила в нем очаровательными.

— Не будет, да? — грустная улыбка коснулась её губ. — Думаю, мне так больше нравится.

Он снова повернулся к ней и склонил голову в вопросе.

— Правда?

— Да… Я не хочу, чтобы он грустил. — она снова перевела взгляд на Фёдора. — Я бы предпочла, чтобы он просто шел и был своим большим Сумеречным Странником, понятия не имея, кого или что он оставил позади. Просто надеюсь, что мы встретимся снова.

— Мы встретимся. — он прижал её к себе невероятно крепко. — Я встречал всех Мавок. Мы словно чувствуем друг друга и оказываемся рядом, не желая того. Фёдор найдет нас, или мы найдем его, когда будем на поверхности.

— Я всё еще считаю, что твоя идея отвести меня в человеческую деревню за припасами и подождать снаружи — очень умная, Магнар.

Он поднял руку лишь для того, чтобы на мгновение, неловко и смущенно, почесать самый кончик морды.

— Это не моя идея. Рея сказала, что хотела сделать это, когда тебя не было рядом.

— Так ты просто выдал это за свою идею?! — она игриво шлепнула его в грудь. — Как грубо!

Красновато-розовый цвет вспыхнул в его сферах, когда он покачал головой.

— Ну… ты же не спрашивала меня, откуда я взял эту идею.

— Не думаю, что я хочу, чтобы ты обретал еще больше человечности, Магнар. Ты становишься слишком хитрым. — она фыркнула, качая головой. — Такими темпами ты переплюнешь Орфея.

— Я… не знаю, что значит это выражение, но если это заставит Орфея бежать, то мне от этого легче.

Ему действительно не нравилось, что Орфей поддразнивает его. Как этот Сумеречный Странник мог заставить её почти хихикать, когда сердце так сильно болело?

— Делора, — сказал Магнар, касаясь уголка её челюсти, чтобы побудить посмотреть во двор.

Фёдор удалялся, уходя глубже в лес, почти скрываясь из виду. Её пульс участился, в груди всё дрожало, но чувство… самообладания омыло её. Она несколько дней знала, что он хочет уйти, и мысленно готовилась — даже если не хотела этого. Но это не помешало глазам наполниться слезами.

— Я… Думаю, я готова попрощаться.

— Но ты вот-вот снова заплачешь, — констатировал Магнар тоном, полным беспокойства о ней.

— Ничего страшного. — она поерзала ровно настолько, чтобы он отпустил её и позволил встать. Однако она протянула руку в его сторону, чувствуя, как щеки горят. — Но не мог бы ты… не мог бы ты взять меня за руку? Я не хочу делать это одна.

Её тревога и стресс тут же отступили, когда он вложил свою большую, теплую и надежную ладонь в её руку.

— Я пойду за тобой куда угодно, мой прекрасный ворон. — Магнар встал. — Тебе нужно лишь попросить.

Он наклонил свой массивный, возвышающийся торс ровно настолько, чтобы ей было удобнее держать его за руку.

Делора повела его в лес, и Магнар подстроился под её шаг, сгорбившись, чтобы они могли подойти к Фёдору вместе. Стоя на четвереньках, он поднял голову от земли, которую обнюхивал. Фёдор подошел поприветствовать их, и Делора подняла свободную руку, чтобы коснуться бока его кроличьего черепа.

— Ты меня немного напугал поначалу, когда появился в моей жизни, но я очень рада, что это случилось. — затем Делора прислонилась своим лбом к его и смотрела, как его сферы почернели в знак приветствия. — Я знаю, что буду очень сильно скучать по тебе, но всё в порядке. Я знаю, что ты хочешь уйти. Просто береги себя, ладно?

Она отступила назад и просто позволила слезам свободно течь, не стесняясь их. Она знала, что Магнар не осудит её за это, и не хотела притворяться, что ей не грустно. Быть уязвимой — это нормально.

Он сжал её руку, каким-то образом зная, что ей нужно напоминание о том, что он рядом, хотя не заметить его внушительное присутствие было трудно. Морда Фёдора слегка подпрыгнула, когда он понюхал воздух, подходя ближе, прежде чем лизнуть её в щеку. Делора издала смешок, наполненный одновременно юмором и болью.

— Однажды я встречу тебя снова и, надеюсь, ты обретешь достаточно человечности, чтобы я могла поговорить с тобой. — она сжала челюсти, когда голос начал дрожать, пытаясь мужественно договорить. Она прочистила горло и шмыгнула носом. — Я скажу тебе, что я твоя мама, что я очень сильно тебя люблю и что я была так счастлива, что ты родился.

Фёдор лишь склонил голову, глядя на неё и не понимая ни единого слова, слетавшего с её уст. Ей было всё равно. Она знала, что он, вероятно, ничего этого не запомнит, но крошечная часть её надеялась, что он хотя бы поймет послание, которое она пыталась донести.

— И… И тебе лучше позволить мне обнять тебя, Фёдор. Иначе я буду очень зла на тебя.

Она не знала, как на сердце может быть одновременно и тяжелее, и легче, но, по крайней мере, ей удалось попрощаться по-своему. Это было больше, чем получали многие другие в эти темные и наполненные Демонами времена.

Она перевела взгляд на Магнара. После того как она несколько мгновений смотрела на него, он наконец спросил:

— Я должен что-то сказать?

Её брови глубоко нахмурились.

— У тебя нет ничего, что ты хотел бы сказать ему?

Магнар почесал перья у себя на шее.

— Я не знаю, что я должен говорить или делать. — несмотря на это, он всё же поднял руку и просто… похлопал его по макушке, нежно постучав несколько раз, отчего череп Фёдора закачался. — Ты странный, и твое присутствие сбивало меня с толку. Но не позволяй духу пустоты забрать тебя, иначе я отправлюсь в загробный мир и отругаю тебя за это.

Затем он резко повернул голову к Делоре.

— Это ведь то, что делают отцы, верно? Они ругают своих детей?

— Откуда ты…

Делоре не потребовалось много времени, чтобы сложить два и два. Она закатила глаза. Должно быть, это Рея объяснила ему.

Покачав головой — странное поведение Магнара почему-то сделало этот момент для неё легче, — она вернула внимание к Фёдору. Она запечатлела сладкий маленький поцелуй между его пустыми глазницами, заполненными светящимися зелеными сферами, как у Магнара. Её ребенок был абсолютно не похож на неё, но она любила каждую его частичку.

— Будь хорошим Сумеречным Странником и расти сильным. И никому не позволяй себя обижать. — затем она развернула голову Фёдора к лесу, к Покрову, куда они медленно пробирались. — А теперь иди, пока я не передумала и не оставила тебя здесь навсегда.