С пленными охранниками обоза я также не церемонился и объявил сидящим на земле связанным людям, что по их вине и глупости потерял прошлым днём четырёх бойцов. А потому возьму четверых из них для восполнения потерь своей армии, остальных же завтра вечером ждёт смерть на большом погребальном костре, который племя Жёлтой Рыбы зажжёт в честь вероломно убитого людьми верховного шамана Дереша Угрюмого. Пять лет безупречной службы в племени орков и беспрекословное подчинение приказам вождя или смерть на костре, выбор я оставлял за каждым.

Сперва мои слова были встречены лишь проклятиями и угрозами. Но затем послышались уточняющие вопросы насчёт размера оплаты на службе у орков и возможности досрочного расторжения контракта в случае выплаты неустойки, и я понял, что мы договоримся. За три серебрушки в сезон многие воины готовы были хоть сейчас сменить нанимателя, тем более что альтернативой была скорая и мучительная смерть. В итоге я отобрал семерых умелых воинов‑наёмников, остальных же приказал поместить в освобождённую от варгов большую железную клеть вместе с двумя молодыми жрицами. Звери, кстати, после общения с Хрыном совершенно присмирели и вились возле лешего, не проявляя к моим оркам ни малейшей агрессии.

Оставалось решить вопрос со связанным рыцарем и старшей жрицей, уже пришедшей в себя и недовольно зыркающей на меня. Обстоятельная беседа с ними затянулась до самого рассвета. Меня интересовало всё, от политического устройства мира за границей орочьих территорий, до торговых маршрутов и средних цен на различные товары. В плен мне попались важные птицы: старший сын и наследник местного градоначальника, да важная шишка из церкви Восточной Империи. Отпускать таких без выкупа было никак нельзя, так как они убили моего посла, и в таком случае меня и моих орков люди совершенно перестали бы уважать. А потому жадность и желание сорвать крупный куш во мне боролись с рассудительностью и опасением поссориться с сильными соседями, с которыми лучше в будущем поддерживать нормальные отношения.

– Итак, мои условия, – объявил я с первыми лучами солнца, когда молоденькая жрица Луана подтвердила, что закончила лечение орков, и состояние обоих моих раненых бойцов стабилизировалось. – Все ваши повозки с товарами и всех лошадей, кроме одной, я забираю как виру за убийство моего посла. Это малая цена, и будьте благодарны, что я не взял виру кровью.

– Жёстко, но справедливо… – согласился сир Уолтер.

– Выкуп за каждую из двух молоденьких дур‑монашек назначаю по пятнадцать серебряных монет. Отпустил бы бесплатно из уважения к церкви Матери‑Живицы и к вам, старшая жрица, но девчонки повели себя вызывающе нагло, а потому заслуживают урока на будущее.

– Справедливо, – согласилась преподобная мать. – Я обязательно поговорю с обеими послушницами и объясню, что они уже не в вечном граде Ульхейме и потому должны вести себя вежливо, чтобы не создавать церкви проблем.

– За всех рядовых воинов оптом выкуп пятьдесят серебряных монет. Вас же, уважаемый сир Уолтер Траго, я бы серьёзно оскорбил, если бы потребовал выкуп менее пяти золотых. Старшая жрица напишет письмо к вашему отцу барону Рюхену, в котором изложит эти условия. Самый умелый в верховой езде ваш боец получит быструю лошадь и направится в город Красный Утёс, путь до которого, как вы мне сказали, составляет полтора дня. Так что если к исходу третьего дня выкуп будет уплачен, инцидент буду считать исчерпанным, и все вы получите свободу. Если же барон посчитает вас ненужными и не заплатит, уж извините, но все вы, включая преподобную мать, отправитесь на костёр вслед за мудрым шаманом Дерешем Угрюмым, который закончил свой жизненный путь по вашей вине.

Поскольку мои собеседники не отреагировали, я продолжил.

– До получения денег ваши бойцы и две молодые послушницы посидят в общей большой клетке, которую орки перенесут в безопасное место на территорию моего племени. Да, неудобно и неприятно, особенно девушкам, но тюрьмы у меня в племени Жёлтой Рыбы нет, как и должности надзирателя, так что потерпят, тем более что кормить и поить их будут. Вам же двоим для проживания предоставят шатёр в поселке Умной Совы. Вы вольны перемещаться по территориям Жёлтой Рыбы, ограничивать вас не стану. Эээ… Ну чего там, Костолом?

Последняя моя реплика относилась к огромному орку‑берсеркеру, подошедшему совсем близко и прервавшему мою беседу с ценными пленниками.

– Вождь Альвар, там это… чужие орки пришли. Много, я до стольких и считать не умею. Говорят, что из племён Аара и Быха, входящего в род какого‑то там Филина. Спрашивают, что племя Жёлтой Рыбы забыло на их территориях и, очень на то похоже, нарываются на драку!

– Какие‑то проблемы, Альвар? – старшая жрица слов моего берсеркера не поняла, но тревожную интонацию во фразе Костолома всё же уловила.

– Пока не знаю, уважаемая, но наверное нет. Явились наши соседи‑орки из двух племён рода Мудрого Филина, в сумме достаточно много. Требуют выдать им людей, нарушивших границы. Одни хотят вас сожрать, другие просто отрубить головы. Сейчас пойду с ними поговорю.

– И это ты называешь «нет проблем»⁈ – возмутился и похоже даже не на шутку испугался рыцарь Уолтер.

В ответ я лишь беззаботно махнул рукой.

– Да они балаболы‑пустобрёхи, обычно пошумят, повозмущаются и уходят. Соседи вечно всем недовольны, но на открытый конфликт с Жёлтой Рыбой не лезут, побаиваются. Впрочем, это всё от количества воинов будет зависеть. Если много собрали, то могут и агрессивными стать. В таком случае пошлю гонцов к союзным вождям Белой, Синей, Чёрной и Фиолетовой Рыбы, чтобы прислали ещё бойцов утихомирить соседей. В любом случае отдавать вас на убой не собираюсь, так что расслабьтесь.

Конечно, я откровенно врал, бессовестно пользуясь тем, что язык орков людям был незнаком. Но на эту ложь имелись веские причины. В процессе ночной беседы с важными пленниками я постоянно ловил себя на мысли, что эта парочка очень и очень непростая, особенно жрица. Она постоянно меня прощупывала, пытаясь вызнать прошлое попавшего к оркам человека, а также про моё отношение к богам, особенно Живице и Моране. Рыцарь же не оставлял попыток узнать точную численность орков на моей стороне. По‑видимому, для него это было очень важно.

В принципе, сира Уолтера я понимал. Одно дело, если те шестьдесят пять орков, которых он видел своими собственными глазами, это все находящиеся у племени Жёлтой Рыбы силы. Тогда считаться со мной он не собирался и вскоре после освобождения провёл бы карательный рейд вместе с людьми барона Рюхена Траго, желая наказать зарвавшихся орков, вернуть конфискованные товары и силой освободить всех людей, согласившихся работать на меня. Вот только совсем другое, если к этим шести десяткам орков в любой момент могли добавиться ещё несколько сотен свирепых диких бойцов. Тогда сир Уолтер уже не был уверен в быстрой и лёгкой победе, да и вообще победе, готов был простить изъятие телег со всеми грузами и вести себя с таким могучим соседом мирно.

Но не только это я понял из разговора. В беседе не раз проскальзывали фразы преподобной матери, что орков люди готовы терпеть, но только до тех пор, пока те разобщены, не представляют серьёзной угрозы и тратят все силы на междоусобную борьбу, а заодно сдерживание обитающих глубже в пустых землях более кровожадных и опасных существ вроде минотавров, циклопов или горных великанов. Но вот если однажды у орков появится сильный вождь, который захочет объединить разрозненные племена… Преподобная мать Ванда считала, что в таком случае угрозу нужно будет устранять превентивно, пока не стало слишком поздно. Я старательно поддакивал, про себя же думая, что серьёзной ошибкой будет признаваться, что моя цель как раз и заключается в объединении орков под своим началом в единую грозную силу, с которой соседи вынуждены будут считаться.