— Что за ритуал «Имени»? — спросила Иви.

— Сестра родила сына и, когда мы нарекаем ребенка именем, то идем в священный Храм, где присутствует вся семья и старейшины проводят ритуал, а потом мы празднуем. Для нас выбор имени многое значит.

— И что обозначает твое имя? — спросила Лика.

— Кан — это Величие. Мин — это Огонь, — ответил он.

— Как поэтично — Величавый Огонь, — улыбнулась Иви.

— Величие и Огонь, — поправил Канмин. — Я дракон, значит Величие, а огонь — я огненный. Только черные драконы могут дышать из пасти пламенем. И только черные становятся на защиту мира обучаясь в академии военному искусству.

— Погоди, — прервал его Кавер, — что значит «дышать из пасти?».

— Выпускать из глотки дыхание огня, — пожал плечами Канмин, если для него это были простейшие вещи, то для остальных не совсем понятные. Хотя Иви и Лика его без труда поняли.

— Огненный дракон, — призадумалась Лика, — но ты же это контролируешь и не спалишь нас всех в порыве своего нервоза?

Канмин усмехнулся, — Могу и поджарить если меня очень-очень разозлить.

— Восприму как угрозу, — хмыкнула Лика беря на свой адрес его предупреждение, которое было сказано с иронией, но все же...

— Прекрасная способность дышать огнем, как оружие, — восхитился Кавер.

— Ты легко принимаешь форму дракона? — поинтересовался Рейз и так же, как и лидер оценил возможности парня.

— Легко, — кивнул Канмин, — стоит подумать об этом, и вот… я дракон, только место должно быть соответствующее, чтобы было где развернуться. Мы всегда предусмотрительно к этому относимся и оборачиваемся в тех местах, где позволяет пространство и можно было бы потом облачиться в одежду. Разгуливать голыми у нас не принято. Спасибо, Шакал, что ты облачил меня в одежду.

— Зачем вас обучают военному искусству если у вас царит мир? — не поняла Шайни.

— Это традиция, мы все должны обучаться в академии, познавать науки и боевые искусства. Так было заведено нашим Богом, а те, кто рождался черной масти им уже с рождения предназначалось стать военными. Я готовился вступить в элитное подразделение и за пять лет освоил и научился многому, а благодаря моей подготовке вы посчитали, что я воин. И мы никогда ни с кем не воевали, но Боги так решили, что нам необходимы эти навыки. Мы все познаем в теории, на спаррингах и в турнирах между собой, но реального боя никогда не знали. Здесь, в вашем мире я понимаю, что получу настоящий опыт.

— Может тебя к нам направили твои Боги? — предположила Иви.

Канмин покачал головой, — Если бы это было так, то я бы знал об этом.

— Ты контролировал себя, когда обернулся в дракона? — спросил Шакал.

— Не сразу, — нахмурился он, — я сперва не понял, но потом учуял знакомые ароматы, а после, — он взглянул на девушек, — узнал их.

— Так я и думала, что оборот был инстинктивный, — закивала Иви и украдкой глянула на мужа.

— Ты мог им причинить вред, — нахмурился Рейз.

— Я не сделал бы этого, я разумен и контролировал все, — опроверг его обвинения Канмин.

— Он очень огромный и мощный, — вспомнила Иви, как выглядел дракон, — черный и крылатый.

— И сколько ты мог бы уместить на себе наездников? — Кавер выглядел задумчивым, но его направление мыслей поняли все.

— Трех-четырех, — озадачился Канмин, — но как правило, мы кроме своей Хранительницы никого не сажаем себе на спину.

— Хранительницы? — тут же заинтересовалась Иви, и тема разговора повернулась в другую сторону, когда как лидер Старк обдумывал, как использовать Канмина с его огнедышащим из глотки оружием.

— Погодите, — озадачился лидер Старк, — как ты к нам попал, если твои боги не причастны к этому, магии в твоем мире нет, стало быть, и мага.

Канмин на секунду задумался, — Я думал об этом и полагаю, что… Месяц назад я вступил в пору совершеннолетия, мне исполнилось двадцать пять лет. Хочу прояснить вам некоторые моменты касаемо моего народа, в любой семье у пары драконов мог родиться ребенок не способный обернуться. И не каждая девушка могла родить дракона. В последнее столетие драконов стало рождаться все меньше и тогда бог и богиня сотворили священную башню с камнем-судьбы. Дракон, достигнув совершеннолетия обязан войти в башню и трое суток возносить молитвы, а потом оросив своей кровью камень-судьбы видел лик той, что начертана ему судьбой. Он видел именно ту, что родит ему дракона и ту, что станет его Хранительницей. Камень-судьбы никогда не ошибался и никогда не показывал на ту девушку, которая была замужем. Он показывал всегда именно ту, что предначертана дракону.

— И вы, драконы, всегда стремились увидеть свою избранную? — чуть с иронией спросила Лика.

Канмин глубоко вздохнул и бросил взгляд на Лику.

— Для нас это священно найти свою пару, девушку, которая не только родит нам дракона, но и станет Хранительницей души и сердца. Драконы не бегут от этого, а наоборот стремятся ее обрести. Увидев лик нашей Хранительницы, мы находим ее по нитям поиска дарованной нам богами.

— И девушка рада увидеть своего суженного? А вдруг она очень молода или на тот момент влюблена? Или вдова, — задавала вопросы уже Иви.

— У богов свои пути, нам остается принять их волю, уповая на милость, — голос Канмина звучал рассудительно и спокойно. — Выбор богов не оспорим. Да и дракону невозможно отказать, — немного пафосно произнес он. — В нашем мире каждая девушка мечтает стать суженной и хранительницей дракона.

— Чувствую там есть подводные камушки и не все так сказочно с выбором дамы сердца и души, — в глазах Лики замерцали насмешливые искры, и она тут же схлопотала недовольный взгляд парня, было видно, что Канмину хотелось ей высказать парочку слов.

— А мне нравится этот камень-судьбы, — тихо сказала Шайни, — и то, что у вас царит мир и порядок. Спокойно живете, мирно.

— Да, — кивнул Канмин, — я был счастлив. В двадцать лет я поступил в академию, где учился разным наукам и воинскому искусству. Мой отец генерал и я следую по его стопам. Имя и род обязывают. Мы живем обычной жизнью и нас от людей отличает только то, что у нас есть вторая ипостась, как и у вас оборотней, — посмотрел Канмин на Рейза и Кавера.

Мужчины закивали.

— Хороший у тебя дом и мир, — кивнул Кавер.

— И я хочу вернуться обратно, — Канмин тряхнул головой. — Мои родные там с ума сходят.

— Так что с тобой произошло, и почему ты оказался в пустыне в плену у ящеров? — спросил Рейз. Шакал, как и Ашар внимательно слушали парня. Лика порой переглядывалась с Иви, а Шайни выглядела немного грустной.

— Я совершил трехдневный ритуал в священной башне, — взгляд Канмина был затуманен воспоминаниями, — помню, что сделал порез на ладони, видел, как три капли упали на камень-судьбы, а после… я оказался в жутком пекле, повсюду пески и незнакомые места. Я хотел обернуться в дракона, чтобы взлететь и обозреть местность, но вместо этого увидел двуногих монстров похожими на змей. У меня и мыслей не возникло, что они агрессивно будут настроены против меня. С ними был один очень жуткий тип. Лица его не видел он был в балахоне с капюшоном на голове, и он что-то говорил монстрам. Язык странный и мне был непонятен. Теперь-то я знаю, что это были ваши враги. Один из ящеров ударил меня сбив с ног, я был растерян, а тип в балахоне швырнул меня к ним. Монстры меня связали, а потом волокли по пескам. И для меня было самое страшное то, что я не мог обернуться в дракона. Я запаниковал и не смог расчетливо мыслить. А потом они устроили бои и мне приходилось драться с ними, помню, как мне пришлось отбиваться от троих, а затем… — Канмин покачал головой, — уже ничего не помнил. Когда открыл глаза, то перед глазами черная муть и голова готова была лопнуть от острой боли. Я увидел Иви и Лику, слышал обрывки их разговора. Я понимал речь. И сейчас исходя из того, что я узнал о вашем мире и что тут творится, а также из брошенных фраз девушек, когда они меня посещали, я пришел к выводу, что они также не из этого мира, — Канмин прямо посмотрел на Иви и Лику. — Вы рассказывали мне истории про змей и драконов чуждых моим легендам и сказаниям, а также говорили о неком маге. Сейчас вспомнив все и проанализировав, я хочу спросить вас, как мне вернуться домой?