Но и преимущества, по словам Дженнифер, крылись немалые. Сфера Уклонения расходовала очень мало маны по сравнению с другими Барьерами. Иные щиты приходилось регулярно восстанавливать, активировать заклинания заново, тратить прорву энергии на латание прорех. Сферу же один раз кастанул и разрушить ее по сути стандартными заклинаниями или стрелами невозможно. Ведь она аморфна, словно обычный воздух.
Камень можно раздробить на части, лед трескается, вода испаряется, но уничтожить воздух ударом клинка нереально.
В итоге получалось крайне энергоэффективное, но сложное и рискованное заклинание. Разумеется, я забрал Сферу Уклонения в свой гримуар и намеревался на досуге адаптировать под себя.
Дженнифер пока не смогла настроить Воздушную печать под свою энергию. Принцесса долго просила меня помочь с ней, но за красивые глазки, а очи наследницы были прекрасны, я потеть не собирался. Лучезарный маг трудится только за видимую прибыль, которую можно пощупать!
Так что обещаний принцессе давать не стал. Знаю я этих ушлых юных чародеек. Один раз поможешь с печатью, так потом с шеи не слезет. Одна даже в ученицы напросилась. Хотя, вариант заиметь ее высочество в ученицы тоже не самый плохой.
Мы вернулись в поместье. Санчес вполне себе мило беседовал с Неллис, поглядывая в ее декольте. А адептка Аурифи и не против. Брюнетка мастерски пользовалась своим новым телом, охмуряя одного мужика за другим. То одного архимага опутала любовными сетями, теперь за другого взялась. Настоящая вертихвостка!
Впрочем, я бы не назвал ее падшей женщиной в полном смысле. Неллис прилагала усилия только ради своей сверхцели. Кто как не производители рабских ошейников являлись одними из главных врагов аболиционистов? Она просто использовала все свои сильные стороны, в том числе и внешность.
Мне в целом адептка Аурифи тоже нравилась. Возможно, она и меня использовала. Не просто же так таскается следом. Однако строить с ней отношения я не собирался, даже на одну ночь. Когда рядом с тобой постоянно крутится одна горячая особа, начинаешь подходить к романтическим связям с особой осторожностью. Мимолетное увлечение Неллис не стоит сожженного стручка.
Тем более есть и Ульдантэ, которая, надо отметить, красивее Неллис. Эльфийки все читеры, что с них взять. У брюнетки уже появились первые морщины, да и массивный бюст подвластен силам гравитации. Ульдантэ же хоть по возрасту недалеко ушла от Неллис, тело ее оставалось стройным и подтянутым. Риск того не стоил.
Так что пусть крутит шашни то с архимагами, то с генералами. Это ее собственный выбор.
Вскоре вернулась и Ульдантэ с книгой подмышкой. Судя по всему, она провела несколько часов в библиотеке. Я опасался, что Лунная может что-нибудь учудить. Попытается вызволить своего сородича из плена, к примеру. Однако Тень вела себя вполне примерно. Дорожила моей репутацией, что радует. Все-таки Ульдантэ не Ниуру, которая сначала делает, потом думает.
А спустя некоторое время неожиданно явилась и хозяйка поместья вместе со слугами и кипой накупленных книг. Я, конечно, удивился, догадавшись о роли супруги Санчес в истории с ошейниками, но виду подавать не стал. Вот только выражение лица Ульдантэ было настолько забавным, что от ухмылки удержаться не смог.
Лунная Тень была крайне раздосадована и зла. На обычно бесстрастном лице появилось недовольное выражение. Подобные эмоции наша ледяная королева испытывала редко. Пущай насладится бурлящими чувствами.
Зря я пустил беседу на самотек. Ульдантэ не удержалась и начала выплескивать гнев на жену зачарователя.
— Не сестра ты мне, Ролантэ Санчес! — вырвалось из уст Ульдантэ.
И понеслось…
— Что это значит? — нахмурилась хозяйка поместья.
— Ты создаешь ошейники подчинения, которые люди вешают на эльфов. Наши Лунные сестры и братья страдают из-за твоей магии! — выдала Ульдантэ несвойственную для нее экспрессивную тираду.
— Рабские ошейники — худшая вещь на Тардисе, а их создатели — преступники, заслуживающие суровой кары! — сняла и Неллис свою маску любезной нимфы.
— Неллис? — удивился Санчес. — Мы ведь с тобой так мило беседовали…
— Рабство — это грех, и я, как служительница Аурифи, борюсь с ним по мере сил!
— Ты кого в дом привел, Сэмуэль⁈ — возмутилась Ролантэ. — На грудь их пялился, не так ли? Пригрел негодяек на своей груди! Это наше личное дело, какие артефакты мы производим. Не мы же вешаем ошейники на рабов. Людей или эльфов — не важно. Как и производители мечей не в ответе за убийства, которые совершают их оружием!
— Если убрать все ошейники подчинения, рабство себя изживет, — заявила Неллис.
— Если мы перестанем их производить, нишу займет кто-то другой, — парировала Ролантэ.
— Пока вы так думаете, нам не снять рабских оков! — проговорила адептка Аурифи.
— У меня уже голова разболелась от ваших наездов. Вы пришли в гости в наш дом и смеете выказывать нам претензии. Так себя не ведут. Выметайтесь! — указала нам Лунная хозяйка на выход.
— Э-эм, давайте не будем горячиться, — влез я в беседу разъяренных женщин, что само по себе являлось поступком недальновидным. Но на кону стояло слишком многое. — Кто-то рабами торгует, кто-то ошейники клепает. Каждому свое, как говорится. Мы договорились с господином Санчесом об одном одолжении…
— Да, у меня есть зеленый осколок в загашнике, — кивнул хозяин.
— Ты пообещал этому прохиндею зеленый осколок⁈ При этом я выслушиваю от них оскорбления?
— Мрадиш — мой земляк…
— Мы и так едва сводим концы с концами из-за твоих вечеринок и странных покупок!
— Твои книги тоже стоят дорого! — возразил Сэмуэль.
— В любом случае я против того, чтобы ты делал им какое-либо одолжение! И точка!
Санчес виновато пожал плечами:
— Извини, Хоран, но зеленый осколок — это серьезная трата. Возможно, в следующий раз…
Т-ц, вот же гадство. Я недовольно посмотрел в сторону Ульдантэ и Неллис, которые все еще были раздражены. Из-за этих радетельниц за эфемерные блага зеленый осколок на ровном месте уплыл у меня из рук.
Дженнифер сделала попытку поговорить с Ролантэ, но хозяйка поместья стояла на своем. Сэмуэль спорить с озлобившейся супругой не решился.
В какой-то момент неожиданно слово взяла долго молчавшая Ульдантэ:
— Я преодолела опасные воды Моря Бедствий, сражалась с пиратами и левиафанами, штурмовала твердыню, билась с культистами и нечистью. Терпела лишения и насмешки. Рисковала своей жизнью, ставила на кон все. Мы вызволили сестру Амарантэ из лап психопата, и я решила, что нашла свою цель. Однако оказалось, что все мои странствия были впустую. Лунной Тени не нужна моя помощь. Наоборот — она одна из тех, кто создает ошейники… Прошу простить мое поведение. Я подвела мастера Хорана, дала волю эмоциям. Ролантэ Санчес, я больше вас не побеспокою. Теперь… мне придется искать новый смысл жизни…
Тон голоса Ульдантэ был настолько потерянным и сломленным, что мы замолкли на некоторое время. Даже Ролантэ прониклась.
— Ты хотела спасти меня? — вопросила она негромко.
Ульдантэ молча кивнула.
— Вот так номер! Ха!
Ролантэ заливисто рассмеялась. Звонко, со вкусом.
— Давно никто не приходил меня спасать из коварных лап Сэмуэля Санчеса! Вижу, тебя потрясло, что твоя картина мира не соответствует действительности. Не стоит вешать ярлыки и придумывать себе жертв, которых надо обязательно спасти.
— Но что же мне тогда делать дальше? — вопросила Ульдантэ.
Как и к Амарантэ она в свое время обращалась за советом, так и Ролантэ, похоже, казалась ей старшей сестрой.
— А зачем тебе нужна эта сверхцель? Живи в свое удовольствие: радуйся, целуйся, бей мужланов, ешь деликатесы, читай интересные книги!
— И это нормально?
— Разумеется. Ты же не персонаж сказки, который обязан победить главного злодея и спасти прекрасную принцессу, — фыркнула Ролантэ. — Ставь менее глобальные цели и наслаждайся каждым прожитым днем. Ладно, можешь взять «Сагу о Бессмертном», но верни сразу после прочтения. У меня есть еще один экземпляр, но то про запас.
