— Прости, что ты сказала?

Он не расслышал и слова из ее одностороннего разговора. Как он мог сконцентрироваться на ее словах, когда ее рот, который произносил эти слова, был так соблазнителен? Пухлые губы, влажные. Сексуальные.

— Я говорила о греческой мифологии. Как думаешь, люди еще верят в греческих богов?

Он уставился на нее, пытаясь собраться с мыслями.

— Почему ты спрашиваешь? — спросил он, внезапно насторожившись.

Зачем ей вспоминать о греческих богах? Почему у нее возник такой вопрос?

Она выпрямила спину, когда, как ему показалось, уловила изменение в его поведении. Она была очень внимательна к нему, и, возможно, чересчур проницательна. И он понял, что с ней надо осторожно выбирать слова.

— Мне нужно найти информацию для статьи, которую я пытаюсь написать для публикации.

— Статья, говоришь? — ухватился он.

— Да.

— О чем?

— Моя специализация — Греция. Если быть точнее, мифы древней Греции.

— А эта статья, она так важна?

Она кивнула.

— Не представляешь как. Мне нужно удивить комитет по найму в унивеситете.

— И эта вакансия так важна для тебя?

Она снова кивнула, и ее лицо внезапно стало серьезным.

— Ужасно важна.

— И ты думаешь написать что-то о верующих в нынешнее время?

Она пожала плечами.

— Почему бы и нет? Это что-то новенькое.

— Если ты сможешь найти людей, которые в них верят.

Он вкусил салат, сосредоточившись на спарже. И тут он понял, что весь салат, буквально весь, состоял из продуктов с афродизиаком.

— А чем это отличается от веры в существование пришельцев?

Гермес невольно улыбнулся. Тех, что смертные называли пришельцами, на самом деле не были пришельцами. Это были маленькие похотливые ублюдки, которых изгнали из подземного мира Аида за то, что они доставляли слишком много хлопот, например, хотели исследовать другие души и экспериментировать на них. В какой-то момент Аиду это надоело, и он выкинул их в открытый космос.

— Думаю, совсем не отличается, — согласился он.

В этот момент небо прогремело над головой с оглушительным грохотом, а затем осветилось взрывной яркостью, когда молния дугой прорезала небо. За окном начался проливной ливень, заливая все неожиданное и неподготовленное. Гермес не смог сдержать усмешки. Похоже, Зевс, наконец-то, понял, как работает его сотовый телефон, и прослушал автоответчик.

— Что с погодой в последнее время? — спросила Пенни.

Он пожал плечами, снова сосредоточившись на еде. Он не позволит Зевсу разрушить свидание с Пенни. Он мог вызывать его сколько угодно, но Гермес не ответит. Какую часть об «в отпуске» Зевс не понял?

— Так ты думаешь, что все еще существуют люди, которые в них верят? — давила она.

Он знал, что они существуют. Эта мысль пришла и ушла. Может, он поможет ей с этой статьей? Может, если он расскажет ей пару вещей… вещей, которые действительно находятся под секретом и не были исследованы смертными в полной мере, Пенни отплатит ему за это… натурой.

Он посмотрел ей в глаза.

— Самое трудное будет найти их, пока ты не знаешь, где искать.

— И то правда. — Ее прекрасные глаза долго изучали его. — Но мне не терпится попробовать.

Он мог поклясться, что ей не терпится попробовать все новое. Путешествие, в которое он ее возьмет, будет захватывающим для них обоих. И оно будет долгим. Внезапно он понял, что больше не хочет просто затащить ее в постель сегодня. Нет, он хотел отсрочить наслаждение, как свое, так и ее.

И все же, что-то в ее словах, заставило его задуматься. Серьезность, мелькнувшая на ее лице, когда она сказала ему, как важно для нее получить одобрение комитета по найму, заставила его задуматься. И вдруг он понял, что хочет исследовать гораздо больше, чем просто ее тело. Ее мысли заинтриговали его. А такого раньше никогда не случалось. В то же время это настораживало его. Он не хотел вступать в какие-либо отношения. Может быть, ему следует покончить с этим здесь и сейчас.

— Слушай, в субботу будет вечеринка, которую я помогаю организовать.

Слова вырвались сами до того, как он мог остановить сам себя. Разве он только что не решил, что не стоит продолжать их отношения? Очевидно, его тело думало иначе, а не стало слушать голос разума.

— С твоим другом, Тритоном?

— Да. Предполагается, что я должен прийти с девушкой, так что, ты бы не хотела пойти со мной?

Ну вот, он произнес это. И назад пути нет.

Она вся засияла.

— Конечно. С большим удовольствием пойду с тобой.

Он поднял бокал с вином в тосте и подумал, не поднимает ли он тост за свое собственное падение.

— За новые захватывающие приключения.

Она чокнулась с ним бокалами.

— И за новых захватывающих друзей.

«О, мы будем больше, чем друзьями», — подумал он. По крайней мере, друзьями с привилегиями. С большими привилегиями.

Вечером на вечеринке Гермес смотрел в окно гостиницы Тритона и Софии на Баттери-стрит, которую они быстро переименовали в гостиницу «Олимп», и наблюдал за прибытием Пенни. На самом деле Гермес понял, что ему действительно не терпелось увидеть ее, и он вел себя как школьник, ожидающий своего первого поцелуя.

— Ждешь кого-то? — спросил Эрос, широкая понимающая улыбка осветила его лицо.

— Не совсем, — соврал Гермес и присоединился к другу в баре.

— Хорошо. Мы с тобой единственные закоренелые холостяки, и я уже начал бояться, что мы вымираем.

Гермес рассмеялся.

— Не стоит волноваться обо мне.

Он не попадет в ловушку, как Тритон и Дионис вошли в свои золотые клетки, словно пара влюбленных щенков.

Но его смех оборвался, когда он увидел входящую через дверь Пенни, которая выглядела потрясающе в черном, расшитом бисером платье. Взгляды всех мужчин в комнате обратились к ней, чтобы полюбоваться ею, что одновременно наполняло его гордостью и раздражением. Гермес подошел к ней и взял за руку, давая всем понять, с кем она здесь. И с кем она уйдет.

Честно говоря, ему не терпелось снова увидеть Пенни. Но не потому что он был на грани потери своего статуса холостяка, на что надеялись его отец и другие, а потому что сегодня ночью он наконец сделает то, о чем возжелал с первого взгляда на нее, стоящей в кофейне, когда пряталась от дождя: исследовать каждый дюйм ее восхитительного тела… в интимном плане.

— Прекрасно выглядишь, — сказал он и наклонился поцеловать ее в щечку.

Пенни улыбнулась.

— Спасибо, Гермес. — Она обвела взглядом собравшихся в зале людей. — Мы ведь не опоздали?

— Вовсе нет. Ты само совершенство. Позволь представить тебе моих друзей.

Он взял ее за руку и повел туда, где София приветствовала своих гостей.

— София!

Красивая брюнетка повернулась к нему.

— Пенни, это наша именинница, София.

София улыбнулась Пенни, а потом снова посмотрела на Гермеса.

— А это тот человек, который помог организовать эту прекрасную вечеринку.

— Ничего особенного, — хмыкнул Гермес.

Благодаря слугам богов, это было совсем не трудно. Самое сложная часть — принять решение. Работа по оформлению была передана слугам, крошечным феям, которые служили богам веками.

— София, позволь познакомить тебя с моей подругой, Пенелопой.

— Привет, Пенелопа, — поприветствовала ее София, взяв за руку. — Добро пожаловать в наш дом.

— Пожалуйста, зовите меня Пенни, — ответила она, быстро пожимая ей руку. — У вас прекрасный дом.

Тритон подошел к жене и положил руку ей на талию.

— Спасибо. Нам он тоже нравится.

Глаза Тритона загорелись, когда он посмотрел на свою жену.

Гермес все еще поверить не мог, как легко и быстро Тритон попал под чары Софии. Гермес тоже любил Софию и надеялся, что болезнь Тритона не заразна.

Внезапно выражение лица друга изменилось.

— Ой, ой. Он пришел, — вполголоса предупредил Тритон.

Гермес поднял голову и увидел приближающегося Зевса.