Что ж, пусть это станет терапией для моего зажившего, но все ещё изломанного сердца…

Никита

Диана Станицкая смотрела на сына с легким прищуром.

— И всё-таки… — она присела рядом с ним на диван, по-девичьи поджав под себя ноги, — почему я никогда раньше не видела тебя с Алей? В школе ты встречался с Лизой, кажется… девочкой из столицы. Может вы из-за Али с ней расстались?

Глаза черноволосой женщины — всё ещё яркой и красивой — светились от любопытства.

Никита поморщился.

— Ма, ну ты как любопытная школьница, честное слово! Мы с Алей… были одноклассниками, потом всё завертелось… ну ты знаешь, как это бывает!

Однако взгляд отвёл. Мать, не страдающая особыми приступами внимательности, этот красноречивый жест пропустила.

— Она мне нравится! — заявила женщина с улыбкой. — Мы не зря проверили вашу совместимость по звёздам! Знаешь, сперва нас смутило, что в семье Чернышовых туго с оборотом, но… старейшина Джи Чан Ли — он из Кореи — сказал, что это не имеет особенного значения. При смешении нашей и их крови должно быть замечательное потомство оборотней!

Никита едва заметно скривился, но поспешил опустить лицо, чтобы мать не заметила, что он думает обо всех этих устаревших способах планирования семьи. Бред, да и только! Кто в нынешнее время может этому верить??? Звёзды способны подсказать, какая девушка станет самой лучей парой? Сумасшествие…

— Ладно, ма, — произнес он, вставая. — Мне пора в компанию…

— Надеюсь, ты сегодня уделишь время своей невесте? — улыбнулась мать, поднимаясь следом. — Учти, девушки любят, когда за ними ухаживают красиво…

— Да знаю, знаю… — отмахнулся Никита. — В кафе ее свожу…

— Отлично! — Диана была довольна сверх меры. — И привет ей от меня передай! Неужели у нас скоро будут внуки???

Последнюю фразу она бросила мечтательно, а парень закатил к потолку глаза…

Взбежал по лестнице на третий этаж, чтобы перед поездкой на работу захватить сумку с документами и куртку, но застыл перед письменным столом в своей комнате, обратив внимнание на фото в пыльной рамке…

Кажется, маму понесло, и она зачем-то притащила с чердака его школьное фото с последнего лесного похода.

Никита взял рамку в руки и поднёс фото к глазам.

Да, так и есть. Вот учитель Андрей Викторович — худой, неуклюжий, но совершенно безобидный добряк. Лыбится, как не в себя, как будто ему четырнадцать. А это парни с класса. Макс, Женька, Игорь… Девчонок всего четверо, и среди них… Аля.

Стоп, она разве тогда ездила с ними?

Разум уплыл в прошлое, погружаясь в воспоминания, которые были настолько туманными, что почти не вырисовывались в голове. Да, время было стрёмное, не до школы ему было и не до друзей…

Никита вздрогнул, вспомнив больничные коридоры, пропитанные отчаянием, бесконечные ряды палат, где стонали умирающие и не очень…

Поёжился.

В тот год его семья погрузилась во тьму отчаяния, и из воспоминаний в разуме Никиты остались только больница и незначительные эпизоды школьной жизни: душные классы, смех парней, попытки некоторых девчонок флиртовать с ним… Еще помнит последнюю вечеринку в их доме, которая закончилась приездом полиции, но детали даже этого события почти истёрлись из памяти.

Ведь именно после этой гулянки всё пошло наперекосяк: у его сестры Софии обнаружили редкостное заболевание, которое не поддавалось даже хвалёной оборотнической регенерации. Единственная в округе больница для оборотней взялась за лечение и полгода кормила семью «завтраками»: мол, уже завтра всё станет ясно, завтра наступит облегчение…

Никита днями пропадал там, не желая бросать сестру в одиночестве. В итоге, серьезно пропускал школу и мыслями был все время далеко…

Через полгода мучений Соню забрали друзья в Южную Корею, где после успешного годового лечения она встала на ноги.

К этому времени школа у Никиты закончилась, а он с облечением уехал в столицу к родственникам, там же и поступил в университет…

Но, смотря сейчас на фото в руках, он вдруг понял, что та часть жизни пролетела абсолютно мимо него.

Значит, Аля тоже была с ним в том походе? Он ее не замечал. Забавная рыжая девчонка, вечно хмурая, пугливая, сторонящаяся других… В памяти шевельнулись что-то неприятное, связанное с ней. Кажется, Макс постоянно злился на неё, но причины неприязни друга Никита так и не вспомнил.

Выдохнул.

Когда родители потребовали от него этого брака, парень пришел в ярость. Еще никогда ему не приходилось чувствовать настолько сильное моральное давление со стороны родных. Отец начал даже шантажировать его: мол, если не женишься, вылетишь из семейной компании. А ведь Никита работал там уже без малого два года и многого добился.

У него была мечта. Немного нетипичная, но всё же… пережив вместе с Сонькой муки её болезни, он пообещал себе, что обязательно построит в их городке нормальную больницу для оборотней. Не только из собственного кармана, конечно. Этого не потянет даже миллионер. Но Никита начнет, заложит фундамент, так сказать, а потом привлечет именитых инвесторов. Ради этой мечты он работал, как проклятый, два года. Ради этого не спал ночами и не ходил с друзьями на тусовки. И тут вдруг может лишиться всего только из-за отказа жениться?

Честно сказать, сперва его взяла дикая злость. Именно поэтому, когда родители повели его на «смотрины» невесты, он повел себя где-то нахально и грубо, сказал Але, что она не в его вкусе… Всё ради того, чтобы разрушить это безумное предприятие.

Девчонка, правда, вела себя не менее агрессивно. Значит, её тоже приперли к стенке, как и его.

После этой встречи отец и устроил ему грандиозный скандал: мол, или женись, или проваливай. И тогда у парня в голове родился замечательный план фиктивного брака на полгода…

Аля упиралась, как могла, но чем больше Никита думал обо всём этом, тем больше убеждался: лучшей кандидатуры для подобного предприятия ему не сыскать. Они друг ко другу равнодушны, поэтому проблем быть не должно.

Да и по школе он помнил ее спокойной тихой девчонкой, которая никогда не вешалась ему на шею и не пыталась строить глазки. Наилучшая кандидатура!

Аля согласилась, скрепя сердце, но отец Никите не поверил. Начал подозревать в обмане, и тогда парень понял, что придется разыгрывать масштабное представление.

Когда они с Алей прощались после общего семейного ужина, Никита наклонился ее поцеловать: ситуация требовала. Хотел, чтобы картинка смотрелась красиво, обнял за талию, прикоснулся к губам, но… в этот момент его чувствительное обоняние даже сквозь крепкие ароматы духов и косметики уловило совершенно другой запах — аромат ее тела, и с Никитой что-то произошло.

В разуме вспыхнули воспоминания, как в том самом лесном лагере ему по пьяни снились крышесносные эротические сны. Он целовал девушку, от которой умопомрачительно пахло, он хотел ее до безумия, а потом она упорхнула, заставив его разочарованно зарычать.

От Али пахло точно также. Поэтому поцелуй получился… гораздо более страстным, чем Никита ожидал.

Я сидела за столиком в кафе и мрачно рассматривала стакан с коктейлем. Никита расположился напротив — такой же невеселый и молчаливый — и о чем-то напряженно думал.

Зато окружающие были счастливы. Вот совсем рядом влюбленная парочка так и полыхала страстью, позволяя себе переплетать пальцы рук, тереться бедрами, мимолётно целоваться, замирая на мгновение и едва не срываясь на более откровенные ласки…

Сердце ёкнуло… от зависти, и я поспешила опустить глаза.

Да, всю жизнь завидовала таким. Все семь лет была вынуждена вновь и вновь признавать, что прекрасные чувства, взаимность и счастье несовместимы со мной.

Я ведь пыталась. Искренне пыталась.

В девятнадцать познакомилась с Риком. Весёлый иностранец, проживший в соседнем городе полжизни и из-за этого отлично знающий русский, показался мне весьма очаровательным. Чернявый, симпатичный — он чем-то напомнил мне Никиту и этим приглянулся ещё сильнее.