Поначалу, когда они еще не были связаны, единственное, что Касси получала от принца, это неприязнь и откровенно негативное отношение. Первые изменения произошли, после того как эльфийка оказалась в вотчине деда Гаяра. Именно тогда она осознала, что негатив сменился на осторожный интерес и любопытство.

А потом был разговор и первые попытки привыкнуть к обществу друг друга. И изначально принцесса очень боялась, что возможность знать, что чувствует дракон, не принесет ей ничего, кроме разочарований и неуверенности в себе. Впрочем, опасения оказались беспочвенными. Аррияр мог злиться, очень часто он бывал раздражен, но в отношении супруги оказывался неизменно вежливым и, буквально ошеломлял изумлением и постепенно возрастающей симпатией, по образованной связи.

Нельзя сказать, что это знание о меняющемся отношении дракона искупало его поведение в прошлом, но, однозначно, производило приятное впечатление. И пусть только время могло показать, во что выльется происходящее с ними, Кассианэль хотелось верить, что это начало чего-то хорошего.

Шестой день рождения младшего принца Империи драконов Велияра подходил к концу. Традиционные торжественные мероприятия закончились, и гордые родители в компании наследника и императорской четы расположились на свежем воздухе в дворцовой галерее, где специально для их отдыха установили несколько удобных кресел и небольшой столик с угощениями. Пока взрослые, расслабившись, наслаждались минутами спокойствия, Велияр воодушевленно бегал вокруг них, активно растрачивая энергию.

— Папа Дан, папа Ари, смотрите, как я могу! — в какой-то момент, пока Касси отвлеклась от наблюдения за ним, хрупкий темноволосый мальчик с синими глазами взобрался на невысокие перила одного из балкончиков и замахал руками, активно привлекая внимание родных. Дождавшись, когда мужчины, которых он так громко звал, посмотрят в его сторону, он выдохнул и шагнул в пустоту, чтобы через пару мгновений взмыть и очутиться на виду уже маленьким ало-золотым дракончиком.

Кассианэль, у которой от очередной выходки слишком активного сына уже дергался глаз, только покачала головой. Для первого оборота было немного рановато, но Велияр с рождения был сильнее, чем обычные дракончики его возраста, так что принцесса уже видела, как оно превращается. Именно поэтому, спокойно наблюдая, с каким оживлением супруг вместе с отцом разглядывают мелкого, повернулась к кузине.

— Прости, Янти, у меня никак не получается отучить его называть Данияра отцом, — ей в самом деле было неловко от того, что из-за магической подпитки, которую император давал Велияру, тот считал его одним из родителей, наравне с Касси и Аррияром, — такое чувство, что он меня даже не слышит.

— С магией не спорят, дорогуша, — открыв глаза, усмехнулась Янтилиш, которая до этого момента, зажмурившись, подставляла лицо солнцу, греясь в его теплых лучах, — Данияру это нужно — он выглядит таким счастливым. Твой чешуйчатый, конечно, немного дуется, но кто ему теперь виноват?

— Данияр выглядит счастливым с момента вашей свадьбы, — расслабилась принцесса окончательно, перевела взгляд на супруга, который, кажется, собрался вышагивать с балкончика следом за сыном, и вздохнула, — иногда мне кажется, что младший в нашей семье вовсе не Велияр.

Вмешиваться, к счастью, не пришлось. Император совершенно неаристократичным образом отвесил подзатыльник сыну, что-то негромко сказал внуку, и, после неяркой вспышки, на балкон, вместо дракончика, мягко спрыгнул маленький мальчик. Он звонко расхохотался и повис на шее подхватившего его деда. Насупленному Аррияру осталось только со стороны наблюдать за этим весельем — его в компанию двух заговорщиков не пригласили.

Впрочем, дулся принц недолго. Посмотрел на счастливого сынишку и не менее довольного отца, улыбнулся и поспешил к супруге, которая с интересом наблюдала за происходящим. Садиться не стал, наклонившись, поцеловал в макушку и шепнул, задевая теплыми губами острое ухо:

— Я отлучусь в ритуальный зал. Нужно подкормить нашу малышку, — и ушел, насвистывая себе под нос какой-то незатейливый мотивчик, транслируя по ментальной связи благодушие и радостное предвкушение.

Кассианэль и сама не поняла, как несколько месяцев назад она согласилась с мыслью, что одного маленького дракончика их семье будет мало. Но факт оставался фактом, они провели еще один ритуал и… сломали всю систему рождаемости клана Золотых. Потому что к моменту, когда магический кокон должен окраситься и показать пол будущего дракона, он и стал не золотистым, как это положено для рождающихся в клане мальчиков, а серебристым, что характерно для девочек. Девочек, которых среди Золотых не появлялось уже очень давно… Тут то Данияр и вспомнил о подарке Богини, который она пообещала ему еще на свадьбе — это было вполне в её духе.

Гордый отец будущей маленькой принцессы был настолько счастлив, что на этот раз в ритуальном зале стал частым гостем. Без всяких напоминаний и упреков со стороны супруги, он мастерски делил свободное время между сыном и еще не появившейся на свет дочкой, чем безумно радовал Касси, которая прекрасно помнила, с чего началась их история.

— Думаю, у твоей ящерицы еще есть шансы повзрослеть, — наблюдающая за происходящим с какой-то таинственной улыбкой, Янтилиш, как всегда, оказалась в своем репертуаре, мягко поддразнивая кузину. Несмотря на потепление отношений обзывать драконьего принца императрица не перестала, на что тот давно уже не обращал внимания, отвечая ей полнейшей взаимностью, — появление дочери обычно заставляет мужчину становиться более ответственным.

— Время покажет, — покачала головой Кассианэль и, не удержавшись, всё же спросила, устав бороться с собственным любопытством, — не поделишься, в чем причина твоей мечтательной задумчивости? Ты сегодня весь день витаешь в облаках.

— А я разве не сказала? — удивилась Янти и, отыскав взглядом супруга, счастливо улыбнулась, — мы с Данияром решили, что после рождения вашей дочери тоже проведем ритуал.

— Это замечательная новость! — просияла Касси, когда ошеломление от услышанного рассеялось, — я так рада!

— О чём шепчетесь? — император заметил оживление за столиком и подошел ближе, краем глаза продолжая наблюдать за Велияром, который продолжал носиться по балкону.

— Я рассказала кузине о нашем решении, — Янтилиш улыбнулась и, протянув руку, прикоснулась к ладони супруга, который ответил ей легким пожатием, — она, кажется, очень рада.

— Вот как? — усмехнулся Данияр и, облокотившись на спинку кресла любимой жены, спросил, — Кассианэль, ты связывалась с отцом?

— Он с утра поздравлял Велияра с днем рождения, — кивнула принцесса, с улыбкой наблюдая за расположившейся напротив парой, — извинился, что не сможет присутствовать на празднике и пообещал заглянуть в конце недели. Дедуля, кстати, тоже грозился нанести визит, когда разберется с делами.

— Велияр будет рад, — почти хором произнесли Янти и император и, рассмеявшись, переглянулись, после чего дракон продолжил, — он скучает по ним, хоть и не говорит об этом. Утром я отдам все распоряжения, чтобы всё было готово к встрече.

Касси только кивнула, в который раз удивляясь педантичности Данияра. С момента появления на свет их с Ари сына дед с отцом периодически заглядывали в гости, и каждый раз их встречали так, будто это не визит родственников, а, по меньшей мере, официальная делегация. Впрочем, в чём-то это было даже мило, да и дедуле нравилось соблюдение всех формальностей.

— Мам, папа Дан, Янти! — в очередной раз прервал беседу маленький дракончик. Он подбежал к креслу и ловко вскарабкался по нему на колени матери и, обхватив её за шею, громко прошептал ей на ухо, — а папа Ари обещал показать мне сестрёнку!

Принцесса прижала сына к себе и, легонько поглаживая по спинке, беспомощно взглянула на Данияра — тонкости драконьей ритуальной магии не были ей знакомы, так что она ждала его разрешения или запрета, чтобы объяснить Велияру, почему этого делать нельзя. Дракончик прекрасно понимал слово нет, так что Касси понимала — особых проблем не будет.