Разведка могла и не облажаться вовсе. Просто мне поведали недостоверные сведения. Да и казны никакой не было. Меня обвели вокруг пальца. Признаться, он был последним человеком, в ком можно было бы заподозрить предателя. Справедливый, суровый, честный, со стальным стержнем. Настоящий воин империи. И я был его верным мечом, карающей дланью, разящей врагов направо и налево. Я проложил ему дорогу к императору, в высший свет.

Так почему, генерал?

[Несколько дней назад, военный лагерь империи]

— Что ты делаешь на фронте, отец⁈

— Стар я уже для таких вылазок. Ну и дороги тут у вас. Трясло так, что всю задницу отбил! — прокряхтел старик и присел на походный стул. — Моя карета едва не увязла в овраге…

В офицерском шатре царила аскетичная обстановка. Туенгоро был не из тех, кто тащил с собой в поход гору ненужного барахла. Одежда, стол с расстеленной картой, да койка в стороне.

— Это по поводу твоего письма? — хмуро уточнил Туенгоро-младший.

— Есть вещи, обговаривать которые по почте не стоит. Необходимо обсудить лично.

— Нельзя было подождать? Мы готовимся к штурму Фейхарна!

— Как знать, быть может это станет наилучшим шансом? — хмыкнул старик и достал из-за пазухи фляжку.

Туенгоро-старший откупорил сосуд, сделал пару глотков и в удовлетворении покивал головой.

— Ты о Лучезарном маге? Да, он доставил нашей семье проблем…

— Проблем⁈ Братство грозится разорвать все контракты с торговой гильдией! Школа Солнца ищет других поставщиков. Это настоящий крах! Род Туенгоро может обанкротиться. Ты ведь знаешь, как у нас все плотно завязано.

— Будет непросто, но ты выкрутишься.

— Я беседовал с императором. Мумия был им крайне недоволен. Лучезарный маг силен, спору нет, но и ссориться с Братством Тумана империи сейчас не с руки. Унзар колеблется, поэтому мы должны взять дело в свои руки. Необходимо ликвидировать Мрадиша!

— Он слишком полезен на поле боя, — покачал головой генерал.

— Он всего лишь один из особых магов. Без него империя не рухнет. Стояла сотни лет без Мрадиша, простоит и дальше. А вот если Братство Тумана отвернется от нас, начнутся проблемы с лицензиями и поставками рабов — тогда станет не до смеха. Ты еще молод, у тебя в голове одни лишь сражения. На одной чаше весов судьба империи, на другой — пришлый чужеземец. Выбор очевиден.

— Ты преувеличиваешь, отец. В любом случае, что ты хочешь от меня? Чтобы я приказал солдатам убить Лучезарного мага? Меня самого вздернут за подобное обращение с особым магом императора!

— Не будь столь прямолинеен, мальчик мой, — хмыкнул старик. — Действовать надо тоньше. Просто немного направить его в нужное русло и переложить ответственность на других. Я связался с эльфами. Они готовы нам подыграть.

— Это предательство империи.

— Я тружусь во благо Нуэз! — бахнул отец кулаком по столу. — Что с тобой стало? Разве не ты мне писал, что Мрадиш — очередной избалованный чародеишка, который ни во что не ставит приказы командования? Что он ненамного лучше того же Велариоса?

— Возможно…

— Если он продолжит в том же духе, то Фейхарн может достаться ему. Разве ты не мечтал о губернаторском титуле, сын?

— Фейхарн? — поднял брови генерал. — Сомневаюсь, что император отметит именно меня.

— Если Лучезарного мага не станет, твоя кандидатура станет первой. К тому же я пообщался с Пепельным магом. Велариос обещал поручиться за тебя перед императором. Да и у меня, как никак, есть некоторые связи.

Старик поднялся, схватил сына за плечо и крепко сжал:

— Ты хочешь получить титул губернатора Фейхарна или нет?

— Но такой ценой…

— Империя только спасибо тебе скажет. Да или нет⁈ — надавил он еще сильнее.

Туенгоро-младший поморщился, но не отстранился от родителя. Чуть поколебавшись, мужчина тихо ответил:

— Да.

[Лиетарис Ал Тарде’Неску]

Война — дело всегда рискованное. Но умереть в бою и погибнуть из-за предательства — это разные вещи. Второе намного обиднее. Предательство отзывалось в душе ноющей болью и едким разочарованием. Лиетарис догадалась о роли Туенгоро в случившемся. Он явно держал связь с Сумеречным Лесом.

Эльфийке еще показалось, что уж слишком настойчиво генерал уговаривал Хорана устроить вылазку. В прошлые разы он относился к подобным походам скорее нейтрально. Сейчас же командир пообещал и повышенный процент с трофеев, и казной поманил. Сделал все, чтобы Лучезарный маг попался в его ловушку. Жадность Мрадиша сгубила.

У Лиетарис закрались подозрения, но она считала, что разбирается в людях. За время странствий она поняла, что среди плоскоухих изредка встречаются достойные личности, и Туенгоро она изначально отнесла к таковым. Но все-таки двуличная природа людишек давала о себе знать. Генерал не справился с искушением и продал эльфам особого мага императора.

Ситуация сложилась критическая. Даже поверхностный осмотр показывал, что перед ними элита Сумеречной армии. Гвардия королевы, как им поведала Ренуати. Их было много, войска грамотно окружили скромный отряд Мрадиша.

Лиетарис была немного знакома с Дзартен. Они находились в одной лодке какое-то время. Но даже общая беда не смогла их толком сплотить, в отличие от Ниуру. С Красной они быстро нашли общий язык. Правда, после потепления отношений с Мрадишем они с Ниуру поссорились, но это уже другая история.

Высокая эльфийка раздумывала, может ли она что-нибудь сказать Ренуати. Убедить ее, что это больше не прежний Мрадиш. Что Хоран изменился. Стал лучше. Не обрел идеальный характер, но больше это не тот мерзкий хозяин, что издевался над ними.

В итоге Лия пришла к выводу, что толку от ее бесед со старой знакомой не будет. Ренуати теперь Эмиссар Смерти. Она не просто жаждет мести за былые обиды, она служит Сумеречному Лесу. Лучезарный маг сильно подгадил эльфам за последние недели, так что они горели желанием его покарать. Снести с доски значимую фигуру — означало ослабить Нуэз. Так что Ренуати в любом случае не отступится. У Лиетарис не найдется доводов, чтобы ее переубедить. А значит и пытаться смысла нет.

Эльфийка еще раз осмотрелась и прикинула расклад сил. У Хорана в запасе оставалось несколько мощных осколков. Если раздать их Солнечным эльфам, стрелки могут выдать сильный залп. Эльфов проредят знатно. Вот только позиция у них была скверная, а противников слишком много. Да и по рангам враги явно превосходили летучий отряд.

Шансы оставались, но Лиетарис сочла их крайне низкими.

Также имелась возможность сбежать. Если сделать рывок и, например, пожертвовать расчетом, то можно будет прорвать один из флангов. Уйти через заросли, а затем вернуться на дорогу и отступить. Обычные гурды вряд ли выстоят во время погони, но высокоранговые должны справиться.

Если бы Неллис не потратила весь резерв во время штурма и отправилась с ними, то могла бы сильно пригодиться. Стихия Пепла хорошо работала против больших скоплений войск. Либо как завеса, чтобы скрыть их отступление. Однако колдунью с собой тащить не стали. Она помогала с зачисткой Фейхарна.

Хоран наверняка все это понимал. Ему подсказки не требовалось. Лиетарис сама не знала, как следует поступить в сложившейся ситуации. Какой вариант будет наилучшим. Поэтому переложила ответственность на лидера отряда. Обычно именно он и принимал ключевые решения.

Отношение к мастеру менялось постепенно, шаг за шагом. Эльфийке было сложно выбросить из головы образ прежнего хозяина. Умом она понимала, что перед ней другая личность, но сердце не готово было к переменам. К тому же многие привычки старого мастера остались.

В любом случае ей было сложно проникнуться чувствами к какому бы то ни было человеку. Людей она раньше презирала. Сейчас, по прошествии времени, она все еще презирала людей, но не каждого. Туенгоро она уважала, Эббот всегда вызывала в ней умиление, тот же Вустирц умел рассмешить. Их она не ненавидела, как и Хорана.