Уроки послушания для Аррияра набирали свои обороты. Только вряд ли, конечно, сам принц понимал, что таким способом ему пытаются привить хоть немного послушания. Казалось, он попросту не способен заметить подобные тонкости в силу своего природного упрямства.

Небрежно отбросив свёрток с одеждой на одно из стоящих в комнате кресел, дракон уселся за стол и начал сверлить мрачным взглядом тарелку с завтраком. Перспектива оставаться голодным до самого вечера его совсем не радовала. К счастью, он понимал, что подобное ограничение было введено вовсе не для того чтобы испортить ему настроение — переносить любые ритуальные воздействия организму всегда проще налегке. И неизвестно, как может подвести тебя тело, о котором ты не захотел побеспокоиться заранее.

Так что пришлось отодвинуть в сторону собственное недовольство и начать жевать майнии — круглые плоды с ароматной, сочной мякотью, чуть желтоватого оттенка, которые, впрочем, оказались не настолько плохи, как Аррияр думал о них изначально.

Теперь ему оставалось только придумать, чем занять себя до вечера. Из комнат, как он понял, выходить не стоило — кто знает, что именно могло стать тем минусом, что сведёт на нет все усилия отца и вызовет его недовольство? Рисковать принц не хотел — второй раз участвовать в подобном представлении в случае его неудачи он точно не собирался. У него, к счастью, было более приятное занятие для траты свободного времени. И на его супруга оно походило мало. Правильнее даже сказать — совсем не походило, ибо представляло собой миловидную пышногрудую брюнетку с чарующим голосом.

Именно она занимала мысли Аррияра в последнее время, и именно с ней он подсознательно сравнивал эльфа, разочаровываясь в браке всё сильнее. И, кажется, дракон просто не смел надеяться, что после ритуала все его обязательства по отношению к супругу окажутся выполненными, и он сможет о нём забыть.

Санар, как и обещал император, пришёл за Кассом, едва солнце, что до этого радостно светило в большое окно, скрылось за горизонтом. Уже знакомо молчаливый, он постучался в дверь и замер у порога, дожидаясь, когда эльф будет готов выходить.

Тот надолго не задержался, и вышел уже переодетым в ритуальную рубаху, зябко ёжась от прохлады, идущей из коридора, и чувства неловкости.

— Его Величество попросил передать вам, что вы можете надеть что-то поверх, чтобы дойти до ритуального зала, — слуга смотрел на принца спокойным, но в то же время понимающим взглядом, и это нисколько не раздражало, скорее вызывало чувство признательности, — в коридорах прохладно. Вы можете замёрзнуть.

— Очень любезно с его стороны, — тепло улыбнулся Кассианэль и всё же вернулся к гардеробу за накидкой из плотного синего атласа. И, только завязав широкий пояс, понял, насколько же чувствовал себя неуютно без неё, — мы можем идти, Санар.

— Следуйте за мной, Ваше Высочество, — склонил голову мужчина и, развернувшись, неторопливо пошёл по коридору, чтобы принц не отставал от него в замысловатых хитросплетениях местных поворотов и переходов. Касс шёл за ним и удивлялся, что в таком оживлённом дворце им навстречу не попалось никого — ни одна душа не видела, как они шли к ритуальному залу.

Император уже ждал их. Совершенно расслабленный, стоял у нужных дверей, одетый в точно такую же рубаху, что и эльф. Выглядел он при этом очень внушительно, и единственным, чем Данияр, пожалуй, отличался от себя повседневного, оказались волосы. По всей видимости, гребень, которым он обычно скалывал волосы, являлся каким-то артефактом, потому что сейчас его не было. Тяжёлые на вид, блестящие тёмные пряди красивой волной падали на плечи. Если бы не Санар, Кассианэль совсем засмотрелся бы, настолько зрелище оказалось завораживающим.

— Ваше Высочество, — с прекрасным чувством момента откашлялся рядом с ним слуга, привлекая внимание, — позвольте мне забрать вашу накидку.

— Что? — заглядевшийся на дракона, Касс не сразу понял, что обращаются к нему, а осознав это, мучительно покраснел, словно его застали за чем-то предосудительным, мысленно проклиная вынужденный отказ от блокирующего эмоции артефакта, — да, пожалуйста. Буду весьма благодарен.

Санар, которому принц передал и накидку и пояс, сразу же после этого исчез в неизвестном направлении, оставляя эльфа наедине с правителем.

— Кажется, мой супруг немного задерживается, — опустив голову, констатировал очевидное всё ещё смущенный Кассианэль, нервно теребя рукав ритуальной рубахи.

— Это вполне в его стиле, — император смотрел на собеседника с понимающей доброй улыбкой, и это успокаивало, возвращая эльфу утраченное душевное равновесие, — к счастью для нас с вами, я пригласил его сюда на четверть часа раньше, чем нужно было на самом деле. Думаю, Аррияр появится как раз вовремя.

— Здесь кто-то произнёс моё имя? — раздалось насмешливое из бокового коридора, и оттуда же появился предмет обсуждения собственной персоной, — надеюсь, я не опоздал?

Вот уж кто чувствовал себя комфортно в любом виде и вне зависимости от ситуации. Даже таким, в простой длинной рубахе и домашних туфлях на босу ногу, единственным достоинством которых являлось удобство их носки, он просто-таки излучал уверенность в собственной привлекательности.

— К моему большому удивлению, сегодня ты оказался изумительно пунктуален, — откликнулся Данияр, когда сын подошёл ближе, и, отвернувшись, распахнул высокие двери, — нам пора. Следуйте за мной.

Касс предпочел подождать, пока оба дракона войдут в зал, и только после зашёл сам, чтобы тут же замереть от восхищения. В просторном помещении горели свечи, разгоняя темноту и нагнетая таинственности. Всюду, куда бы ни падал взгляд, на черных монолитных стенах, таком же каменном полу, и, кажется, даже на потолке, эльф видел вырубленные в камне символы, значения которых он не понимал. Ему страшно было даже представить, сколько же усилий потребовалось, чтобы создать всё это великолепие.

— Дальше можно только босиком, так что обувь придётся оставить, — предупредил Его Величество, остановившийся на пару шагов впереди, — постойте здесь, пока я не позову.

К большому удивлению Кассианэля, даже Аррияр не стал возражать, а вполне себе мирно остановился рядом и с интересом начал наблюдать за действиями отца.

А император времени зря не терял. Развернувшись, уже босым шагнул ближе к центру зала, и, словно в ответ на эти легкие шаги, начали разгораться ярким, чуть зеленоватым светом те символы, на которые он наступал. И чем дальше дракон проходил, тем больше загоралось этих неизвестных эльфу знаков, тем сильнее расползались по углам тени, властвовавшие здесь до их прихода.

— Идите сюда, — дойдя до центра помещения, где темнел антрацитовыми гранями алтарь рода, Данияр остановился и протянул к сыну и его супругу раскрытые ладони, приглашая их подойти ближе.

Касс, не раздумывая, шагнул к дракону, лишь краем глаза отмечая, что Аррияр сделал то же самое. Но, когда собственная узкая изящная кисть утонула в большой сильной ладони, эльф позабыл обо всём, наслаждаясь исходящим от неё уверенным теплом.

Точнее, позабыл бы. Если бы не собственный супруг, который обладал действительно поражающим чувством момента и способностью испортить любую атмосферу.

— Итак, мы здесь, — наследник, в отличие от Кассианэля, руки отцу не подал, а, сложив их на груди, остановился рядом, с исследовательским интересом наблюдая за происходящим, — что дальше? И, кстати, это действительно так необходимо — столь крепко держать моего супруга?

Касс покраснел и дёрнулся в безуспешной попытке освободить руку, но Данияр лишь сильнее сжал пальцы и покачал головой, когда смутившийся в очередной раз за вечер принц всё же поднял на него взгляд.

— Кто-то же должен это делать, раз ты не удосужился, — усмехнулся император, довольный реакцией сына, и вновь протянул к нему ладонь, — но мне нужна и твоя рука, Аррияр. Поторопись, мы упускаем момент.

Наследник проглотил все так и просящиеся на язык слова и наконец-то исполнил требуемое. Мгновенно ставший сосредоточенным, Данияр сделал два шага в сторону, потянув следом за собой сына и эльфа, так что их сцепленные пальцы оказались прямо над алтарным камнем.