Существо попыталось встать, рыча от боли и ярости. Его тело начало стремительно трансформироваться, отращивая новые шипы и лезвия прямо из костей. Вибрация вокруг него достигла пика, превращая воздух в режущее оружие.

— Я РАЗРЕЖУ ТЕБЯ НА КУСКИ! — неистово взревел демон, бросаясь в самоубийственную атаку, превращаясь в живой вихрь клинков.

Но Войд был совершенно другим, нежели секунду назад. Ни сомнений, ни желаний, лишь одна цель.

Он вошел в центр урагана с пугающим спокойствием. Глефа вернулась в его руки, став удлиненным когтем Пустоты. Александр двигался с грацией призрака, уклоняясь от смертоносных выпадов на доли миллиметра.

Удар, и рука демона отсечена, растворяясь в воздухе до того, как коснулась земли. Второй удар — костяной нарост на плече превращается в пыль. Войд холодно разбирал врага на части, уничтожая его по кусочкам. Демон ревел, пытаясь достать противника, но каждый его выпад проваливался в ничто.

Финал наступил внезапно.

Александр возник прямо перед лицом Разделителя, глядя в его маску глазами, полными тьмы.

— Ты говорил, что можешь резать расстояние, — голос Войда звучал как эхо из глубокого колодца, искаженный мощью, переполнявшей его тело. — Но как насчет разрезать энтропию?

Он вонзил глефу в грудь демона и медленно провернул её.

Фиолетовая вспышка поглотила фигуру врага. Тело демона начало распадаться на фрагменты. Оно стиралось из бытия слой за слоем. Броня, плоть, кости — всё исчезало в ненасытной воронке Пустоты, открывшейся внутри глефы. Разделитель открыл пасть в безмолвном крике, его голосовые связки исчезли первыми, оставив только ужас в пустых глазницах маски.

Спустя секунду от могущественного Лорда-демона остались только ноги, по колено вбитые в землю ударом. Верхняя часть тела просто перестала существовать, начисто стертая силой мужчины.

Александр стоял над останками врага, его грудь тяжело вздымалась. Пустота вокруг него бурлила, требуя новой пищи. Она не насытилась одной смертью, она хотела поглотить всё вокруг.

Взгляд Войда, затуманенный безумием силы, упал на Касс.

Девушка лежала неподвижно, её жизнь висела на волоске. Зверь внутри Александра зарычал от предвкушения. Слабая добыча. Источник жизненной силы, который так легко забрать. Всего один шаг, одно касание, и он восполнит свои резервы, станет еще сильнее.

Александр сделал этот шаг. Его рука сама потянулась к девушке, фиолетовая дымка окутала пальцы, готовая выпить её жизнь до дна. В этот момент в его затуманенном сознании вспыхнул образ.

Дарион, стоящий на крыше под ночным небом Доминуса. Его спокойный, уверенный голос, перекрывающий рев внутренней бури.

«Ты хозяин».

Войд замер, его рука зависла в сантиметре от лица Касс. Титаническая битва развернулась внутри его разума. Воля против инстинкта, человечность против всепоглощающего голода Бездны. Зверь ревел, царапал стены рассудка, требуя завершить начатое. Разум кричал, призывая остановиться, напоминая о цене.

— Нет, — прохрипел Александр, и звук его собственного голоса показался ему чужим.

Он стиснул зубы с такой силой, что челюсть захрустела. Пот градом катился по лицу, смывая кровь и грязь. Вены на висках вздулись, грозя лопнуть от напряжения. Усилием воли он заставил руку дрогнуть и отдернуться назад.

— Место! — рявкнул он своему внутреннему демону, вкладывая в этот приказ всю оставшуюся энергию души. — Здесь я хозяин!

Зверь отступил. Нехотя, огрызаясь, но подчинился, загнанный обратно в клетку железной волей. Фиолетовое свечение вокруг мага погасло. Удушающая аура исчезла.

Александр остался стоять на коленях, обычный человек, израненный и истощенный. Его тело сотряс приступ кашля, и на камни брызнула темная кровь, плата за использование силы, превышающей пределы смертного тела.

Он упал на бок, тяжело дыша, и с трудом повернул голову в сторону Касс. Она была жива. Он спас её, не дав монстру, ни внешнему, ни внутреннему, забрать её жизнь.

— Чертов Торн, — прошептал мужчина пересохшими губами, уже повернувшись на спину и глядя в багровое, затянутое дымом небо. — Как ты вообще… сражаешься с этими тварями каждый раз?

Сил не осталось даже на то, чтобы закрыть глаза. Александр просто лежал, слушая далекий гром битвы, и надеялся, что помощь придет до того, как его сердце остановится от перенапряжения. И все же он справился — усмирил собственную «пустоту».

Ветер на вершине скалы-черепа выл, как раненый зверь, неся с собой запахи, так полюбившиеся демонам — серы и гари. Я стоял на краю плато, оглядывая пройденный путь.

Узкая тропа, вырубленная в черном вулканическом камне, змеилась вниз по склону и исчезала в ядовитом тумане у подножия. Каждый метр этой дороги был усеян телами врагов.

Здесь лежали сотни демонов. Это были не жалкие бесы, которыми можно пренебречь, а была полноценная, тяжелая пехота Инферно, закованное в броню и вооруженная проклятой сталью. Бронированные щитоносцы, чьи тела теперь напоминали груды металлолома. Лучник и Маги, чьи темные ауры погасли навсегда.

Они стояли здесь плотной стеной, пытаясь перекрыть мне путь к вершине. Феррус не поскупился на встречу. Он бросил сюда всё, что успел создать в своих инкубаторах, надеясь задавить меня массой, измотать, заставить истечь кровью до того, как я доберусь до цели.

Он знал, что я приду.

Я усмехнулся, поправляя перевязь и стряхивая черную слизь с сапога. Клятвопреступник висел на поясе, и я чувствовал, как черный тигр внутри клинка беспокойно ворочается, ощущая близость главных врагов. Его беззвучный рык отдавался в моем сознании вибрацией, похожей на далекий гром перед бурей.

Тень стоял рядом, его черная шерсть была вздыблена, а из трех пастей капала слюна. Пес был напряжен, готов рвать и метать, чувствуя то же, что и я.

— Ну что, блохастый, — сказал я, не отрывая взгляда от центра плато. — Похоже, сегодня у нас шведский стол. И главное блюдо уже подано.

Я сделал шаг вперед, выходя на открытое пространство.

Вершина скалы была выровнена магией и ветрами, превращена в идеальную площадку для ритуала. В центре, окруженный сложной вязью рун, стоял Якорь. Массивная конструкция из обсидиана и металла пульсировала красным светом, искажая пространство вокруг себя маревом жара.

А перед ним стояли двое демонов-лордов.

Они разительно отличались от тех, кого я уничтожал тысячу лет назад. Это были новые, усовершенствованные творения Ферруса, воплощение его извращенного искусства войны.

Первый был настоящим гигантом. Четыре метра литых мышц, покрытых толстой серой шкурой, напоминающей гранит. У него были четыре мощные руки, и в каждой он сжимал оружие, достойное его размеров: огромный боевой молот, утыканный шипами цеп, тяжелую секиру и массивный щит. Голова существа глубоко вросла в плечи, защищенная костяным воротником, маленькие глазки горели злобой, а из пасти торчали кривые желтые бивни.

Второй демон был полной противоположностью. Высокий, неестественно худой, закутанный в рваный плащ. Лицо его скрывал глубокий капюшон, но я физически ощущал его взгляд. Холодный, пронзительный, проникающий под кожу. Воздух вокруг демона замерзал, покрываясь инеем, несмотря на жару Разлома. В костлявых руках он держал длинный посох, увенчанный черепом неизвестного существа, в пустых глазницах которого горело мертвое зеленое пламя.

Они стояли молча, ожидая меня. От этой пары исходила такая давящая мощь, что даже воздух на вершине казался плотным и тяжелым, мешая дышать.

— Впечатляет, — произнес я громко, стряхивая несуществующую пылинку с рукава. — Феррус, действительно, постарался. Два по цене одного. Видимо, он очень хочет убедиться, что я не уйду отсюда.

Гигант ударил молотом о землю. Скала под ногами содрогнулась, по камню побежала трещина.

— ТЫ УМРЕШЬ, ЧЕРВЬ! — его голос был подобен грохоту горного обвала, грубый и оглушающий.

Второй демон лишь склонил голову набок, и тени вокруг него заплясали быстрее.