Открыв внутриигровой магазин, я задумался, что можно купить на эту сумму. Дорогие артефакты отпадали сразу: не хватит. Оставались расходники, ресурсы или… снаряжение. И тут мне пришла в голову идея.

Я купил клинок за семь тысяч кредитов и стильный нож за три тысячи. Оружие выглядело впечатляюще даже через интерфейс системы: сталь, словно обсидиан; рукоять, обтянутая кожей; гравировка с рунами.

Остальные кредиты я решил оставить на потом. Первоначально нужно было проверить свою теорию о курсе кредита к рублю на практике, отправившись в ближайшую скупку, дабы узнать ценность приобретённых предметов.

Выйдя из магазина, я поймал такси и направился в ближайший ломбард. Адрес нашёл в интернете, ориентируясь на отзывы: хотелось попасть в проверенное место, где не обманут и не станут задавать лишних вопросов.

Внутри было сумрачно, уныло и пахло старыми вещами и чем-то кислым. За прилавком сидел знакомый мужчина с усталыми глазами. Да и ломбард оказался знакомым.

«О, я же был здесь!»

— Добрый день, — поздоровался я, гадая, узнает он меня или нет.

Мужчина оторвался от газеты и взглянул на меня усталым взглядом. В его глазах читались равнодушие и легкая подозрительность.

— Что у вас?

Ага. Не узнал.

Я достал из рюкзака клинок и нож, положил их на прилавок. Мужчина приподнял очки и принялся внимательно рассматривать предметы. Долго молчал, ощупывал лезвия, проверял заточку. Его лицо оставалось непроницаемым.

— Откуда это у вас? — наконец, спросил он, не отрывая взгляда от клинка.

— Подарок, — ответил я уклончиво.

Не собирался рассказывать ему о системе и кредитах. Незачем привлекать внимание. Мужчина хмыкнул, словно не поверил.

— Ясно. Что хотите за них?

Я пожал плечами.

— Оцените.

Он открыл ящик стола, достал лупу и снова принялся изучать оружие. Минут через десять он, наконец, огласил свою цену.

— За всё вместе — триста тысяч. Не больше.

«Охренеть! Это просто офигительно!»

Я прикинул в уме. Три сотни за оружие, купленное за десять тысяч кредитов. Получается, один кредит равен трём тысячам рублей. Прям вообще отлично! Это, конечно, примерно, возможно, и больше, но меня это очень устраивало!

Не торгуясь, я согласился на его цену, а перед этим взял ещё один клинок, чтобы добить продажу до суммы лицензии!

Мужчина не понял, откуда возник новый клинок, но по итогу оценил всё даже дороже, чем я планировал. В его глазах мелькнул нескрываемый азарт, когда он пересчитывал пачки купюр, откладывая их в отдельную стопку. Я же, стараясь не выказывать бурных эмоций, молча следил за ним, внутренне ликуя от столь удачной сделки. Кажется, удача сегодня была на моей стороне.

Закончив с подсчётом, мужчина подвинул деньги ко мне через прилавок и, немного помедлив, спросил:

— Слушай, а где ты это добро берёшь?

Я сделал вид, будто не расслышал вопроса, и начал аккуратно пересчитывать деньги.

— Простите? — переспросил я, стараясь звучать как можно более невинно.

— Да я так, из любопытства, — продолжал он, явно не собираясь сдаваться. — Просто интересно, откуда у парня твоего возраста такие… специфические вещи. Они же наверняка не серийного производства?

Я понял, что от прямого ответа не уйти.

— Так я охотник, — пожал я плечами. — Иногда удаётся найти что-то интересное в разломах, с боссов всякие приколюхи падают. Всё как всегда.

Мужчина скептически посмотрел на меня, но спорить не стал. Видимо, решил, что это не его дело.

— Ладно, как знаешь, — буркнул он. — Но если вдруг ещё что-нибудь появится… заходи. Буду рад видеть.

Я кивнул: мол, всё понял.

По дороге к Обухово меня не покидало ощущение эйфории. Еще два часа назад я ломал голову, где достать полмиллиона ради лицензии, а теперь… она у меня в руках!

Но мои радостные мысли прервал таксист.

— Слушай, парень, тут дальше проезд закрыт. Блокпост «огошников», — сказал он, глядя на меня через зеркало заднего вида.

«Чего? „Огошники“? Что они тут делают?»

— Либо возвращаемся и делаем крюк, но это займет кучу времени, и я потребую доплаты, либо это конечная для тебя. Что скажешь? — добавил таксист, явно не желая ввязываться в возможные проблемы.

Не успел я ничего обдумать и ответить, как машина остановилась в пяти метрах от блокпоста. Он представлял собой бетонные блоки, покорёженные металлические конструкции и мешки с песком. Вокруг сновали люди в форме «ОГО».

И тут, словно в замедленной съёмке, к нам направилась женщина. Высокая, статная брюнетка…

Чем ближе она подходила, тем больше я в ней узнавал женщину-лейтенанта, с которой мы сталкивались уже несколько раз. Чёрт, угораздило же наткнуться опять именно на неё!

Интересно, она меня узнает? И если узнает, то чем это для меня обернётся?

Мои размышления прервал стук в окно. Женщина-лейтенант, смерив меня взглядом, жестом приказала опустить стекло. В её лице не было и намека на то, что встреча будет приятной.

Савелий Громов

Барнаул оказался чист. Доложили рано утром, когда Савелий ещё не успел толком продрать глаза. Сто процентов парень где-то рядом, если, конечно, он не сумел уйти дальше, чем они предполагали. Новость была так себе для начала непростого дня. Савелий недовольно поморщился, слезая с широкой кровати. Ночной сон не принес облегчения, мысли о пропавшем племяннике и надвигающемся долге перед Кланом не давали покоя.

Он спустился из спальни на кухню. Там уже вовсю кипела жизнь. Алина, свежая и отдохнувшая, что-то оживлённо рассказывала кухарке, которая сосредоточенно колдовала над плитой. Запах свежей выпечки и жареного бекона приятно щекотал ноздри, но Савелий не чувствовал аппетита.

— Доброе утро, пап, — Алина приветливо улыбнулась ему, отвлекаясь от разговора. — Как спалось?

— Нормально, — буркнул Савелий, усаживаясь за стол. Он бросил мимолётный взгляд на дочь, пытаясь разглядеть хоть какой-то намек на то, что она что-то знает о Саше. — Алина, а, кстати, Сашка не появлялся? Так, просто интересно. Вдруг он что-то тебе говорил или просил передать?

Алина удивлённо вскинула брови.

— Саша? Нет, пап. Я его вообще не видела с тех пор, как он получил лицензию. Я пыталась его найти, но не получилось. А что? Что-то случилось?

Савелий пожал плечами, стараясь выглядеть равнодушным.

— Да ничего особенного. Просто хотел узнать, как он. Мало ли, вдруг нужна помощь. А то тоже с тех пор не видел. Е-ранг, жалко пацана.

Алина нахмурилась, очевидно, сомневаясь в искренности отца. Помощь? Это звучало крайне неправдоподобно. Но спорить не стала.

— Кстати, ты надолго приехала? — безразлично спросил Савелий. — А то вроде ты всяк в своём клане, времени на семью у тебя нет… — последнее он сказал с укором. Он всё ещё не мог простить дочь за то, что она решила уйти в клановые охотники, а не остаться в семье.

— До завтра. Наш клан Карелия собирается ехать в Новгород. Есть шанс открытия разлома В-ранга на следующей неделе. Один из родов Новгорода набирает большую рейд-группу с хорошим процентом выплат.

«В-ранг? — задумался Савелий. — Мне бы не помешали деньги с продажи лута оттуда…»

Мысли о долгах перед серьёзными людьми моментально испортили настроение. С каждым днём, с каждой минутой петля на шее затягивалась все туже, лишая возможности дышать полной грудью. Он не понимал, где ему взять деньги.

Осталось совсем немного времени, и если он не расплатится, то его ждут серьёзные неприятности.

Он откашлялся, прогоняя навязчивые мысли, и, стараясь казаться непринуждённым, обратился к дочери:

— Алина, скажи, а ваш клан, случайно, не дает деньги в долг? Ну, знаешь, там… какие-нибудь особые условия для членов семьи?

Алина удивлённо посмотрела на отца.

— В долг? Клан… не знаю, пап. Обычно у нас всё решается через инвестиции в общие проекты. А зачем тебе?