Всеволод воздел руки, призывая к аплодисментам, но аплодисментов не последовало. Каждый сидящий в зале переваривал полученную информацию в разрезе своего личного положения.

Владыка продолжил:

На кубке имеется вся необходимая информация о способах совмещения предметов, это нам сильно помогло. Но вот об их местоположении нам, к сожалению, ничего не известно. Но сила нашего совета как раз в том, что мы бродим по всем уголкам Хаосума независимо друг от друга. И теперь мы знаем, что искать. Теперь мы можем постараться совместить все эти предметы. Кубок у нас, по выкупу Мантии ведутся переговоры. Пояс у нормализатора и мы найдём его с помощью господина Ацерома. Эти три предмета, возможно, позволят очистить от тварей снаружи пузырь размером с целую Юдоль. А оставшиеся четыре предмета дадут власть над всем Хаосумом!

Моё послание, которое завершит первую часть нашего мероприятия: давайте найдём все семь предметов. Вместе. Пусть каждый из вас знает: каждый такой предмет — ваша индульгенция в Нулевой земле. За любой артефакт Апостола Ноль, мы простим вам убийство, предательство, всё что угодно! Вы всегда будете желанными гостями моей колонны, да и всей Нулевой Земли в целом. Подумайте об этом.

— У меня есть вопрос, Всеволод. — Из одной из кабинок послышался насмешливый голос. — Владыки двух других колонн, семья Гальхейм и Сот-Рех в курсе этой информации?

— «Гальхейм ведёт и мы следуем», — послышался голос из темноты.

— «Сломлен, значит мёртв», — присоединился к нему ещё один голос.

Два девиза прозвучали, а значит все три самых могущественных семьи Нулевой Земли находились в зале. Задавший вопрос некромант удовлетворённо кивнул и откинулся на спинку кресла.

— У меня тоже вопросик имеется. Моё имя Калегар Веющий. Я новый человек на этом совете и хочу представиться по всем правилам. Будучи Правой стопой своего усопшего господина, я не один год преданно служил ему, но пришло время мне самому встать во главе пузыря. Я казнил его, четвертовав на глазах всей своей территории. Было весело. Теперь я официально коронован и властвую.

— Рад, что вы с нами Калегар. — Кивнул Всеволод. — Коронован, значит мы прислушиваемся. — Говори. На совете у каждого есть право слова.

— Вот сижу я тут сижу и невдомёк мне на кой-чёрт мне тащить эти крылья и тапки вам? Разве, найдя всё это, не вернее для меня будет расширить свою собственную территорию?

Всеволод сделал едва заметный жест и проектор выключили.

— Справедливое замечание, любезный Калегар. Сейчас, когда вы, позволю себе так выразиться, опьянены властью, вам всё по плечу. Но путь Оккику — путь одиночек. Это непростой путь, да Эздар? Иногда вы можете оказаться в затруднительном положении: потеря власти, нехватка силы, бунт на территории… Всем нужны союзники. А такой могущественный союзник как я, тем более. Здесь на совете, мы лишь обмениваемся информацией, синхронизируем цели, делимся проблемами, которые легче решать сообща. Вы вполне можете самостоятельно поймать нормализатора, вытрясти из него аксиомы, пояс, а затем собрать Апостол Ноль. Мы никого не заставляем. Свобода — вот ценность, которую мы здесь культивируем. Но и мы в свою очередь, вольны делать то, что захотим.

— Тогда позвольте мне покинуть вас прямо сейчас? У меня много дел. Мой предшественник ходил на все эти ваши советы и где он сейчас? Я скажу где, в брюхе дикой твари. Даже нескольких. Спасибо за приглашение и за этот ствол, Всеволод. Всегда хотел иметь настоящее огнестрельное оружие.

Калегар встал и стал спускаться вниз. Он на секунду пересёк свет одной из ламп и Евклиду удалось хорошо его рассмотреть. Некромант, дерзнувший покинуть совет, имел гладкую идеально выбеленную кожу на лице и бритом черепе. Рога на его кожаном головном уборе, уходили слегка назад, а концы этих рогов врастали обратно в уши, словно трубки. Он был одет в странный футуристический бело-золотой комбинезон со множество серых ремешков. Жёлтый свет глаз некроманта запульсировал, как только он поравнялся с Всеволодом, возвышающимся на сцене.

— Увидимся Калегар Веющий. — С лёгкой улыбкой кивнул владыка, сцепляя руки в замок в знак крепкой дружбы.

— Увидимся, Всеволод Анграмайн. Наверно. — Ответил некромант и неопределённо махнув рукой в сторону зрителей, покинул совет.

Владыка оглядел присутствующих:

— Кто-то ещё желает к нему присоединиться? Я правда абсолютно никого не держу.

Все ровно сидели на местах. Евклиду же очень захотелось уйти вслед за Калегаром, но он и так привлёк к себе слишком много внимания во время стычки с Закхардом и решил пока сидеть тихо. Заморозка окончательно перестала действовать и тело волнами пронзала пульсирующая боль. Не болела только костяная рука и ему пришла в голову мысль, а не попросить ли Бракуса поработать и над остальными частями собственного тела?

Всеволод хлопнул в ладоши:

— Ну что ж, тогда информационная часть нашего совета подходит к концу, время переходить к развлекательной, как считаете? Гуо, проконтролируй, чтобы все участники совета получили маски для себя и своих помощников. Через пятнадцать минут жду всех на втором этапе программы. Уверяю, в этот раз мы приготовили для вас нечто особенное.

Помещение в котором собрали всех присутствующих, напоминало театральный балкон. С него зрители взирали на идеально круглую арену в десяти метрах внизу, засыпанную песком. Песок был разглажен настолько идеально, что казался приклееной к поверхности плёнкой. Гостям раздали бумажные маски-оригами, сложенные таким образом, что внутрь могла поместиться голова любого размера с рогами и без.

Маски можно было надевать по желанию, многие члены Оккику ценили свою анонимность и воспользовались правом спрятаться за тонкой бумажной преградой. Евклид же, будучи и так в маске, предпочёл отказаться от этого права.

Справа от Евклида стояла Майя, она согласилась сопровождать своего временного покровителя на время поимки нормализатора, в то время как Павел удалился разбираться с тем, как помочь Закхарду и каким образом можно урегулировать случившееся недоразумение.

В помещении было темно, однако песчаный круг был освещён ярко, словно хирургический стол.

— Заведите, сатана! — велел Всеволод в микрофон и на арену вышел небольшого роста насекомоподобный сатан, напомнивший Евклиду их провожатого Ула. Евклид окрестил его про себя «Ул-младший». Он горбился и пытался разглядеть зрителей наверху, но лишь щурил свои многочисленные маленькие глазки под ослепительным светом фонарей.

Первый же его шаг на арену разрушил девственно-ровную поверхность. Евклид поморщился. Ровный песок ему нравился куда больше.

— Ты пришёл сюда по доброй воле, сатан?

— Да, владыка. — Закивал продолговатой головой тот.

— Расскажи нам о цели своего появления здесь.

— Мне обещали даровать силу. Я хочу высвободить вторую форму своего физического тела. Я устал быть слабым.

— Будет по твоему, сатан. Мы даруем тебе силу. Заведите катализатор.

На арену вышел ящероподобный сатан с крокодильей мордой и Евклид сразу узнал в нём Элразуля, того самого зелёного дикого сатана, которого бывший глава школьного совета приручал, словно быка, разноцветными копьями-бандерильями. Это в его пасти закончила свою жизнь сатан Юлия в школе. Он расправил свои многочисленные острые хвосты и поглядел вверх немигающим взором.

Молодой человек заметил, как Гуо едва заметно махнул тому, в знак приветствия.

«Значит и его сюда притащил, чёртов генерал. — Подумал Евклид. — Гуо времени даром не теряет, использует все свои чёртовы возможности».

— Сражайтесь! — Велел Всеволод и соперники медленно двинулись по кругу, изучая друг друга, оставляя на песке полоски длинных хаотичных следов.

Ящер двигался не так как прежде, возможно он сменил одного или даже двух хозяев. Он явно эволюционировал из пресмыкающегося в семейство кошачьих, если дело касалось физики движений. Они стали более плавными и размашистыми.