– Метр девяносто восемь, – констатирует он, особо не хвалясь, хотя я ожидала обратного.

И сказать, что он смазлив, не могу, но он фактурный, красивый мужчина, на которого, очевидно, девчонки вешаются толпами.

– Проходите, не стойте на пороге, пока вас не увидели соседи, – спохватываюсь и отхожу, чтобы дать ему пройти внутрь квартиры.

Сама же кидаю быстрый взгляд на соседнюю дверь. В это время ни Виктора, ни Иры обычно дома нет. Они даже на обед не приезжают, что не может меня не радовать, в это время у меня появляется передышка, и я наконец могу расслабиться, не прислушиваясь постоянно к тому, что происходит на лестничной площадке или за стенкой.

– Сестра предупредила меня, что ваш бывший муж живет неподалеку, но я не думал, что настолько близко, – ухмыляется Родион, сразу уловив мой мимолетный взгляд.

– Я и сама подобного не ожидала, но, как видите, и такое бывает, – говорю я нарочито спокойно, не скрывая отношения к бывшему. – Проходите на кухню. Чай, кофе?

– Чай, – отрывисто отвечает он и проходит следом за мной.

Пока я кручусь у столешницы, он садится за стол. Когда оборачиваюсь, немного замираю, ведь он, кажется, своей комплекцией заполонил половину кухни. Она у меня не особо маленькая, но теперь кажется крошечной. Стол на его фоне и вовсе выглядит игрушечным.

– Света уже ввела вас в курс дела? – спрашиваю я, делая вид, что занята, хотя замечаю за собой излишнюю суетливость. Немного нервничаю в его присутствии, что меня злит, но не хочу углубляться в эти чувства, проблем и без того хватает.

– Будет лучше, если вы сами обозначите, чего хотите от меня, чтобы в дальнейшем не было никаких двусмысленностей и недопониманий, – озвучивает он свою мысль задумчиво, а я краснею, потому что в этот момент он внимательно смотрит на меня, будто прожигает взглядом душу.

Даже если бы я не знала, что он работает в системе, всё равно бы поняла, что он офицер. Света была права, когда сказала, что у него «протокольная рожа». Он не пробыл в моей квартире и пяти минут, а у меня уже ощущение, что просканировал всё пространство и изучил его вдоль и поперек, включая и меня. Последнее особенно задевает, и щеки наливаются жаром.

Я сама не ангел, успела рассмотреть его во всех подробностях, подметив короткий ежик волос, густые хмурые брови, отчего лицо кажется мрачным, прямой нос и широкий волевой подбородок, плавно переходящий в крепкую шею, которую вряд ли сумею обхватить двумя руками.

Медведь. Именно такие ассоциации возникают у меня каждый раз, когда я на него смотрю. Я не маленького роста, но рядом с ним чувствую себя Дюймовочкой, так что даже рада, что он сидит, а не нависает надо мной во весь рост.

– Как вы уже поняли, в соседней квартире живет мой бывший муж и его нынешняя жена.

– И вы хотите заставить его ревновать, чтобы он бросил ее и вернулся к вам? – приподнимает бровь Родион.

Его предположение вызывает у меня возмущение. Я резко вскидываю голову, не скрывая негодования. Но его лицо по-прежнему каменное, глаза не выражают никаких эмоций. Сколько бы я на него ни смотрела, так и не могу понять, с какой интонацией он всё это произнес.

– Мне нужно, чтобы бывший муж увидел в вас соперника и всё внимание было сосредоточено на мне. Но сразу говорю, возвращать его не планирую, так что не нужно смотреть на меня осуждающе. И вообще, я не собираюсь уводить его из семьи. Это его нынешняя жена, между прочим, увела его у меня.

Мне кажется, что я несу какую-то ахинею, оправдываясь перед ним. И когда ловлю на себе его скептичный взгляд и легкую ухмылку, кровь в жилах закипает. Несмотря на мои слова, он уже составил обо мне мнение, и оно мне вряд ли понравится.

– Да не собираюсь я его возвращать! – вскрикиваю я, едва не ударив кулаком по столу.

На мой выплеск он никак не комментирует, молча обводит меня взглядом и о чем-то задумывается, даже склоняет голову набок, словно наблюдает за чем-то интересным.

Я же нервно дергаю плечом. Мне не нравится, как я ощущаю себя рядом с ним. Словно нерадивая ученица со строгим учителем, который пока не спешит указывать на ошибки.

– Если так, то радует, – наконец комментирует он мои слова, а затем слегка подается вперед.

Стул под ним скрипит, и я с опаской смотрю на ножки, боясь, что они под ним прогнутся. Мужчина он подтянутый и мускулистый, без единого грамма жира, но с его ростом весит наверняка больше ста килограммов. Не уверена, что мои кухонные стулья рассчитаны на такой вес.

Однако они его выдерживают, а когда я перевожу взгляд на него, ловлю его глаза на своих губах. Провожу по ним языком, машинально, а спустя минуту слышу вопрос, который он адресует мне:

– Задача мне ясна. Вопрос в том, что я получу взамен.

– Сколько вы хотите?

– Я не сказал, что плата меня интересует именно в деньгах.

Я прищуриваюсь, внимательно рассматривая его лицо – никакой пошлости ни во взгляде, ни в голосе. Он говорит со мной по-деловому, просто уточняет, в чем его выгода. Но я всё равно теряюсь, особенно вспоминая слова Светы о том, что внешне я в его вкусе.

– Тогда давайте зайдем с другой стороны, Родион. Чего вы хотите?

Я ожидаю, что он попросит какой-нибудь ответной услуги, но он меня удивляет.

– Вас. Я хочу вас.

– Не обязательно хватать меня за задницу, – бурчу я в район шеи Родиона, пока он нагло лапает меня на виду у бывшего мужа.

– Я погладил тебя по бедру, – вздергивает бровь мужчина и смотрит сверху вниз с легкой насмешкой.

– Слишком низко бедро у меня расположено, по-твоему?

– Поверь, если бы я хотел схватить тебя за… кхм… ягодицы, ты бы сразу это поняла.

Вздыхаю и делаю шаг назад, увеличивая между нами дистанцию. Даже выставляю ладонь вперед, чтобы со стороны казалось, что я от него отбиваюсь.

– Если бы ты правильно умел изъясняться, люди бы не шугались тебя, – язвлю я, не сдержавшись. Краем глаза вижу при этом, как на нас несется Виктор.

– Зато это отлично отсеивает ненужных людей, – отзывается Родион, а я закатываю глаза.

Помню, когда он сказал, что хочет меня, я минут пять сидела с открытым ртом и тупо пялилась на него молча, не зная, что сказать. Хорошо еще, что уточнила, что он имеет в виду.

– Свидание. Ты пойдешь со мной на свидание, – ответил он тогда и посмотрел так покровительственно, словно я его подопытная мышь.

Я тогда прищурилась и долго рассматривала его, пытаясь понять, издевается он надо мной или и правда не понимает, насколько двусмысленно звучат его слова.

И вот спустя пару дней, когда наш план начинает работать и я вижу его провокационный насмешливый взгляд, до меня доходит, что он делает это специально. Ну не может офицер не понимать, как его воспринимают окружающие.

Я не успеваю возмутиться и сказать ему, что думаю о нем и его тактике, как меня от него оттаскивает Виктор.

– Ты кто такой? – бычит бывший муж, загораживая меня собой. – Что тебе надо от моей жены?

– Бывшей, – шепчу я сзади, поправляя Виктора.

Он на меня не оборачивается, но я слышу, как он скрежещет зубами и напрягается от моего уточнения.

– Мужик, тебе чего надо? – наседает на него Родион, и я смотрю на него в упор, вытаращив глаза. – Иди, куда шел, и не лезь в чужие дела. Проблем захотел?

Тон Родиона, который он использует для общения с Виктором, сильно отличается от того, каким он разговаривал со мной. Довольно жесткий, циничный и хищный. У меня даже мурашки по коже идут, хотя наезжает он вроде бы не на меня.

Но Виктора это не волнует, так что он сжимает ладони в кулаки и делает шаг вперед, и они сталкиваются лбами. Родион немного крупнее его и шире в плечах, но рост у них одинаковый, так что противостояние фактически равное.

– Это, видимо, ты захотел себе проблем, – отвечает таким же тоном Виктор, а я делаю шаг назад, предчувствуя драку или еще какие-нибудь неприятности.

Они немного толкаются,аи я смотрю на это с ужасом. Глазами пытаюсь сигнализировать Родиону, чтобы не перебарщивал с актерской игрой.