Опешивший от моей наглости посланник, беспрерывно ругаясь, протянул в мою сторону руку ладонью вверх, и над ней прямо в воздухе загорелся желтый огонёк. Стоявшие вокруг меня орки в испуге отступили на шаг. Довольный произведённым эффектом, старик развернулся и скрылся в утреннем тумане вместе со своим громилой‑сопровождающим. Я же повернулся к оркам, смотрящим на меня с открытыми от удивления ртами. Похоже они и не подозревали, что с посланником могучей и непобедимой Белой Рыбы можно общаться вот так дерзко, и до сих пор не могли отойти от шока.

– Кто знает, что это за старая высохшая мумия нас посетила?

На мой вопрос ответил шаман моего племени Дереш Угрюмый, прекрасно слышавший разговор у ворот.

– Это «старая мумия», как ты выразился, очень и очень сильный шаман. Зовут его Жужа Огненная Смерть, он верховный шаман Хыра. Известен тем, что способен пускать огненные стрелы, сжигающие орков в считанные мгновенья. И огненные шары, которыми взорвал прошлой осенью ворота и ограду прежнего нашего лагеря Жёлтой Рыбы у Бездонного озера. Жужа – настоящая ходячая смерть, и злить его с твоей стороны было крайне неблагоразумно. Когда верховный шаман начал колдовать, я было решил, что смерть пришла всем бойцам, что стоят у ворот.

– А того верзилу, что сопровождал шамана, зовут Костоломом, – дополнил слова шамана Суэн Охотник. – Он самый сильный боец Белой Рыбы и их поединщик, который ни проиграл ни одной битвы. Жестокий и умелый воин, который голыми руками вырывает сердца побеждённых врагов и жрёт их.

– Понятно. Ну хоть познакомился с такими известными, оказывается, в этих краях личностями! – я усмехнулся, очень стараясь, чтобы в моём голосе звучала уверенность, а не растерянность и робость.

Хотя тут было из‑за чего тревожиться. С верховным шаманом придётся что‑то делать, поскольку он ломал все мои привычные тактики и мог сжигать кучно построившихся бойцов. Впрочем… дальность стрельбы из арбалета всяко выше, чем у магии, а колдовать с простреленной болтом башкой очень неудобно. Так что именно стрельбу на далёкие расстояния и будут в ближайшие дни тренировать мои арбалетчики.

С Костоломом тоже придётся повозиться. У орков действительно перед основным сражением нередко происходил поединок двух лучших бойцов обеих армий, и перед битвой с воинством Белой Рыбы вождь врага вполне мог такое предложить. Отказываться от подобного поединка у орков считалось верхом позора, даже если поединок гарантировал смерть одного твоего бойца. Так что придётся кого‑то ставить против Костолома… или даже самому против него выходить.

Тут я обнаружил, что бойцы почему‑то не расходятся и по‑прежнему стоят рядом.

– Так, чего время теряем? Раз уж всё равно проснулись, стройтесь на тренировку. Сегодня я заставлю вас выложиться на полную, чтобы подготовиться к важнейшей битве. Тебе же, шаман, будет отдельное задание. Сходи к лагерю Фиолетовой Рыбы на болотах и передай им послание от меня. Скажи, что по моим сведениям в ближайшие день‑два на их лагерь нападёт племя Белой Рыбы. И если они не хотят умереть в безнадёжном бою, пусть приходят всем племенем в наш лагерь, тут они получат кров и защиту.

– А Белая Рыбы на них точно нападёт? – с сомнением уточнил Дереш Угрюмый. – Или это такая хитрость?

– Кто знает? С одной стороны вроде хитрость и желание заполучить их племя без боя. С другой же стороны, на месте оскорблённого вождя Белой Рыбы лично я бы как можно скорее напал на последнее независимое племя. Пока мы не успели ещё и Фиолетовую Рыбу к себе присоединить и усилиться настолько, что победить нас станет уже невозможно. Этот Адын и так от ярости будет рвать на себе и без того немногочисленные у орков волосы из‑за того, что проспал зарождение новой силы. Так что атаку на Фиолетовую Рыбу лично я считаю не просто возможной, но даже неизбежной. Именно это и скажи нашим соседям!

На сегодняшнюю тренировку пришло аж сорок два (!!!) орка – девятнадцать матёрых могучих ветеранов и двадцать три подростка. Хотя того же малыша Хуго или Фыха Длинное Копьё к подросткам я относил скорее по привычке и в силу их возраста, поскольку боевой опыт у многих парней Жёлтой Рыбы уже имелся, и в сражениях они показывали себя как минимум не хуже взрослых воинов. И снова занятие я начал с «политической информации», чтобы сразу ввести новеньких в курс дела, чем мы тут занимаемся, и чего хотим добиться. Рассказал о важности дисциплины, построений в боевые формации и ежедневных тренировок, которые позволяют нам быть сильнее любых врагов даже при равной или меньшей нашей численности. Агитация снова прошла на уровне, и глаза у орков загорелись, они желали тренироваться и идти к славе.

Чтобы избежать хаоса при таком уже достаточно серьёзном количестве бойцов и лучшего распределения ролей, я разделил своё воинство на четыре неравные по численности группы. Восемнадцать щитоносцев‑копейщиков Хуго Проворного составляли основу построения. Пять (пока что) арбалетчиков под командованием Суэна Охотника обеспечивали дальнее поражение врага, хотя количество стрелков я хотел увеличить, и кузнецы объединённого племени, количество которых возросло до четырёх, над этим уже работали. Пятнадцать штурмовиков тяжёлой пехоты под командованием Фадира Твердолобого должны были прорывать вражеский строй и брать приступом стены.

Роли для ещё четырёх бывалых орков, в том числе буйного неуправляемого Гы Безжалостного Убийцы, я пока что не определил. Все они являлись одиночками по своей натуре и практически не слушались моих команд, полагаясь только на свои ярость и силу. Вообще избавляться от этих диких бывалых ветеранов не хотелось, вот только они пока что вносили лишь хаос и подрывали дисциплину, мешая остальным, нежели приносили какую‑либо пользу. Пока что я назвал эту четвёрку «Головорезы» и объявил во всеуслышанье, что у них будет «своя задача», хотя что это за задача я и сам пока что не знал.

Мы уже заканчивали сегодняшнее занятие и вымотались до седьмого пота все без исключения, когда тренировочный лагерь на берегу реки посетил шаман.

– Вождь Альвар, у меня для тебя две новости. Мастер Орб наконец‑то закончил работу над твоим необычным не то копьём, не то мечом на древке, и оружие уже заряжено благословением глубинного угря Хыра. Ремесленник сейчас спит прямо на земле возле твоего шатра и отказывается выпускать оружие из лап, так как сам желает показать тебе выполненную работу.

Неплохо, неплохо. И главное очень вовремя, как раз перед решающей битвой с враждебным племенем Белой Рыбы! Я поблагодарил шамана за добрую весть и спросил, какая же новость вторая.

– Вторая же новость такая. Я был на болотах и передал твоё сообщение, вождь. Так что племя Фиолетовой Рыбы в полном составе ждёт тебя у ворот нашего лагеря, их где‑то с полсотни. Они моментально согласились на переезд, даже уговаривать не пришлось. Но есть одна загвоздка. Роль вождя исполняет у них женщина Аша Умная Сова, – при этих словах шамана слышавшие наш разговор орки дружно скривились и недовольно загудели, поскольку услышанное плохо сочеталось с традициями жёсткого патриархата орков, – и она желает сохранить власть над «своей» частью объединённого племени. Или стать твоей женой. Если ты не согласен, орки Фиолетовой Рыбы развернутся и уйдут обратно. В общем, сам разбирайся со склочной женщиной, вождь, я в таких делах вообще не помощник и умываю руки.

– Ну и как это понимать, Надежда?

Голос ректора столичной Академии Магии тысячелетнего града Ульхейма был холоден и суров, да и выглядел сдвинувший седые брови могущественный Архимаг крайне недовольным. Настолько недовольным, что приведший ученицу молодой наставник практической магии сам испуганно втянул голову в плечи – слишком уж свежи у него были воспоминания о том, как его самого в годы обучения «песочили» тут в кабинете ректора за различные промашки и шалости. Присутствующая седая женщина‑куратор первокурсников тоже побледнела, хотя её собственные ученические годы в стенах данного учебного заведения прошли весьма давно, и подобные неприятные моменты уже успели подзабыться. Но настолько рассердить великого Архимага означало как минимум превращение в бессловесное животное на длительный срок, работу на кухне до окончания курса, а то и вовсе отчисление из столичной Академии Магии.