— Да тут нет никакой реликвии, девочка, взгляни вокруг, тут демонов раз в десять больше, чем людей. Таких тут называют «ронины», ну типа самураи без хозяев. Реликвий большинство боится как огня. Кстати, любимые истории у костра тут, это как какой-то ронин неожиданно угодил на территорию с реликвией и как долго продержался внутри. Это у нас раньше все мерялись кто больше выпьет, а тут кто больше в поле реликвий продержится. Небо защищено от тварей снаружи только магией. Благодаря молниям и облакам твари снаружи сюда не суются. А поддерживают эту магию специальные ребята, которым все тут отстёгивают. — Он потёр друг об друга указательные пальцы, демонстрируя тесноту местных связей.

— Ясно. «Девочку» проигнорирую. Из уважения к капитану.

— К капитану? — Портфель усмехнулся, бесцеремонно указав пальцем на Евклида. — Он у вас что, главный? Да он такой же как и я, ничем не лучше! Никакой разницы! Сидел там трясся на собеседовании, мы даже в эту дыру попали в одно время…

Портфель запнулся. Его язык вдруг стал холодным и тяжёлым, дышать стало тяжело.

— Почему ты замолчал, дружище? — Евклид подошёл к старому знакомому, положил тому руку на плечо и заглянул в полные паники глаза. — Неужто всё же почувствовал разницу? Довольно, Тимофей, хватит с него. Пусть тает теперь. Видишь ли, Портфель, мы все начинаем примерно одинаково. Рождаемся беззащитными орущими младенцами, потом идём в детский сад, затем в школу. А затем одни становятся президентами, а другие умирают от передозировки в подъезде. Интересно почему так? Меня, честно, это самого всегда удивляло. Родились мы такими или же хаос вокруг привёл нас в конечную точку чередой случайностей. У меня нет ответа. Может всё дело в том, что я тогда прошёл этот экзамен, а ты нет, может ещё в чём-то. Я говорил с тобой как с равным Портфель, хотя мы не равны. Не принимай моё дружелюбие за слабость. И не смей ни одного плохого слова говорить обо мне. Ни моей команде, ни кому-либо ещё. Иначе комок льда в твоей глотке окончательно заблокирует тебе дыхание, а когда растает никто даже не поймёт, что с тобой произошло. Уверен, что местные просто пожмут плечами, а потом оттащат твой труп в сторону, порубят на части и съедят. Лучше задумайся над тем почему ты выжил, Портфель, может у жизни есть для тебя лучший сценарий?

Тот часто закивал в знак согласия.

— Я вот что-то стал верить в судьбу в последнее время. — Похлопал его по голове Евклид. — Судьба ведёт меня и моих сатанов к величию, так я думаю. Может и тебя она подкинула не просто так. Совпадения такого рода крайне маловероятны, как ни крути. Согласен?

Портфель снова закивал и показал большой палец вверх.

— Отлично. А теперь проведи нам небольшую экскурсию по окрестностям и покажи где тут можно хорошенько отоспаться часика два-три. А когда рот освободится, ещё поболтаем.

Портфель покорно поплёлся вперёд, призывая остальных следовать за ним. Дорога пошла под уклон вверх, заставляя Славу тяжело задышать. Они двигались всё по той же дороге, посматривая по сторонам. Название этой территории полностью раскрывало суть происходящего вокруг, в тумане: существа со всего Хаосума объединялись в отряды и банды, нанимали друг друга, сражались, проверяя на прочность будущий товар. Но это было ничто по сравнению с тем, что им открылось впереди.

— Ого… Не думал, что тут всё настолько масштабно…

Перед ними предстала конусообразная воронка в земле, диаметром в полкилометра в самой широкой части сверху и сужающаяся к низу. Край воронки, словно резьба на пластиковой бутылке, окаймляла широкая дорога, ведущая вниз виток за витком. На дороге, по всей длине, кишели существа. Происходящее напоминало оживлённый продуктовый рынок, только основным товаром здесь была сила. Сила существ, которую те сдавали в аренду потенциальным нанимателям.

«Как тебе, Тимофей? — Мысленно обратился к слуге Евклид. В этом стоге сена нам предстоит найти иголку. Оккику, судя по всему, где-то в этом мессиве».

«Даже в бесконечном Хаосуме ты умудрился встретить приятеля, хозяин. Задача, стоящая перед нами, кажется куда более тривиальной».

Портфель, наконец, прокашлялся и выплюнул, уже изрядно подтаявший, кусок льда, и тут же принялся быстро комментировать происходящее. Теперь он изо всех сил старался стать полезным.

— Тьфу! Зубы замёрзли, жесть просто! Не делай так больше! Прошу… — Он потёр уже изрядно отросшую бороду рукавом. — Значит так. Это — воронка. Каждый виток представляет собой условно обозначенный «уровень». Чем выше сидишь, тем ниже цена. Самые лютые и дорогие убийцы собираются внизу, около сравнительно небольшой арены. Видите, вон, в серединке, ходит важный человек с охраной? Подбирает себе существ для какого-то важного действа. Вон там еду готовят, а те красные флажки обозначают места где можно получить удовольствие, бордели короче. Я не захаживаю, уний нет, да и перспективка переспать с тем, кто может тебя на части порвать за секунду не вдохновляет. Но это всё, как вы понимаете, инфраструктура. Основа же КВП — наёмники. Чтобы тебе было понятнее, Ступор…

— Евклид. Теперь меня зовут так.

— Конечно, Евклид, извини. Чтобы было понятнее это как торговый центр, где торгуют воинами. Наверху уценка, дешёвый сегмент. Там даже сражаться зачастую не нужно, ходят так, для толпы, рядом постоять. А внизу — настоящие гении убийств, ассасины. Ну или просто отчаявшиеся, готовые за деньги на любое дело, лишь бы больше платили. Таких, правда, быстро вычисляют. Они там же внизу и остаются, так и не получив заказ.

— Так и заказчики, стало быть, оттуда не выбраться могут? — поинтересовался Слава. — Место опасное! Надеюсь нам туда спускаться не придётся?

— Заказчиков трогать на КВП — табу. Заказчики-наниматели носят на руке белые тряпки или ленты, у кого что есть. Если ты с такой лентой, никто тебя не тронет. Однако, если ты наниматель, то должен нанимать, а не просто глазеть. Выйти с воронки обязан с заказом. Ну то есть нанять кого-то. Хоть одного, но нанять. Тех кто праздно попялиться шастают, да ещё уважения требуют к себе, быстро вычисляют. В общем, если заказывать не собираетесь, лучше повязок не надевать и вниз сильно не спускаться. Вы, кстати, с какой целью пожаловали? Могу поинтересоваться?

— Можешь поинтересоваться. — Удовлетворившись смене тона Портфеля, кивнул Евклид. — Мы ищем кое-кого. Хотим сами наняться, наверное, но к особому человеку. Ну или группе людей, если можно так выразиться.

Сделав паузу, размышляя, не рано ли обсуждать это, Евклид всё же решил не тянуть:

— Оккику. Их ещё называют некроманты. Слыхал о таких?

— О… — протянул Портфель. — Слыхал, конечно, как же не слыхать. Мы частенько сплетничаем об этих ребятах. Даже сложно порой понять что правда в этих историях, а что вымысел. Вечером присядем где-нибудь, примем чего-нибудь увеселительного и тут каждый становится великим воином и знатоком некромантов. Только вот где там правда, поди разбери, одни балаболы, сами знаете.

— Некроманты обычно выглядят как…

— Как безглазые люди со шрамами на пол-тела, — перебил Славу Портфель. — Это мне прекрасно известно. Только думаешь будут они, обладая такими яркими признаками, здесь расхаживать средь бела дня? Шрам-то скрыть не проблема, а вот глаза. Здесь подозревают любого, народ здесь собирается особенный. Рассчитываешь на хорошую сделку? Показывай глаза. Ну или что там вместо них у тебя. — Портфель скривился и почесался. — У вас деньги-то есть? Мы же договорились, помните?

— Есть немного. Слава, заплати, пожалуйста, нашему проводнику аванс.

Получив несколько уний, провожатый спрятал их в карман и с удовольствием продолжил:

— В общем по некромантам дело такое: они здесь на особом счету. Присылают в основном помощников, таких, что в жизни не скажешь на кого такой помощничек работает. Платят щедро. Только задания у них, поговаривают, такие, что высок шанс никогда назад не вернуться. Сами подумайте, территории свои их короли скрывают. Берегут координаты своих пузырей как зеницу ока, да ещё и перемещают иногда, для профилактики. Тех кто уже пригрелся под холодным мертвецким бочком и держит язык за зубами берегут. А в расход предпочитают пускать как раз наёмничков. Поэтому хорошо устроиться на службу к некромату или плохо, каждый решает сам. Риск или выгода. Каждый решает сам.