— Будь ты проклят… Будьте вы все прокляты… — Уткнувшись лицом в землю, процедил их наниматель.

Когда нить порвалась в первый раз купол над их головами резко уменьшился, а следующие два разрыва не оставили от него практически ничего.

— Это твоё проклятие, ничтожество. Тебе некого винить, кроме себя. — Левая Стопа небрежно покрошил остатки реликвии прямо на волосы Щелкуна.

— Гелиодор передаёт привет… — прошептал Евклид.

Некромант попытался увернуться, но лишь усугубил положение. Резкий рывок и луч разрезал его надвое. Две половинки его тела отсоединились, будто разобрали человечка из конструктора Лего.

— Надо же… — Задумчиво произнёс тот, разглядывая своё обезображенное тело. — Это, оказывается, совсем не больно. Я думал, что в момент смерти смогу почувствовать хоть что-то.

— Сдохни, гадина… — осклабился Щелкун. — Я наслажусь последними минутами твоей жалкой жизни, шавка.

— Насладись последними минутами своей жизни, господин президент. А я давным-давно уже мёртв. Сейчас я понимаю, что это был неправильный выбор. Но выбор есть выбор, да?

Президент набрал в лёгкие воздуха и харкнул в сторону обидчика. Не достал.

— Не выплёвывай остатки своей жизни, Щелкун. Ты уже труп. Я вижу. У тебя отёк мозга от удара. Почти все внутренние органы смещены. Уверен тебе сейчас больно. Хотя, возможно, адреналин забирает часть этой боли на себя. Адреналин… Как давно я не чувствовал этого будоражащего гормона. Эй там, синеволосый! — неожиданно посмотрел он сквозь стёкла очков на Тимофея.

Убедившись, что его слышат, Левая стопа продолжил:

— Хватит мотать его голову из стороны в сторону, парниша вот-вот испустит дух. Зажми его левой рукой у основания шеи. Крепче, не бойся. Правую руку на затылок и всем предплечьем вниз. Нет, не сюда! Левее! Вот так! Молодец. Жизнь потекла в нём. Выкарабкается.

Евклид, от удивления переложил ваджру в левую руку и вздрогнул от резкой боли. Рукоять по прежнему была горячей.

— Хорошее у тебя оружие, парень. Ловко ты меня им подловил. Неожиданно. Умереть от такой штуки большая честь. Можно тебя попросить? В качестве оплаты за помощь в спасении твоего друга? Добей меня. Я научу как. Не желаю оказаться в желудке одной из тех диких тварей. Через пару минут они поймут, что поля реликвии больше нет и ворвуться сюда. Боюсь заскучать, днями перевариваясь внутри чудища. Некромантов ведь не так просто убить. У тебя получилось с Правой стопой случайно, когда ты размахивал своим мечом. Я даже удивился.

— Не смей! — прошепел Щелкун. — Пусть гниёт в брюхе вечность!

— Капитан, похоже мне ещё придётся помыкаться со своим хозяином. — Сказала Эннор. Татуировки больше не исчезают и щёки порозовели.

— Хорошо. Что мне делать? — Евклид решительно поднялся и двинулся к некроманту.

— Нет… Не-е-ет… — простонал Щелкун.

Евклида удивило такое сильное желание своего нанимателя убить врага самым мучительным способом. Сам он никогда не отличался жестокостью.

Некромант отодвинул в сторону галстук и расстегнул белую рубашку, обнажив кривой шрам.

— Ты музыкой занимался, парень?

— Что? — Евклид стоял в замешательстве, разглядывая верхнюю половину тела собеседника.

— Музыкой, говорю, занимался? Я вот занимался. На трубе играл. О, а вот и твари первые пронюхали, что реликвии больше нет, так что поторопись. В нотной грамоте есть такая закорючка, скрипичный ключ, помнишь как его рисовать? Символ, который нужно прочертить, чтобы прикончить некроманта, как раз похож на скрипичный ключ, проходит по всем нужным точкам. Вот такой высоты примерно, понял? — Он отмерил на своей груди со шрамом точный размер.

— Понял.

— Давай, врубай свою штуку. Хочу в последний раз на неё посмотреть.

— Гелиодор передаёт привет… — тихо произнёс Евклид.

— Вот так она значит активируется. Красиво. Там откуда я родом, тоже есть фраза… Мы называли такие фразы «юигон» — предсмертные слова. Я давно хотел произнести свой юигон и сейчас всё идёт просто отлично. Моя фраза переводится «как сакура прекрасна в момент цветения, так и самурай должен умереть достойно, на пике своей чести». Здорово, да? Начинай, давай. Помнишь? Скрипичный ключ.

Фиолетовый луч вонзился в центр груди некроманта. На стёклах очков некроманта заплясали огоньки, а на губах появилась улыбка. Луч ваджры показался Евклиду уже чем обычно. В этот момент он ясно понял, что способен управлять его толщиной.

Легкие некроманта не работали, однако он сымитировал глубокий вздох и изрёк:

— Хана ва сакураги, хито ва буси. (яп «Среди цветов — сакура, среди людей — воин.»)

Евклид был далёк от музыки, однако рисовать скрипичный ключ почему-то умел. Как только символ был завершён тело некроманта рассыпалось в прах.

Молодой человек остановил оружие и растерянно уставился на испаряющийся пепел.

— Прикончил ублюдка, — прохрипел Щелкун. — Ты молодец! А теперь давай, помоги мне…

Он не закончил. Прямо на его голову со всего размаху приземлился Ацером. Подошва его огромного ботинка размозжила череп президента, словно спелый арбуз. Некромант был опутан призрачными плоскими как лист бумаги руками Самуэля. Некоторые болтались, уже не способные двигаться, но большинство по прежнему продолжали попытки порвать тело некроманта на части.

— Успел, — донёсся механический голос из-под маски. — Мечтал сделать это самостоятельно. Не собираюсь подыхать в одиночку.

Следом за противником приземлился Ти-лай. Он припал на одно колено, уже не способный стоять на ногах. Цепи в его руках уже не было, колокол сатана за спиной был расколот. Солидного куска стенки внутри не хватало. Ладони охотника были сжаты в кулаки и светились, дополнительно сдерживая Ацерома магией.

— А этот ваш наёмник хорош! Мы хорошенько порезвились наверху, да? — проскрипел металлический голос.

— Прикончи его, Евклид, — тяжело дыша велел Ти-лай. — Он в любой момент может перевернуть территорию вверх ногами и всё начнётся заново. — Я едва сдерживаю его.

— К сожалению, я исчерпал свой ресурс. Вот уж не думал, что не смогу справится всего лишь с одним с дуэтом. Тебя бы я забрал с собой в могилу, красавчик. Но вас тут, я погляжу, ещё четверо. А мои союзники мертвы. У меня нет шансов. Видимо и моё время настало.

Евклид навис над стоящим на коленях некромантом:

— Перед тем как ты умрёшь, ответь мне. Ты знаешь Закхарда?

— Закхарда Разумного? Я видел его дважды. На общих собраниях. Короли не слишком общительны.

— Где он? Где находится его территория?

— Никто из Оккику не расскажет где находится место его силы. В том числе и я. Это секрет. Наши территории словно пиратские корабли. Быстрые, скрытые, с надёжной командой на борту. Жаль моя команда больше не увидит своего капитана. Ну да ладно, на моё место быстро найдётся кандидат. Свято место… Иронично, сами понимаете.

Тело некроманта, подчиняясь мысленной команде, отданной Тимофею, стало покрываться льдом.

— Где проходит ежегодный совет Оккику? Отвечай.

Из под маски донёсся металлический смех:

— Ты собираешься на совет королей? Не трать силы на попытки меня заморозить. Я не планирую сопротивляться. Признаюсь, я уже изрядно устал от беготни по этому безумному миру. Лишения и страдания утрачивают смысл, когда ты перестаёшь чувствовать эмоции. Знаешь чем король отличается от обычного некроманта? Король — это тот кто перешагнул через разочарование этого мира.

— Евклид, он заговаривает тебе зубы! Прикончи его, он опасен! Я уже с трудом могу его удержать. — Тихий удар колокола вторил его словам.

— Удержим. Тимофей подсобит. — Упрямо возразил Евклид. — Для начала я должен узнать ещё кое-что. Где будет проходить совет на который ты собирался? Говори и умрёшь быстро.

— Я давно уже мёртв, мальчик. — Пластины на маске изобразили улыбку. — Некроманты не боятся смерти. Ты и прикончить-то меня не сможешь, толком, скорее всего. Поверь моим словам, если ты явишься на совет завтра, то проживёшь не многим дольше моего. Но я открою тебе координаты, если ты ответишь мне на один вопрос.