Дельный совет, и тут с опытным наёмником я был согласен. Идти к людям конечно требовалось для налаживания контактов с соседями и организации торговли. Вот только делать это стоило лишь тогда, когда за твоей спиной стоит целая армия свирепых орков, отбивающих желание мелких правителей ссориться с орочьим вождём, и когда сам ты можешь за себя постоять. Нет, глефой я бы, пожалуй, справился с большинством обидчиков. Вот только такое громоздкое оружие постоянно таскать с собой неудобно, и не особо‑то помашешь ей в тесном помещении. Да и периодически возникающие между наёмниками или авантюристами поединки, как рассказывал Мансур, по правилам проводятся всё же обычно на мечах или кулаках. Так что тренироваться мне ещё и тренироваться…

К лагерю Умной Совы я приехал верхом на одном из серых мохнатых тяжеловозов, и по этому поводу был весьма горд собой. Не настолько уж трудной оказалась верховая езда, особенно когда лошадь смирная и с нормальным удобным седлом. В этом деле, конечно, тоже требовалась определённая сноровка и умение, я же с непривычки отбил себе задницу, но в целом ничего особо сложного в движении верхом не увидел. Кинув поводья первому попавшемуся на глаза орку‑подростку, велел ему отвести обратно лошадь в тренировочный лагерь на холме, сам же пошёл проверять нашу новую целительницу Луану, у которой сегодня был первый рабочий день в лазарете для раненых.

Меня серьёзно беспокоило, что эта молоденькая человеческая девушка осталась одна в окружении диких орков, да ещё и без знания их языка. Но всё оказалось на удивление спокойно и даже более чем позитивно. Пара свирепых варгов лежала перед входом в большой санитарный шатёр, охраняя молоденькую девушку от нежелательных посетителей. Тут же возле входа стояло корыто с чистой водой, в котором полагалось вымыть обувь или босые ноги, и даже для вождя племени исключения тут не делали, о чём мне сообщила едва знакомая немолодая орчиха, одна из помощниц целительницы.

Внутри громадный шатёр был разделён тканевыми перегородками на три секции: палата для лежачих больных, операционная с подвешенной на потолочной балке масляной лампой, большим столом и хирургическими инструментами на полках в грубо сколоченном шкафу, а также комната целительницы Луаны и травницы Фелны, где готовились целебные зелья, а все стены был увешаны связками сухих трав и грибов. В этой третьей комнате старуха Фелна сейчас проводила занятие для своей молоденькой преемницы, рассказывая о свойствах какой‑то лесной травы, так что в поисках целительницы я прошёл в палату для раненых.

Тут на набитых сеном лежаках находилось пять бойцов племени, пострадавших в последних конфликтах, а Луана в тёмных одеждах жрицы Матери‑Живицы вместе с немолодой орчихой‑помощницей занималась обработкой и перевязыванием их ран. При моём появлении трое орков вскочили с коек, приветствуя вождя, лежать остались только Вага Дуболом и Гы Безжалостный Убийца, причём последний находился в сознании, хоть и был очень слаб. Луана попыталась меня остановить, но я увидел, что Гы пытается мне что‑то сказать, а потому отстранил девушку и прошёл.

– Альвар, они напали внезапно. Я не смог защитить шамана. Прости… – едва слышно просипел этот покрытый шрамами огромный ветеран, живот которого и левое плечо были перемотаны окровавленными повязками, а глиняная утка на полу красноречиво свидетельствовала о том, что дойти самостоятельно до туалета боец пока что не в состоянии.

– Не переживай, друг мой, мы отомстили за шамана и всех погибших. Взяли много трофеев и вот эту целительницу, – я указал на прислушивающуюся к нашему разговору Луану. – И как она тебе?

– Толковая. Боль снимает своей магией и раны перевязывает умело. Только плоская девчонка совсем, даже посмотреть не на что ни спереди, ни сзади.

– Луана тебе жизнь спасла, так что не распускай лапы! – предупредил я, на что Гы рассмеялся, болезненно кривясь.

– Я конечно много чего творил, и многих женщин познал против их желания. Но не настолько уж неблагодарная я сволочь, чтобы обижать свою спасительницу. К тому же, поговаривают, она твоя женщина, вождь. Так что с моей стороны проблем не будет, да и за другими бойцами присмотрю.

– Вот и отлично. Выздоравливай скорее, герой. А то у нас много боёв намечается на западном берегу, а без тебя Костолом один заберёт всю славу поединщика от племени Жёлтой Рыбы.

– Костолом да, он может… – согласился этот могучий орк, снова поморщившись от боли. После чего неожиданно сменил тему. – А ты знаешь, вождь, что Костолом на днях предлагал мне напасть на тебя вдвоём и убить? А потом разделить племя Жёлтой Рыбы надвое – ему достанется лагерь Горбуна, а мне посёлок Умной Совы. Я отказался. Но уверен, что Костолом будет искать другого подельника.

О как, полезная информация! Впрочем, чего было ещё ожидать от сильного бойца, видимо давно уже в Белой Рыбе метившего на роль вождя? Впрочем, я не показал виду, что насторожился.

– Думаю, после вчерашнего Костолом серьёзно задумался, а может и вовсе отказался от своих планов. Видишь ли, Гы, вчера утром я немного увлёкся и на глазах у трёх племён разделал на мясо крупного гиганта, поединщика от рода Мудрого Филина. Кровищи было! Даже опытные ветераны стояли белыми словно мел, а одно из вражеских племён после такого сразу сбежало.

– Жаль, что я этого не видел… – сокрушённо вздохнул огромный громила. – Альвар, узнай что там лекарша говорит. Когда мне можно будет вернуться в строй?

Я передал вопрос берсеркера молоденькой жрице, и Луана обстоятельно на него ответила.

– Этих троих, – девчонка указала на стоящих в палате орков, – отпущу послезавтра. Затем ещё день‑два отдыха, и смогут постепенно возвращаться к тренировкам, но только осторожно без фанатизма. Мордоворот, что с тобой говорил, пролежит седьмицу. А вон тот, боюсь, ещё нескоро поправится. Огромная кровопотеря, вообще чудо, что выжил. К тому же обе ноги перебиты, сложный осколочный перелом, и кровь не циркулирует по левой ноге из‑за разорванных сосудов. Сейчас пытаюсь сохранить ему ногу, вот только мне не помешала бы помощь старшей жрицы. Она опытнее меня и знает, что делать в таких случаях. Альвар, поговори с преподобной матерью Вандой. Она орков, конечно, презирает, но вдруг всё же согласится помочь?

Нет, глухая стена. Преподобная мать помогать раненому орку отказалась наотрез, напомнив мне, что является пленницей, и называя моего бойца не иначе как врагом человеческой расы. Жрица второй уже день практически не выходила из предоставленного ей с рыцарем Уолтером шатра, разве что до туалетного домика и обратно, и потому находилась в прескверном настроении. А тут ещё прямо в ходе моей беседы с ней раздался условный сигнал рожка от орков, находившихся на западном берегу реки. Сигнал означал, что посланный за выкупом гонец вернулся, и его требуется переправить на наш берег. Так рано? Признаться, я ждал его возвращения только завтра не ранее середины дня, но всё равно разговор с преподобной матерью пришлось прервать.

Гонец действительно очень спешил, похоже получив соответствующий наказ от барона Рюхена Траго, и практически загнал свою лошадь. Молодой парень выдохнул с откровенным облегчением, когда увидел живых‑здоровых рыцаря Уолтера и преподобную мать, встречающих лодку на восточном берегу реки.

– Мне обещали голову отсечь, если не успею! – признался он, пока я скрупулёзно пересчитывал деньги. – А тут ещё орки оживились, еле проскочил по старой дороге.

– Орки? – заинтересовался я. – Где ты орков видел, и сколько их было?

– Клепсидры три назад видел вооружённый отряд на том берегу. Голов двадцать, не меньше. Там в тёмном лесу сумерки, видно было плохо, но я всё равно разглядел, что у всех орков боевая раскраска на мордах и красные повязки на головах. К счастью, успел проскочить до того, как они вышли на дорогу и перекрыли её.

Я уже знал, что «клепсидрой» тут в мире Элаты называют меру времени, соответствующую сроку перетекания подкрашенной воды в водных часах из верхнего стеклянного шара в нижний. После чего часы переворачивают, и яркая хорошо заметная жидкость снова начинала капать, отсчитывая новую «клепсидру». Нормальных часов из прошлого мира у меня не было, так что сравнить с земными единицами времени я не мог, но по ощущениям одна клепсидра равнялась примерно пятнадцати‑двадцати минутам. Выходило, что относительно недалеко на противоположном западном берегу на территориях, ранее принадлежавших племени Быха, происходила какая‑то подозрительная активность, и орки как минимум одного из племён выступили в боевой поход.