Оценив глубину мысли старого бретера, я хмыкнул.

— Вы мне льстите, граф. Я всего лишь ювелир.

— Брось, — отмахнулся он. — Для них ты — Мерлин. А Прошка — твой подмастерье. И видит Бог, на их месте я бы тоже предпочел твою кузню этому раззолоченному курятнику.

— Федор Иванович. — Сдержать смех не удалось. — Я же не девица на выданье, чтобы принимать такие комплименты. Еще зазнаюсь и потребую продолжать говорить все это.

Мы тихо рассмеялись — двое союзников в этом чужом мире, чужаки, знающие себе цену.

Внезапно шум в зале изменил тональность. Он ушел в низкий, напряженный регистр, предвещающий грозу. Смычки скрипок даже дрогнули над струнами. Разговоры оборвались. Сотни голов, повинуясь единому импульсу, повернулись к дверям.

Там стояла пара.

Женщина ослепительной красоты в темно-синем бархате, облегавшем фигуру, словно вторая кожа. Сапфиры на ее шее проигрывали в блеске ее глазам.

Она держала под руку старика: высокого, с морщинистым лицом и выцветшим взглядом. Старомодный мундир сидел на нем как влитой, а осанка выдавала человека, проглотившего шпагу. В складке губ и в развороте плеч безошибочно угадывалась та же порода, что и у девушки.

Это явное ее отец.

Элен и ее родитель — человек, половину ее жизни ненавидевший дочь. Сейчас он вел ее по залу как королеву.

Следующий том цикла: https://author.today/reader/548342/5176576