— Я создан для подобных вещей. И с таким хозяинов как Всеволод, мне даже дела себе придумывать не нужно. Он ломает свою человеческую голову, чтобы придумать, чем бы сегодня поразвлечь великого Карающего Равеля. Его человеческая жизнь так коротка, пусть занимается. Я с любопытством принимаю вызовы, которые ставит передо мной этот честолюбивый человек. А вот мотивы некромантов мне действительно непонятны.
— Спрашивай, Равель. Откровенность за откровенность.
— Некроманты — существа не чистой природы. Сатаны — дети энергии хаоса, мы возникаем и осознаёмся, благодаря случайности, тем ценнее наша жизнь. Мы — создания мира. Люди тоже создания мира. Влекомые плотью, они плодятся и обретают собственные черты и характеры. Обречённые на страдания от рождения до смерти, люди прекрасны своими мимолётными вспышками гениальных идеи и ярких поступков. Я легко убиваю людей, прекращая их страдания. Я легко убиваю сатанов, они все мои конкуренты. Но некроманты… Уродливые создания, которых не порождал этот мир. Уничтожив свои прекрасные человеческие слабости они бродят в апатии и неудовлетворённости, будто гомункулы. Грязные выродки магии, направленной по порочному пути. Ни один некромант не сможет победить меня, Карающего Равеля. Псевдосила. Для меня куда лучше пасть от руки человека.
— Что скажешь, Левая стопа? — Маска Ацерома сложилась в улыбку.
Они уже достигли края воронки и теперь медленно спускались к самому её центру.
— Я была человеком до недавнего времени. — Ответила Майя, немного подумав. — Люди должны жить в мире людей, а не в том аду, что происходит вокруг. Когда мир вокруг — ад, самое правильное решение самому стать демоном.
— Вы не демоны. — Возразил Карающий. — Вы вбираете демонов в себя, пытаясь заполучить нашу силу, но не можете поглотить её полностью. Она питает вас, словно вечный аккумулятор, пытаясь компенсировать ту дыру, которая образовалась на месте того человеческого, что было раньше. Однажды ко мне попала любопытная книга. Сказка о Пиноккио, кукле, мечтающей стать человеком. Думаю, что пора бы написать другую книгу, сказку о человеке, мечтающем стать куклой. Думаю, что Карло Коллоди, человек, написавший ту книгу, расхохотался бы от подобной нелепости.
— Мы почти пришли, Карающий. Нормализатор находится вон там, прямо на дне воронки. У нас встреча. Он явится за девчонкой. По пути сюда я отдал все необходимые распоряжения. Уверен, что он будет сопротивляться. И будет ни один.
— Я уже сталкивался с ним и его шайкой. Для подошвы моего башмака не имеет значения сколько будет муравьёв, один или сотня. Все они будут растоптаны в одно мгновенье. И к тому же у меня есть вы двое, верно?
— Конечно, Равель. Можешь на нас рассчитывать.
Они подошли к арене, на которой не было ни одной пары сражающихся. В середине стоял воин в жёлтых доспехах, глядящий на прибывшую троицу. Он задумчиво перебирал цепь с гарпуном на конце. Лицо его было спрятано за шлемом.
— Они все смотрят на нас. — Равель окинул взглядом несколько уровней воронки. Тысячи глаз с интересом уставились на них, ожидая продолжения. — Прекрасно. Они приготовили мне засаду. Пойдём Ацером, я покажу тебе, что такое сила. Ты тоже смотри, Левая стопа. Смотри внимательно.
Он лёгким движением прыгнул на арену и двинулся в сторону рыцаря, взмахнув в воздухе посохом. Красные ленты в его чёрных волосах тоже пришли в движение под порывами магического ветра.
— Ты нормализатор? — Голос сатана изменился. Он стал низким и громким.
Рыцарь молчал, только цепь в воздухе раскручивалась всё сильнее.
— Я — нормализатор. — Прозвучал голос Евклида позади и вместе с этой фразой раздался удар колокола.
Арена завибрировала. Несколько десятков прозрачных плоских рук вырвались из-под земли прямо в том месте, где находился сатан Всеволода. Только сейчас Евклид заметил, что Недвижимый Самуэль — прозрачный сатан, не висит на лямке за спиной Ти-лая. Хитрый охотник спрятал его под землёй.
Вспыхнули защитные печати. В тот же момент загорелись и атакующие. На арену с разных ярусов спрыгивали сатаны, сковывая Равеля каждый своей собственной магией. Десяток человек. Ещё десяток. Целая армия наёмников.
Голова сатана развернулась на сто восемьдесят градусов, разглядывая Ацерома Недвижимого, точнее того, кто скрывался под его маской.
— Ты… — Выдавил из себя сатан. — Как? Я знаю Ацерома. Знаю его маску во всех подробностях. Шедевр механического искусства. Это она, я помню каждую вмятину и трещину на ней. Я произвёл сверку! — Последнее прозвучало с надрывом.
— Это настоящая маска, Карающий. Просто я убил Ацерома. Вместе вон с тем парнем, который удерживает тебя прямо сейчас. Самоуверенность затмила твой разум, Карающий Равель. Потому ты и умрёшь сегодня.
Прямо перед Евклидом приземлился Суетящийся демон в ледяной броне, а позади, прикрывая спину, Эннор. Всё её тело окутывал лёгкий белёсый дымок. Она поработала над своей защитой, как и обещала.
— Я прикончу тебя и всех тех выродков которых ты с собой притащил!
— Это вряд ли. Я щедро заплатил за то, чтобы ты сегодня не покинул эту арену, Равель. Один против нескольких десятков лучших наёмников Воронки. К моему удивлению, несколько человек согласились поучаствовать без оплаты. Ты и твои хозяева много кому насолили. Будь ты самим богом, тебе не уйти сегодня. Ты ответишь за наше бегство с Октомора.
— Ты… Мне велено привести тебя живым… Но я передумал… Хватит и твоей головы…
Рога на маске Равели стали прозрачными и гибкими, а сама она соскользнула с лица и ударилась о землю. Ленты на волосах, одна за другой, развязывались, высвобождая развивающиеся чёрные волосы.
— Евклид, назад! Он обращается!
— Отразится от поверхности гнев эха, низвергнутого разломом… Распахнись!
Тело сатаната стало зыбким и ленты рук прошли сквозь него, словно пальцы через воду. Часть удерживающих печатей всё ещё сохраняли форму Равеля, но большая часть её уже стекла на землю. За спиной Карающего пространство раскололось вертикальной трещиной, испуская на остатки тела сатана матово-чёрный свет.
— Убить его! — Взмахнул рукой Евклид и два десятка наёмников бросились в атаку.
Воздух закипел, температура в считанные секунды поднялась до сотни градусов, заставляя атакующих сбавить темп и позаботиться о собственной безопасности. Перед Евклидом возникла рука с сухими костлявыми пальцами, сотканная из полупрорачных чёрных нитей. Она попыталась раздавить его, но Эннор отбросила молодого человека в сторону, после чего произошло невероятное. Рука вновь повторила действие, накрывая навигатора второй такой же, будто тенью.
В этот раз на выручку пришёл Тимофей. Ледяная броня, стремительно расширившаяся внутри огромной ладони, треснула и начала крошиться, однако дала возможность синеволосому спасти Эннор и самому выскользнуть из смертельного захвата.
Из разлома за спиной Равеля одна за другой вылезали тени, похожие на хозяина. Часть из них оставалась защищать владельца, срывая окружающие его печати, а часть отправилась разбираться с нападающими.
Ти-лай рванулся вперёд, размахивая цепью, словно гигантской мельницей. В какой-то момент колокол, наконец, вырвался из-под земли, подброшенный заклинанием охотника. Цепь обернулась вокруг и Недвижимый прозрачной породы, обрёл привычное место за спиной у хозяина.
Тощая тень Равеля с огромным молотом на тонком древке появилась позади него и нанесла удар тяжёлым железным набалдашником. Ти-лай отразил его, но тут же вторая тень нанесла удар охотнику, который уже успел опустить руки. Ти-лая отбросило в сторону.
Евклид оглядел поле сражения. Тени лезли из разлома одна за другой, их количество неумолимо увеличивалось. Нападающих становилось всё больше. Пока они с успехом отражали подлые «двойные удары», но время работало на Равеля.
Молодой человек поднял руку с выпрямленными указательным и средним пальцем, а после направил её на сатана. Это был условный сигнал, чтобы не задеть своих. На пути вытянутой руки образовался коридор без людей:
