А ты глянь! Наша десантура радует! У парня явно талант, который нам ещё предстоит раскрыть.

— Теперь о тебе… — обратился я к Инаю. — Ты с ними в миссию хочешь? Или тебе и так хорошо…

— Хочу! — немногословно, почти без акцента, ответил абориген.

Однако было в этих словах что-то ещё… Что-то сказанное между строк, чего я так и не сумел понять.

— Значит, пойдёшь вместе с ним! — кивнул я на Кузю. Инай тут же спросил:

— Я готов! Когда собираться?

Чувствовалось в этом нетерпение, да и что-то еще… Комплекс самозванца? Беспокойство из-за того, что его приняли по блату? Скорее всего.

— Погоди-погоди, — остудил я его пыл. — Перед этим тебе тоже нужно задание. Вернее, проверка твоего таланта… Как я понимаю, у тебя есть дар становиться незаметным, будто ты с «Конъюнктивитом». — Удачно вспомнив о чудо-приборчике Петрова и Башарова, при помощи которого можно у всех на виду оставаться незаметным, привел я аналогию.

— Какое задание? — уже куда более серьёзно спросил парень.

В ответ я указал ему на очки ТОКВДР, которые по воле случая оказались у меня.

— Показать мне, как работает твой талант, и незаметно подсунуть эти очки Апраксиной так, чтобы она этого не заметила.

И, предвосхищая вопросы, обратился к Кузе.

— Ты тоже смотри и мотай на ус. Расскажешь, если я чего пропущу.

— Так точно! — глядя на Иная уже с интересом, согласился космодесантник.

— А когда? — спрятав очки за пазуху, перешёл к конкретике Инай.

Отвечать не пришлось. Дверь, не запертая с прошлого раза, с грохотом распахнулась, и в кабинет ворвались Сцилла и Харибда. Вернее, Апраксина и Гагарина.

Взъерошенные, растерянные, решительные. Волосы всклокочены, у Гагариной так и вовсе след от подушки. Их ищущие глаза сначала уставились на меня, затем уже с возмущением переместились на Кузю. А Кузя, видимо, уже забыв о нашем договоре, недоумённо переводил глаза с меня на девушек.

А про Иная уже забыл! Видимо, парень слишком серьёзно отнесся к моему заданию и уже приступил к делу… Краем глаза я уловил странное мерцание рядом с Апраксиной и сложный сконцентрироваться на её силуэте — явный признак работы «конъюнктивита» или в нашем случае врождённом таланте Иная.

— А вот и девушки! — расплылся я в улыбке, поднимаясь из кресла. — Как спалось?

С самым ангельским видом перевёл взгляд с Апраксиной на Гагарину.

— Эм… Нормально⁈ — не утверждая, а скорее спрашивая, растерялась Елизавета, будто ждала подсказки от меня.

Апраксина же, не отводя глаз, сверлила взглядом затылок Кузи. Которому, впрочем, было бронебойно — он упрямо продолжал делать вид что ничего не понимает.

А может и вправду ничего не понимал.

— Как продвигается расследование? — адресовал я уже Анастасии.

— Закончила вчера! — бросила она, не отрывая лазерного прицела от Кузиной башки. — Все работы с материалом допроса произведены. Дальше только полевая работа.

— Заря, на меня смотри, — уже строже напомнил я чтобы та наконец перестала сверлить взглядом Кузю. — Комсомолка, ты тоже…

Гагарина вздрогнула, словно от щелчка по носу.

— Посерьёзнее, девчонки. Впереди первая самостоятельная Боевая вылазка на Землю 505.

— Ты что, с нами не идёшь? — Гагарина округлила глаза, будто я только что отменил горячую воду в Башне. — А как же…

— Ты считаешь, что вы ещё не готовы? — парировал я вопросом. — Тебя и Чуваша я готовил как будущих Часовых Земли 505. Пора подтвердить компетенции! Или я поторопился? — в моем голосе прозвучала металлическая нотка командира.

— Это что, полевой экзамен? На полноценный статус⁈ — в голосе Лизы смешались надежда и ужас.

Я прищурился.

— Если не готова, лучше честно признайся сейчас, не хочется организовывать спасательную миссию Если вы провалитесь.

— Я готова! — выпалила Гагарина, будто боялась, что я передумаю. — Абсолютно!

Взгляд скользнул к Апраксиной.

— А ты, Заря? Ты готова?

— С рождения, — хмыкнула она без тени сомнения.

Хотя её взгляд всё так же висел на Кузе, словно тот был главной угрозой миссии.

— Ну вот и замечательно, — хмыкнул я. — Кузя и Инай пойдут с вами как силовая группа. В качестве навигатора пойдёт Борис.

— Когда выдвигаемся? — Апраксина перешла к делу, наконец оторвав взгляд от Кузи.

«Вот он, момент!» — внутренне потирал я руки. Утром на их запястьях красовались ганты, а индикаторы синхронизации светились зелёным, что уже указывала на их неплохой уровень совместимости.

Осталось только сделать это пока тайное явным.

— Как только наладите симпатическую связь, — ответил я, стараясь ничем себя не выдать. — Кстати, как у вас с этим делом?

И деланно-невинно кивнул на их ганты.

— Давайте проверим логи.

Через пару минут их ганты лежали на столе, подключенные к моему умному столу а через него и к моему интерфейсу.

Трёхмерная голограмма вывела графики синхронизации. Кривые напоминали кардиограмму умирающего — редкие всплески на фоне провалов. Вчерашние попытки едва переваливали за двадцать процентов сопряжения симпатической связи. Но потом… Ближе к утру, в районе четырёх-пяти часов, графики обеих девушек взмыли вверх, и сошлись на отметке почти в восемьдесят процентов!

— Да ну нафиг! — фыркнул Кузя, тыча пальцем в голограмму. — Не верю! Сумрак, извини, но это бред какой-то! Гагарина с Апраксиной — и восемьдесят пунктов⁈

— И тем не менее, — я развёл руками, изображая такое же изумление. — Факты — штука упрямая. Заря и Комсомолка за одну ночь совершили прорыв! Коэффициент симпатической совместимости вырос вчетверо!

Я повернулся к девушкам, ловя их взгляды.

— Так что вы делали в районе четырёх утра, а? — Вопрос прозвучал с неподражаемой интонацией строгого, но заинтересованного научного руководителя. — В чём ваш секрет?

Лиза покраснела так, что её уши стали похожи на сигнальные фонарики. Апраксина же вскинула подбородок, её глаза метнули в Кузю молнию, прежде чем вернуться ко мне.

— Не помню, — прошептала Гагарина, уткнувшись взглядом в пол.

— Отказываюсь отвечать, — как отрезала Заря, её голос звенел сталью и ледяным вызовом.

Заинтересованный Кузьма ждал горячих подробностей и надеялся, что я продолжу копать, чем это девочки занимались прошлой ночью. Но я лишь пожал плечами.

— Ну тогда готовьтесь к Т-переходу!

— И что, это всё? — даже возмутился Кузя.

— Да! — разочаровал его я.

Инай, который всё это время оставался невидимкой посреди моего кабинета, вновь проявился, показав мне жестом большой палец.

— На этом всё! Найдите Бориса, введите его в курс дела и начинайте подготовку. Как будете окончательно готовы сообщите Клавдии Леонтьевне, она назначит время Т-перехода.

Группа двинулась к выходу. Апраксина шла первой, ее плечи были напряжены, Кузя семенил сзади, пытаясь выпытать, как у неё получилось, ну а в ответ получал лишь ледяной взгляд и многообещающее молчание.

Гагарина шла последней, все еще красная, и украдкой поглядывая то на меня, то на Кузину спину.

Дверь закрылась. Я откинулся на спинку кресла и закрыл глаза.

Тишина. Благословенная тишина после урагана гормонов и неозвученных обвинений и довольство тем, как я всё ловко придумал.

Хотя, признаться, за свою придумку было немножечко стыдно.

— Бедный Кузя… — пробормотал я без тени сожаления. — Ладно, герой. Надеюсь, ты выживешь…

Затем вновь открыл тетрадь и перечитал уже написанное:

«Глава 13. Пробуждение меж Сциллой и Харибдой…»

Выведя корявым движением головы окончание работы, я с удовольствием от проделанной работы откинулся на спинку кресла и закинул руки за голову. За окном на фоне зелёного моря слегка чадил вулкан, в полуденном небе кружили какие-то птеродактили, а внизу шумела строительная техника. Если хорошо прислушаться, то можно было даже услышать, как наш город отвоёвывает у джунглей квадратный метр за квадратным метром.

Однако счастливые мгновенья торжественного ничегонеделания продлились недолго. Сначала вспыхнул экран умного сенсорного стола, затем на нём зажглась оранжевая пиктограмма, к которой тут же присоединилась и красная. Но прежде чем я успел разобраться с непонятным алармом, появилась Клавдия Леонтьевна. Её взгляд был встревожен, но собран.