Никиту нашла спящим в гостиной на диване. Он трогательно посапывал во сне, как ребёнок, подложив под щеку свои ладони. Даже улыбнулась, испытывая несравненную нежность, приправленную обречённостью.

В сердце защемило. Совесть уколола мыслью, что я совсем не борюсь за него, хотя другие вцепились бы в парня и силой отняли бы его у соперницы. Но я не такой человек. Ненавижу насилие, наелась его ещё в школе. Все эти методы подходят таким стервам, как Милена, а мне гордость не позволит выпрашивать и уж тем более требовать расположения и взаимности. В моих глазах это низко и унижает моё достоинство…

Но поговорить нам всё равно нужно.

С чего я начну разговор? С того, что знаю о ребёнке и собираюсь прекратить то, чего не стоило и начинать? Возможно. Хотя это будет непросто.

Я боялась этого разговора, но именно решение начать его постепенно возвращало меня к жизни. Я стала побаиваться, нервничать, продумывать речь наперед. У меня появилась какая-то цель в жизни, какие-то эмоции, кроме равнодушия, и апатия постепенно начала сходить на нет.

Однако, устав пялиться на Никиту, я поняла, что чувствую себя уставшей и зажатой. Стало нестерпимо душно, захотелось просто проветрить голову, поэтому я тихонько собралась (а мои вещи родители перевезли сюда еще вчера) и выскользнула из квартиры.

На часах было семь утра…

Почти два часа я гуляла по парку, приводя в мысли в порядок. В какой-то момент осознала, что забыла в квартире телефон и забеспокоилась. Поняла, что Никита будет беспокоиться, тем более я не оставила ему даже записки. Решила возвращаться, но по дороге забежала в ближайшее кафе купить нам круассаны на завтрак.

Пока стояла в очереди, опять погрузилась в невесёлые мысли, как вдруг кто-то тронул меня за плечо. Обернувшись, с изумлением увидела перед собой… Рика, моего бывшего. Парень весь сиял, как начищенная монетка. Время пошло ему на пользу: кажется, он начал качаться, потому что оброс мышцами. А еще отрастил волосы, приоделся и теперь сверкал белоснежными зубами, неизменно привлекая к своей неотразимой персоне внимание окружающих.

— Малышка, ты ли это? — воскликнул он, невольно возвращая меня во дни нашего романа.

Слышать это обращение к себе было более чем странно. Он давно меня так не называл. Несмотря на то, что мы давно были друг другу чужими людьми, я всё равно почувствовала легкую ностальгию по тем временам. Ведь вначале у нас всё было отлично. Я даже думала, что люблю его…

— Привет, Рик! — ответила приглушённо, но как раз подошла моя очередь, поэтому я отвлеклась на минутку.

— О, прикупи и мне коробку вкусняшек… — крикнул Рик, вызывая недовольство людей за мной. Я лишь ухмыльнулась. Ушлый парень. Своей выгоды никогда не упустит. Вот и сейчас умудрился купить круассанов, не простояв в очереди ни минуты.

Купила.

Рик потянул меня к столику, пообещав, что задержит всего на пять минут.

— Не виделись же сто лет! — пояснил он многозначительно. — Неужели не найдешь для старого друга нескольких ничтожных мгновений?

И посмотрел на меня с притворной укоризной. Да, он мог казаться очень милым, когда хотел. Но я-то знала, что за всем этим броским фасадом и беззаботным шутливым поведением кроется ветренный и эгоцентричный характер.

Выдохнула.

— Выглядишь не очень… — проговорил Рик, усаживаясь напротив и с удовольствием вгрызаясь в круассан. — Случилось чего?

— Всё нормально… — ответила уклончиво. — В жизни всякое бывает…

— Ага, у кого-то иногда случаются свадьбы… — бросил парень, а я изумленно подняла на него взгляд.

— Так ты знаешь? Откуда?

Рик усмехнулся.

— Сорока на хвосте принесла, прикинь!

— А если серьезно? — я прищурилась.

— Да знакомые сказали. Были на твоей свадьбе вчера. А тут я с тобой столкнулся прямо с утра. И ты одна, без мужа. Навевает на некоторые подозрения, не находишь?

— Всего лишь прибежала за завтраком… — бросила недовольно, а сама стыдливо опустила глаза. Неужели так сильно бросается в глаза, что я несчастна? Как-то не подумала я том, что теперь многие будут наблюдать за мной, как за женой Никиты. Всё-таки их семья довольно богата и влиятельна. Придётся задумываться впредь о последствиях своих поступков.

— Всё нормально… — выдавила из себя мученическую улыбку. — Усталость, пожалуй. Свадьба — дело нелегкое…

— А должно быть лёгким! — философски добавил Рик, уплетая второй круассан. — Честно, я волнуюсь за тебя…

— Серьёзно? — изумилась я. — С чего бы?

— Ну мы как бы не чужие друг другу… — Рик ухмыльнулся и подмигнул. — А когда-то были очень близки…

Я фыркнула:

— Не пудри мне мозги! Я у тебя на сотом месте. Не можешь ты чувствовать душевную близость со всеми, с кем встречался…

— Со всеми — конечно нет, — согласился парень, — но ты-то особенная! Меня всегда изумлял твой ум и мягкий покладистый характер. Никаких истерик, требований астрономических масштабов, минимум стресса… Иногда скучаю по тем временам…

Честно говоря, он меня реально слегка пришиб своими признаниями, потому я видела: Рик искренен. Конечно, ничего внутри не ёкнуло, потому что мои чувства давно угасли. Да и, честно говоря, в нём я любила только сходство с Никитой и ничего более. Однако Рик воспользовался заминкой, схватил мою ладонь и вдруг прижал ее к своим губам. Замер, наблюдая за моим лицом, а я всё никак не могла очнуться от нахлынувших воспоминаний и не выдергивала руку.

— Что здесь происходит? — раздавшийся над головой до боли знакомый голос заставил меня вздрогнуть и поспешно высвободить руку из хватки бывшего. Задрав голову, я с изумлением увидела Никиту, глаза которого пылали от ярости. Кажется, его зрачок начал изменяться, свидетельствуя о начавшемся обороте…

Никита

Никиту накрыла паникой: Аля ушла.

Возникло такое ощущение, будто она навсегда покинула его жизнь, и он опоздал. Парень никогда не думал, что увидит себя в таком состоянии, но его руки подрагивали, когда он набрасывал на плечи куртку.

Найти ее! Во что бы то ни стало найти!

Вот тут-то ему и помог отменный нюх оборотня, обострившийся сейчас, как никогда. Обычно способности оборотней проявлялись у них после оборота, а в человеческом теле были значительно погашены, но в момент эмоционального напряжения некий полуоборот позволил Никите точно уловить направление, куда повел его легко узнаваемый и уже ставший таким родным аромат любимой женщины.

…Он нашел ее в кафе, сидящей напротив разодетого хлыща. Тот улыбался, откровенно заигрывал и смотрел не так, как смотрят на замужнюю женщину.

Всё внутри Никиты взбунтовалось, накатила ярость, о существовании которой он даже не подозревал. В один миг его разум заволокло только хищническим инстинктом, требующим порвать сопернику глотку. Едва удерживая оборот, парень шагнул в кофейню и остановился аккурат напротив их столика.

В этот момент хлыщ недвусмысленно целовал Але руку, а та не спешила ее выдергивать, и Никита понял, что вот-вот потеряет самого себя.

— Что здесь происходит? — почти зарычал он, желая только одного — разорвать соперника на кусочки и отнять у него Алю раз и навсегда. Никогда еще Никита не испытывал такой всепоглощающей и убийственной ревности.

Аля развернулась в нему с испугом в глазах, как будто доказывая этим свою вину, но ее взгляд, наполненный изумлением и… болью, мгновенно заставил Никиту очнуться и вспомнить о том, как сильно он перед ней виноват сам.

Однако ярость никуда не делась. Разве что стала более контролируемой. Поэтому вместо того, чтобы затеять драку и уничтожить свое будущее разрушением кофейни и смертью соперника, Никита схватил Алю за руку и потребовал пойти с ним.

Хлыщ попытался возразить и даже встал со своего места, но когда Никита зыркнул на него своими видоизменившимися волчьими глазами, мгновенно струсил и сдулся.

Что, не ожидал, что наткнешься на оборотня?