Девушка ловко орудует вилкой , ест все те блюда, что ей подают, безошибочно использует приборы. А сама едва дышит словно боится меня спугнуть. Загнанный зверёк, невинная и прекрасная в своей простоте. Я смотрю на нее, наслаждаюсь каждым безыскусным движением, не таким грубым, как у селя,н и не таким вычурным, прихотливым, как у придворных плутовок. Собственных блюд я не касаюсь, замер. И чувствую себя подобно охотнику, который наблюдает за зверем, за редчайшей, гордой и дикой добычей. Сделаю я ее своим трофеем или нет? Слишком чиста, нельзя просто взять и поиграть. Жениться? Это просто смешно, мой род должен продолжиться через равную по статусу женщину.

Анна промокнула губы, поднесла ко рту кубок, капля сока скатилась по шее в ее нежное декольте, а я, кажется, потерял возможность дышать и видеть.

- Вы обещали меня проводить. - девушка улыбнулась, словно сама демоница – искушающе и в то же время невинно. Сердце ухнуло, забилось где-то внутри, в самом центре груди. Нет, эта травница не похожа ни на одну из тех девушек, которых я когда-либо встречал. Да и было это давно. Последнюю из них отец извел года три назад. А те, что случались со мной во время походов, подобны глотку воды, они были способны притушить жажду тела, но не утолить страсть.

- С радостью подтвержу свое слово искренним делом.

- Благодарю. Но вы виновны в том, что мой ледник пуст.

- Я?!

- Двух золотых хватит, чтоб оправдать ваши надежды на ярмарочный день?

- Я беру только едой и ничем больше.

Девушка выскользнула из-за стола, одарила меня лукавым взглядом. Что это, если не обещание большего?

- Сколько угодно. Вам завернуть с собой окорок?

- Я предпочту сыр, свежий хлеб, немного булок и солонины.

***

Эльтем (Анна – Мари)

Чезаро накинул на свои плечи бордовый плащ, черный мех отделки нелепо подмел пол. Оторчен лишь самый край бархатной ткани, но если плащ запахнуть как следует, начинает казаться, будто бы он весь подбит мехом. Нелепая одежда для лета и уж тем более для зимы. И зачем такое вообще шить? Не проще ли этот мех вовсе отпороть, а если подбивать мехом, так уж весь плащ? Парень неловко проколол толстую ткань медной фибулой, свел вместе мерцающие концы, должно быть, они напитаны магией, являются чем-нибудь вроде защитного оберега.

Как славно я поела! Сыр, колбаски, невероятно вкусный суп. Как же я соскучилась по нормальной еде, ну хотя бы привычной. Пусть это были не деликатесы Бездны, но все же еда. К тому же с собой мне собрали целую корзину, Чезаро лично распорядился. Здесь и вяленое мясо, и кусок буженины, и ноздреватый домашний хлеб, и даже немного масла в глиняном кувшине.

Видела бы сейчас моя мама, какими глазами я смотрю на еду, хохотала бы до упаду. Еще бы! Внучка эльтем Эстэль не может позволить себе купить кусок нормального мяса, а сама притом сидит на сундуке полном золота. И ведь это – абсолютная правда! Хватило же мне ума забрать из папиного замка все свои сбережения, которые теперь нельзя потратить! Ну как объяснить, откуда у молодой травницы взялся золотой? А серебряная монета? Никак! Разве что обманом, черным колдовством или кражей. Вот и лежат мои запасы нетронутыми, пока сама я хожу с пустым животом.

Была бы я поумней, взяла бы полный горшок медяшек и сейчас бы ни в чем не нуждалась. Могла бы и копчения себе сама покупать, и лепёшки, и зелень, и молоко. Ну да ладно, как только смогу сама открыть портал в Бездну, отведу душу там за общим столом нашего могущественного клана. С каким удовольствием я бы теперь поела черных ржаных сухарей, которые везут в Бездну с Земли! А тех золотых рыбок в баночках? Эльтем Дина, мамина подруга, каждый раз привозит нам как гостинец целую гору тех потрясающих баночек. Мама взамен дарит Дине то меха, то артефакты, однажды и вовсе подарила крупный алмаз. Мне даже стыдно бывало порой от того, какие глупые и дешевые безделицы мама сует подруге. Нет бы подарить хоть что-то стоящее! Впрочем, Дина довольна, а это главное. Каждый понимает роскошь по-своему, я давно в этом убедилась. Кто-то, как я, мечтает о золотых рыбках, другим нужны сомнительные камни, годные разве что для царапанья стекол.

- Идем? - Чезаро подал мне руку, во второй он уже держал корзину полную всякой снеди.

Я опустила взгляд вниз, немного задумалась. Подам ему руку – завтра весь город будет полнится слухами обо мне, о моем бесстыдстве и безрассудстве. Откажусь? Никогда себе этого не прощу. Дар уже во всю полыхает в моей груди, как только он откроется, Чезаро уже не посмеет смотреть на меня так – немного свысока, задумчиво, очень нежно.

Я вздохнула и вложила пальцы в капкан мужской ладони. Кто знает, чем закончится этот вечер и не пожалею ли я о нем потом. А с другой стороны? Кто он – этот надменный парень? Просто воин, не дроу знатного рода, не светлый эльф, всего-навсего человек, имеющий титул, сын моего управляющего, и не больше. Я имею полное право провести с ним целую ночь, и никто не посмеет осудить меня ни здесь, ни тем более в Бездне. Эльтем выбирает мужей, любовников, и даже покупает невольников в свои гаремы. Никто не смеет осудить ее права.

Я почувствовала, как осторожно сжалась его горячая ладонь, по моим щекам мгновенно растекся румянец, да и парень смутился, я заметила, что он хотел было поднести мою руку к своим губам, но так и не решился, толкнул шире дверь, лишь бы не встретиться со мной своим пылающим взглядом.

Кругом люди, целая толпа, уже вечер, солнце почти закатилось, но город продолжает жить своей жизнью.

- И как вам у нас? - Борджа окончательно смешался, - Я имел в виду, тебе нравится наш город?

- Это село, - непроизвольно вырвалось у меня.

Да и можно ли сравнить это местечко с теми городами, которые я видела раньше? Сотня домов, несколько семей аристократов, но ни достойного портного, ни ювелирной мастерской – ничего нет. Все, что дает смутное право этому месту называться городом – замок на холме да крепостная стена. А так? На заднем дворе каждый держит корову, да выводок кур. Уверена, и у Чезаро все это добро есть и кое-как сосуществует с поместным грифоном да фениксом. Нет, это село в самом хорошем смысле этого слова, а вовсе не городок. Пусть даже и небольшой.

- Это город, - тотчас вспыхнул сиятельный и еще крепче сжал мою руку.

- Как вам будет угодно.

Мы спустились по ступеням крыльца, всюду любопытные взгляды, и нет им конца, меня оценивают так, словно видят впервые. Я едва сдерживаю себя, чтобы не показать гордой осанки, не поднять выше голову. Не сейчас, не теперь и не здесь. Не имею я права обнаружить свою суть.

Улица неторопливо сбегает к воротам мимо пылающих окон домов. Чезаро не спешит разомкнуть свои пальцы, он все так же ведёт меня за руку, будто бы боится, что я могу убежать.

Вот-вот захлопнутся на ночь городские ворота, опустеют улицы, лишь стражники станут неспешно обходить их. Ждать осталось час, может, два до того, как схлынет с улиц толпа. Мимо нас пробежали селянки в своих строгих платьях, они спешат купить товар с пустеющих прилавков ярмарки до того, как обезлюдеет весь город.

- Приятный вечер, еще почти не холодно.

- Но уже и не жарко, все же из пригорода наступает туман, - я зябко поежилась и пожала плечами, - Нужно было взять с собою хоть платок, чтобы накинуть на плечи. Да только я не ожидала, что так задержусь.

- Замерзла? Прости, я и не подумал.

Герцог опустил себе под ноги корзину, расстегнул на плаще фибулу, сдернул его с широких плеч и набросил на мои – хрупкие, узкие.

На миг я встрепенулась, почти задохнулась от незнакомого ощущения тепла и заботы. Никто и никогда не смел поступить со мной так – укрыть, спрятать от холода надвигающейся ночи. Просто так, без всякой выгоды для себя. И вновь в груди заклокотал дар, норовя разорвать в клочья клетку, что так неуместно его сковала, во рту разлился странный привкус металла и холода.

- Благодарю вас.

Пальцы Борджа подрагивают, он почти смял фибулу в своих пальцах, едва смог пронзить ею ткань плаща, кое-как сомкнул на моей груди, да и то при помощи магии.