Я остался стоять свободным.

— Так-то лучше, — я встряхнул меч, убирая его в ножны. — Говорил же, мне не интересны ваши игры. Ищите другого кандидата.

Домен Меча вокруг меня начал выцветать. Без хозяина, без Тетрина, это место теряло стабильность. Нужно было уходить.

Как вернуться? Что ж, сейчас все ощущалось иначе. Я видел структуру миров. Я чувствовал нити, связывающие измерения, и чувствовал якорь. Мой мир, мой особняк, Тень, который наверняка уже проголодался. Я вытащил меч. Сконцентрировавшись на ощущениях дома, я принял решение и рубанул.

Реальность послушно разошлась, открывая проход. Передо мной возник разрез в пространстве, в который я спокойно шагнул.

Смена обстановки произошла мгновенно. Серый камень пустоши сменился мягким ковром моей спальни. Я стоял посреди комнаты, где в камине догорали угли. Тень поднял голову, посмотрел на меня, убедился, что я вернулся прежним, хоть и с изменениями в энергетике, и снова спокойно уснул.

Я подошел к окну и раздвинул шторы. Улица была залита светом. Утро уже вступило в свои права, солнце встало над Доминусом, освещая крыши и шпили. Город просыпался. Я провел в Домене несколько часов по внутренним ощущениям, но здесь прошла целая ночь.

Самочувствие было великолепным. Никакой усталости, сила бурлила во мне, требуя действия. Два сердца работали ритмично, обеспечивая идеальный баланс.

«Надо поесть», — промелькнула первая мысль. Божественность божественностью, а завтрак по расписанию никто не отменял.

Только я собрался выйти из комнаты, как дверь распахнулась с такой силой, что ручка едва не пробила штукатурку. На пороге стояла Зара.

Она выглядела странно. Волосы, обычно лежащие красивой волной, стояли дыбом от статического электричества. Глаза горели двумя маленькими солнцами. Выражение её лица представляло собой смесь дикого восторга и первобытного ужаса. Она дышала тяжело, словно после долгого бега.

— Ты… ты… — она задыхалась, слова застревали в горле, видимо, неслась сюда со всей скоростью.

Я спокойно смотрел на неё, прислонившись бедром к подоконнику.

— Доброе утро, Зара. Что-то случилось? Кофе закончился?

Её рот открылся, потом закрылся. Тело девушки вздрогнуло, выпрямилось, и аура вокруг изменилась. Огонь уплотнился, становясь почти материальным. Лисара перехватила контроль над телом своего апостола.

— Ты понимаешь, что ты натворил⁈ — голос богини звенел, заставляя вибрировать стекла в окнах. — Ты отказал ИМ!

— Кому? — я сделал вид, что искренне не понимаю причины переполоха.

— Чертогам! — Лисара подошла ближе, её глаза буравили меня. — Я чувствовала Зов! Весь пантеон чувствовал! Тебя призвали! Трон освободился, и система выбрала тебя! А ты… ты просто сбросил вызов, словно это был звонок назойливого торговца!

Она всплеснула руками, и с кончиков пальцев сорвались искры, опалив ковер.

— Это невозможно, Дарион! Беспрецедентно! Никто и никогда за всю историю существования богов не отвергал Зов Чертогов! Смертные мечтают об этом! Полубоги убивают ради этого! А ты… ты просто сказал «нет» и отрубил канал связи!

— Я был вежлив, — возразил я. — Сказал, что мне это неинтересно. Они стали настаивать и давить. Пришлось объяснить доступнее.

— Вежлив⁈ — Лисара издала звук, похожий на истерический смешок. — Ты разрезал структуру божественного призыва! Ты бросил вызов системе, которая держит мироздание! Боги в шоке. Там сейчас такой переполох, какого не было со времен войны с Энигмой! Все пытаются понять, кто ты такой и как ты это сделал! Дарион Торн ты… просто нечто!

Она немного успокоилась, но огонь в глазах продолжал гореть ровным, яростным светом.

— Послушай меня. Чертоги — это не клуб по интересам и не зал для пиров. Это механизм контроля. Жесткий, абсолютный механизм. Любой, кто достигает определенного порога силы, должен быть вписан в систему, ограничен и связан правилами, чтобы не нарушить вселенский баланс.

— Я догадался, — кивнул я. — Цепи были довольно красноречивым аргументом.

— Но они не отстанут, Дарион! — голос Лисары стал серьезным, в нем прозвучала неподдельная тревога. — Система не терпит сбоев. Зов повторится. Они пришлют кого-то, чтобы привести тебя силой, или просто сотрут как ошибку. Ты стал аномалией, угрозой для их порядка.

Я отошел от окна и прошел к центру комнаты. Тень проснулся окончательно и теперь сидел, с интересом наблюдая за нашей беседой, переводя взгляд с меня на пылающую девушку.

— Угрозой, говоришь? — я задумчиво посмотрел на свою ладонь, сжимая и разжимая кулак. Сила Тетрина, сплетенная с моей, отзывалась мгновенно, наполняя руку ощущением безграничной мощи.

— Да! Ты нарушил главный закон — иерархию! Ты показал, что можно обладать божественной силой и не подчиняться Чертогам! Это опасный пример для всех миров!

Я хмыкнул, обдумывая ситуацию.

— Знаешь, я терпеть не могу, когда меня пытаются контролировать. Демоны пробовали — не вышло, хотя они были очень настойчивы. Теперь боги хотят попробовать?

Я поднял глаза на Зару, в которой сейчас говорила богиня.

— Ты сказала, они не отстанут? Будут пытаться связать меня снова и снова?

— Да! Пока ты не подчинишься или не исчезнешь!

— Что ж, — я улыбнулся, и эта улыбка заставила богиню отступить на шаг, инстинктивно почувствовав опасность. — Тогда, пожалуй, стоит зайти и объяснить им, в чем они ошибаются. Лично объяснить.

— Что? — Лисара замерла, пламя вокруг нее задрожало. — О чем ты?

Я положил руку на эфес Клятвопреступника, чувствуя холод металла.

— Тетрин говорил, что Кодекс запрещает богам воевать друг с другом. Запрещает прямые нападения и вмешательства.

Я закрыл глаза, вызывая в памяти ощущение Зова. То чувство связи, которое пыталось утянуть меня наверх. Тот уникальный энергетический отпечаток, по которому они пытались меня найти. Они открыли дверь, чтобы затащить меня к себе. И я запомнил, где эта дверь находится.

Я вытянул руку и рубанул воздух перед собой вертикальным движением.

Реальность разошлась с треском, похожим на звук разрываемой ткани. За разрезом вместо привычной пустоты был свет. Золотой, величественный свет Чертогов. Я видел бесконечные ряды тронов, парящие в сиянии, и видел изумленные лица тех, кто там восседал. Они смотрели на меня через прореху, которую я создал в их священном, неприкосновенном пространстве.

— Ты… что ты делаешь⁈ — Лисара в ужасе смотрела на портал. — Туда нельзя входить без приглашения! Тебя уничтожат! Это чистое самоубийство! Дарион, стой!

Я поправил перевязь меча, проверяя, легко ли клинок выходит из ножен, и посмотрел на нее.

— Они пригласили меня, Лисара. Сами. Я просто решил воспользоваться приглашением, но на своих условиях.

— Ты хочешь начать войну с пантеоном⁈ Прямо в их доме⁈

— Я хочу зайти в гости, — усмехнулся я, шагая к разрыву в реальности. — Поговорить по душам. Объяснить правила хорошего тона и границы личного пространства. Ну и, может быть, немного пошуметь. Давно я не видел столько высокомерных лиц в одном месте. Руки чешутся поправить им короны и сбить спесь.

— Ты безумец… — прошептала она, и пламя вокруг нее погасло от шока. — Там же целый пантеон!

— Может, и безумец, — ответил я, переступая порог между мирами. — Но в чем я не прав?

Свет поглотил меня, отрезая от привычного мира. Я шагнул из своей спальни прямо в сердце обители богов, готовый устроить им самый незабываемый и шумный прием в их вечной, размеренной жизни.

Пусть запомнят этот день, когда смертный пришел учить богов вежливости.

Я шагнул в разрез реальности, оставляя позади уютную спальню и ошеломленную богиню огня.

Переход в этот раз отличался от визита в Домен Меча кардинальным образом, напоминая, скорее, штурм вражеской цитадели, чем вежливый визит. Пространство вокруг меня вздыбилось и затвердело, сопротивляясь чужеродному присутствию, словно огромный организм, пытающийся отторгнуть вредоносный вирус.