– Его Величество в соседней комнате, – Малика погладила сестру по голове, успокаивая, и усмехнулась, – старательно топчет дорожку на ковре, и у него неплохо получается.

– Величество ваше сначала сюда рвался, насилу выставила, – всё так же насмешливо подхватила повитуха и, увидев направленные на неё удивлённые взгляды сестёр, звонко расхохоталась, – вот этими руками его когда-то принимала, чего мне с ним церемониться-то.

– Не переживай, – заметив, что Лиа продолжает нервничать из-за супруга больше, чем за себя и ребёнка, постаралась успокоить её Малика, – уверена, там уже давно появился Тайншар, а он точно за всем проследит. Да и Таен с Иридой постоянно где-то рядом, ничего с твоим Императором не случится.

– Кто-то тут меня потерял? – протиснулась в этот момент в приоткрытую едва ли на четверть дверь широко улыбающаяся Ири, – Ваше Величество, меня к вам на подмогу Таен послал, ума не приложу только, чем я в таком деле помочь могу. Я вон там в уголочке постою, вы не возражаете?

Лиалин только кивнула, побледнев еще сильнее. Малика улыбнулась девушке, понимая, что Таен просто почувствовал волнение Императрицы, вот и прислал супругу, чтобы обозначить своё присутствие и внимание. Ну и подтверждая всё сказанное Маликой, конечно же.

А пока продолжались все эти разговоры, повитуха потихоньку готовила всё необходимое. Раскладывала по освобождённому столику какие-то мешочки с травами, лекарские приспособления принцессе совершенно незнакомые, готовила простыни. Каждый её жест, уверенный и точный, говорил о мастерстве и большом опыте, а это, откровенно говоря, успокаивало и внушало доверие.

Напряжение в комнате потихоньку нарастало. Дыхание Лиалин стало более тяжелым и прерывистым, временами она тихо стонала сквозь крепко сжатые зубы. В такие моменты пожилая женщина наклонялась к ней и тихо успокаивала, подсказывая, что нужно делать.

Постепенно схватки становились всё более интенсивными. Лиалин, вцепившаяся в руку сестры, сжимала её так, что сводило пальцы. Но Малика даже не пыталась освободиться, несмотря на то что была уверена – к утру её рука станет сине-фиолетовой от проступивших на ней синяков. Повитуха же, не потерявшая ни капли уверенности, спокойным деловым тоном отдавала негромкие команды.

– Дыши глубже, – приговаривала она, пока со лба роженицы её помощница влажной тряпкой обтирала пот, – осталось совсем немножко. Сейчас отдохни, а потом будешь тужиться, когда я скажу.

Лиалин глубоко задышала, готовясь к очередной схватке. А когда повитуха дала команду, начала тужиться. Раздался громкий, полный боли крик. Малика, бледная как полотно от разворачивающегося перед ней зрелища, продолжала свободной рукой гладить сестру по голове, пытаясь хоть немного поддержать. Но, честно говоря, мечтала бы в этот момент очутиться где-нибудь подальше от этой комнаты.

– Молодец, Твоё Величество, – похвалила повитуха, которая продолжала напряжённо следить за процессом, не отвлекаясь ни на что другое, – вижу головку, вижу! Давай еще разок, тужься изо всех сил!

Лиалин собрала последние силы и, выполняя команду, сделала ещё одно усилие, после которого в комнате раздался первый крик новорождённого. Пусть он был совсем ещё слабым, больше похожим на мяуканье, но очень долгожданным для всех, кто находился сейчас рядом. Повитуха ловко подхватила малыша, перерезала пуповину и передала его помощнице. Та сноровисто обмыла младенца, завернула его в чистую пелёнку и поднесла матери.

– Поздравляю, Ваше Величество, у вас мальчик!

Лиалин, совершенно обессиленная, со счастливой улыбкой смотрела на своего малыша, не замечая, кажется никого вокруг. Да никто и не думал вмешиваться в такой важный момент первой встречи матери и ребёнка. Бесшумно перемещаясь по комнате, служанки убирали беспорядок, собирала ненужные уже приспособления помощница.

Когда привели в порядок Лию и застелили постель свежим бельём, в комнату впустили Ксайштара. Удивительно, но к постели супруги он почти подкрадывался, боясь, по всей видимости, неосторожным движением потревожить новорождённого. Повитуха, убедившись, что всё в полном порядке и забрав с собой служанок и помощницу, тихонько выскользнула за дверь, не желая мешать воссоединению семьи.

Ненадолго задержалась Ирида, внимательно посмотрела на Императрицу, потом так же пристально взглянула на Императора и тоже вышла, явно оставшись где-то поблизости. Правда на смену ей тут же просочился Тайншар, но так и остался стоять у порога, не подходя ближе и, кажется, даже стараясь не привлекать к себе внимания. К нему с облегчением поспешила Малика, которую очень уж смущало наблюдать за тем, с каким выражением на лице смотрит на супругу и сына Ксайштар – будто подглядываешь за чем-то очень личным в замочную скважину.

Тайншар на друга не смотрел – внимательно наблюдал за приближающейся к нему Маликой. Он и в комнату-то вошёл, чтобы проверить всё ли с ней в порядке, и теперь с лёгким недовольством отмечал и ещё более сильную, чем обычно, бледность супруги и какую-то странную неуверенность во взгляде. Вот уж чего он не наблюдал никогда и точно больше не хотел подобного видеть.

И как-то так вдруг получилось, что Тай не стал ничего у неё спрашивать, а просто в приглашающем жесте раскрыл руки, а Малика, так же ничего не говоря, шагнула в его объятия и прижалась в поиске поддержки. И оба настороженно замерли, пытаясь осознать такие непривычные для себя ощущения покоя и безопасности в чужих объятиях.

– Кхе-кхе, мне даже как-то неловко вас беспокоить, – совершенно неожиданно раздался голос Императора, который уже налюбовался наследником и обратил, наконец, внимание на присутствие в комнате ещё кого-то, – но вы сюда обниматься пришли или поздравлять новоиспеченных родителей с пополнением в семье?

Малика, услышав Ксаштара, дёрнулась было в сторону, но супруг рук так и не разжал, позволив ей только развернуться лицом к императорской чете, а потом снова плотно сомкнул ладони у неё на животе.

– И вовсе необязательно быть таким саркастичным, – бросил Тайншар предупреждающий взгляд другу поверх плеча супруги, пока та не видела, – видимо это у тебя от счастья. Поздравляю с обретением наследника, Ваши Величества. Посмотреть-то разрешите?

– И даже подержать, – вмешалась в разговор Лиалин, которая слушать даже шуточные споры мужчин сейчас была просто не в состоянии, – но только в том случае, если вы всё же подойдёте поближе.

– Пустишь? – Малика обернулась, на супруга, вглядываясь в его лицо, и Тайншар, наконец, разжал руки. Девушка тут же поспешила к сестре, задержавшись лишь на мгновение, чтобы крепко обнять Императора. Тот лишь добродушно усмехнулся, обнимая её в ответ. А когда Малика отошла к Лие, на её место уже подоспел Тайншар, спешащий поздравить друга.

– Сейчас уже нормально, – улыбнулась Лиалин, отводя, наконец, взгляд от ребёнка, и внимательно посмотрела на сидящую рядом Малику, – ты зря волнуешься. Хочешь подержать племянника?

– Попозже, – взглянула принцесса на малыша, который в руках Лиалин казался крохотным. Ей было страшно прикасаться к нему, сделать что-то неправильно.

– А ты, Тайншар, возьмёшь малыша? – не стала настаивать Лиалин и перевела взгляд на Советника, который тоже подошёл ближе и пристроился за креслом супруги.

– С удовольствием, – улыбнулся мужчина и подошел к постели, чтобы взять младенца на руки. Получилось у него, по мнению Малики, на удивление ловко – ребёнок на перемещения даже не отреагировал, чувствуя себя комфортно в мужских руках.

– Чувствуешь? – вклинился с вопросом Император, наблюдающий, как бережно друг держит его сына, – тьма спит.

– Сразу почуял, – кивнул Тайншар и, будто что-то почувствовав, поспешил успокоить заволновавшуюся Лиалин, – хорошо это, Ваше Величество. Ксай вам потом всё подробно объяснит.

– А мне? – тут уж не выдержала Малика, которая вообще не поняла, о чём идёт речь, поэтому требовательно смотрела сейчас на супруга.

– Я расскажу, – обернулся тот и, заметив направленный на него напряжённый взгляд, добавил, – чуть позже.