Передний зал мрачен, всюду приспущены бархатные портьеры, машут золотыми кистями по створам мозаичных оконец. Слуги старательно натирают каменный пол, густо пахнет грогом и пивом, похоже, отец расщедрился, готовится к приему действительно знатных и нужных гостей. Я скрипнул зубами, не ровен час, порог замка переступит башмачок моей невесты. Вроде бы вчера я дал отцу простой и ясный ответ начет этого брака, неужели он не понял меня? Или решил, что с моим мнением можно не считаться? А все мои слова достаточно растереть сапогом, забыть о них и не вспоминать больше? Я - Чезаро, доблестный воин, герцог, в котором все еще кипит кровь славных поколений моих предков! Со мной придётся считаться! Так или иначе!

- Сын мой, я рад тебя видеть в добром здравии, - отец вышагнул в зал из второй, куда более скромной залы. Перед тем, как дверь в ту комнату затворилась, я увидел, как за его спиной мелькнул дорогой ковер, опущенный на пол, расшитый шелк длинных портьер. Замок украшают, достают бесценные вещи, бросают их к ногам грядущего, уж если ковры застилают, это действительно говорит о многом. Так только хозяйку замка встречать, мою будущую жену

- Благодарю, отец, - я склонил голову, как положено делать в знак уважения.

- И какие новости ты позволил себе принести?

- Я избрал себе любимую.

- Я рад, что ты готов заключить брак, - стальной взгляд старшего герцога не так-то просто выдержать на себе, однако мне это легко удалось.

- Я имею в виду другое. Я избрал ту, которую принято называть "цветок папоротника". Любимую, которая станет дожидаться моих ласк в отдельном жилище.

Отец приподнял бровь, заложил руки за спину, неторопливо прошелся по комнате. Я жду его решения, веского слова, точно ребёнок, юнец, который еще ничего не достиг! Отец тем временем достал с полки свиток, неспешно его повертел.

- Все мы рабы в этом мире, кто раб своей воли, а кто раб желаний. Порой глупых, нужно отметить. Но ты волен поступать так, как тебе того хочется, сын. Любовь – это отрава, она исковеркала немало судеб. Если ты хочешь ее испробовать, что ж, я не стану мешать. Ответ тебе держать не передо мной, а перед эльтем, когда бы она ни явилась сюда. И ты женишься, сын. Женишься на той, которую укажу тебе я.

- Да, отец, - согласился я, сам не свой от нахлынувшего счастья. Что значит, пройти брачный обряд? Сжечь немного ткани в чаше, да пролить кровь на нее. И все! Цена ничтожна, а то, что в покоях жены меня не увидят, так тут ничего не поделать.

- Вот и отлично, я рад, что мы поняли чаяния друг-друга.

- То есть, ты позволяешь мне обрести цветок папоротника.

- Если ты сам считаешь это возможным, запрещать я не стану.

- Благодарю.

- А пока съезди в Эльталлен, купи отрез ткани в подарок невесте. Там должен прийти обоз с тиснеными шелками, редкая ценность. За день или два ты успеешь все купить. И помни, все мы порой становимся или пытаемся стать рабами своих иллюзий, но волю эльтем исполнить придётся и мне, и тебе. Она нерушима, она одна имеет власть над нашими судьбами и ничто больше.

***

Эльттем (Анна-Мари)

Я скользнула по стражникам взглядом, попробовала оценить силу их дара. Оба - маги, определить это и у меня хватит сил, один, как будто лучше владеет магией воды. Нет! Оба они – маги огня. На миг мне стало дурно.

Как там принято поступать с ведьмами, лесными колдуньями и всеми теми, кто использует для своих дел силы природы, с безродными магами? Их выводят на центральную площадь, обсекают волосы, обливают смолой и ссылают в Темные земли. Служанка в доме Чезаро не солгала – похоже, всех его любовниц ждёт именно эта участь. Мысли несутся в моей голове со скоростью ветра, но я никак не могу ни на что решиться. Одна ложь хуже другой. О правде и говорить нечего.

Я могу прямо сейчас назвать свое истинное имя, признаться в том, что я родовита. И чего тогда я добьюсь? Ничего хорошего, меня просто-напросто отправят обратно в замок отца, силком выдадут замуж. Стерплю я это? Никогда в жизни. Уж лучше остаться без гривы волос и пережить путь черт-те куда, в место былого прорыва нечисти. А когда я доберусь до своего дара, у меня и внешность будет другая – я смогу принять обличье дроу, отрастут волосы, кожа станет другой - серой, как сталь или же просто смуглой. Есть чего ждать, дождаться бы только.

Или, может, сказать эти двоим все как есть? Признаться в том, что я внучка эльтем? Не поверят, эти двое так уж точно. А если и поверят, могут захотеть избавиться, сама за себя я пока постоять не могу. Зачем бы наместнику радоваться возвращению хозяйки всех окрестных земель? Антонио будет счастлив избавиться от меня. Нет, меня точно прибьют или сожгут, что вернее. Чтоб ни один некромант не смог поднять меня из могилы и допросить. Если сюда хоть когда-нибудь заглянет бабушка.

Была бы здесь она или мама, они бы все устроили. Но обе решили, что я должна учиться со всем справляться сама, только так я смогу повзрослеть, достойно принять и дар, и судьбу темной эльфийки.

- Руки! - крикнул мне страж.

С его камзола упала грязь на мой чистый половичок. Стало обидно до ужаса. Я столько времени, сил, крох своего дара потратила на то, чтоб привести в порядок эту лачугу! Будто бы нарочно страж опустил свой сапог на тонкую вышивку, что вилась по краю половичка. Знал бы он только в чей дом вошел! Ничего, скоро узнает. В груди вновь колыхнулась знакомая волна, свилась в клубок и внезапно расширилась, прутья клетки стали трещать. Магия будто бы готова прорваться наружу, хлынуть с новой силой в мои пальцы.

Нет! Не сейчас! Нужно выждать хоть сколько-нибудь. После того, как клетка лопнет и дар наконец прорвется, я несколько дней буду слаба словно новорожденный щенок. Лучше уж прокатиться в Темные земли, чем так.

- Зачем вам мои руки? - я постаралась выглядеть деревенской дурехой, даже плечи ссутулила, - Господин хочет сделать меня своей женой? Но разве это возможно? Сам сиятельный Чезаро меня полюбил, - на этом месте я сделала вид, что смутилась.

Да уж, дорого мне обошлась эта ночь! Сейчас меня схватят и проволокут к замку. Хорошо, если дом не разграбят, не станут обыскивать. Стоит этим найти мои сундуки, все мое богатство – мигом выплывет и титул, и имя. И отправят меня тогда к законному жениху, как опозоренную беглянку. Никто не станет считаться с моим мнением на этот счёт. Как же все неудачно выходит! Как же я скучаю по родному миру матриархата, по моей Бездне.

- Тебя станут судить как ведовку-травницу. Мне нужно посмотреть на все те вещи, которые вы использовали для своего темного, омерзительного колдовства. Чем ты гневила богов? - стражник попытался оттолкнуть меня со своего пути.

- Сиятельный оставил здесь свои вещи. Неужели вы посмеете тронуть их? Имейте в виду, если хоть что-то пропадет, он… - договорить мне не дали.

- Он заплатил тебе за ночь?

- Нет, - от злости, от такого неподобающего обращения я побагровела.

- Сердж, - второй страж переступил с ноги на ногу, - Сиятельный вернётся дня через два, сам поглядит.

- Откуда вернётся? Я сам видел его в замке.

- Он поехал за подарочком и для своей любимой невесты, - улыбнулся второй стражник и подмигнул мне, явно желая позлить.

- Это он молодец! Так и должно поступать герцогу. А то ишь, приворожит такая, как эта пропащая, и наплодит бастрюков.

- Что?! - я аж захлебнулась от гнева. Бастрюки? Пропащая? Семья Борджа в полном составе принадлежит мне!

- Не ори мне, - тот, которого звали Сердж, ухватил меня за волосы и с силой дёрнул, - Эльзос, запри дверь да поплотнее, чтобы какие лихие люди плащ герцога не уперли.

- Запру, не боись. Колдовку держи покрепче.

Меня, словно бродячую собаку, выволокли из дома за дверь. От невыносимой боли перехватило дыхание. Дар клокочет, я не могу справиться с ним, он так и рвется меня защитить, да только нельзя этого допустить! Никак нельзя, нужно взять себя в руки, как-нибудь успокоиться, хотя бы вздохнуть. Страж толкнул меня в бок, выпустил волосы, я рухнула на колени, разодрала платье о камни, которыми мама же и выложила весь двор, ещё и порвала юбку.