Вдруг рука Никиты накрыла мою, и я замерла.

— Аль… — шепнул он мне, наклонившись прямо к уху, да так, что от его дыхания по коже побежали мурашки. — Тебе нравится?

— Да, вполне нормальное кино… — ответила поспешно, радуясь, что полумрак скрывает румянец на щеках. Ну прямо как школьница, честное слово! Просто… это же Никита! Моя мечта, мой сладкий и страшный сон…

— Хочу прогуляться в парке сегодня. Ты не против?

Я повернулась к парню. Он смотрел на меня ласково, глаза улыбались.

— Да, с удовольствием…

Из кинотеатра мы сбежали. Не потому, что фильм не понравился, а просто хотелось поскорее остаться вдвоём.

Мне казалось, что я сплю. Ведь Никита действительно изменился.

Боже, неужели это всё сейчас настоящее??? Неужели мы встречаемся не фиктивно? Как вообще могло так получится? Или это просто эксперимент, и через пару дней Никита заявит, что попытка не удалась?

Да, я допускала и такой исход: уж слишком привыкла разочаровываться и всё терять.

Заранее было больно, и из-за этого радостное состояние начинал всё сильнее подтачивать страх. Ведь я больше не хочу разочарований. Я их просто не перенесу! Если позволю себе надеяться снова, а потом всё потеряю, это будет в миллион раз больнее, чем сейчас.

Но говорить об этом Никите прямо — это означало признаться в своих чувствах, а я к этому ой как не готова.

Аллеи парка, освещенные фонарями, привели нас на набережную реки. Ее воды поблескивали во свете городских огней, в воздухе пахло влагой и свежестью.

Никита остановился, прислонившись к перилам обеими руками. Посмотрел вдаль, прищурился, словно высматривая что-то вдалеке, а потом произнёс:

— Знаешь, Аль, сегодня особенный день для меня…

— Почему? — удивилась я, но сердце трепетно забилось.

— Потому что сегодня мне открылась несколько другая сторона жизни. Кажется… я повзрослел! — парень улыбнулся и выдохнул. — С этого дня хочу попробовать построить что-то настоящее… Кстати, ты знаешь, что я хотел бы основать больницу?

— Ты? Больницу? — изумилась я. — Но ведь у тебя нет медицинского образования!

— Ну я же не доктором собираюсь там быть… — усмехнулся Никита. — Хочу, чтобы у нас в городке была лучшая больница для оборотней во всей стране. Персонал тоже желательно не из чистокровных людей набирать. Они нас не всегда понимают…

— Да уж… — кивнула я. — Люди порой думают, что мы реально животные…

— Поэтому персонал тоже будет из оборотней, — продолжил парень мечтательно. — Конечно, зарплату придется завышать, чтобы переманивать сюда медработников из других регионов. Но это не проблема, если найти хороших спонсоров…

— Ты меня удивил, Никита… — прошептала я восхищенно. — У тебя прекрасная цель и мечта.

— А ты? — спросил парень прищуриваясь. — О чем мечтаешь?

Я растерялась. Раньше бы сказала, что хочу учиться в столице и стать дизайнером, но сейчас… сейчас я хотела однозначно другого. Того другого, о чем я никогда не смогу рассказать…

Никита мгновенно заметил, как на моём лице промелькнула тень. Забеспокоился.

— Что случилось?

— Ничего… — отмахнулась я, — просто в моей жизни нет особенной цели. Да и мечты я предпочитаю не развивать, иначе они приносят только боль…

Я не хотела, чтобы в голосе так ярко промелькнула тоска, но это вышло само собою.

Никита насторожился.

— У тебя были несчастливые отношения? — прозорливо уточнил он.

Я смутилась.

— Скорее, безответная любовь…

Произнесла и едва смогла сделать вдох. Хожу по краю пропасти и вот-вот рискую сорваться.

Никита нахмурился, снова посмотрел вдаль и сказал:

— Прости, что заставил тебя вспомнить об этом. Ты сильно его любила?

— Безумно… — ответила я и уставилась на идеальный профиль Никиты.

Знал бы он, о ком я сейчас говорю!

Разговор о любви дальше не пошёл. Я не ответила, Никита больше не спрашивал. Мы наблюдали за черной гладью воды некоторое время, а потом зазвонил мой телефон.

— Да, мам! — кажется, меня всё еще воспринимают маленькой девочкой. — Да, скоро буду. С Никитой. В смысле можно не приходить?

Парень беззвучно рассмеялся, а когда я закончила разговор, проговорил:

— Зачетная у тебя мама, респект! Отличная выйдет теща…

Блин, но почему это звучит так, словно у нас будет не фиктивный, а настоящий брак???

— Пойдем, похолодало, — проговорил Никита, подхватывая меня под локоть, но вдруг остановился опять, развернулся и заглянул прямо в глаза. Выражение его лица было таким… решительным, что последующему стремительному поцелую я даже не удивилась. Его губы обхватили мои, и я вспомнила, что именно так он целовался в лесном лагере много лет назад.

В груди вспыхнул такой огонь, что дальше я действовала уже на инстинктах. Наверное, слишком долго терпела. Поэтому сорвалась, словно растянутая пружина, и… жадно ответила на поцелуй. Обвила шею парня руками, прижалась к нему, позволяя крепко себя обнять. Мы целовались так неистово, что можно было бы смело планировать продолжение, если бы мы были в квартире.

Наконец, Никита оторвался от меня, тяжело дыша, и ошарашено посмотрел прямо в глаза:

— Аля… это была ты! Тогда, в школьном лесном лагере! Или я уже сошел с ума???

Я улыбнулась.

— Да, это была я!

Я лежала в своей кровати, обнимая подушку, и не могла согнать улыбку с лица.

Боже, Никита поцеловал меня! По-настоящему, а не на публику!!!

Когда призналась, что в лагере целовался он действительно со мной, Никита изумился.

— Я много лет думал, что это был сон. Сладкий, до умопомрачения, но сон…

— Да ладно, — смутилась я. — Вы наклюкались с пацанами, как не в себя. Ты вообще ничего не соображал! А наутро на меня даже не посмотрел…

Никита, похоже, заметил нотки давней обиды в моем голосе, потому что притянул к себе и очень мило обнял. Обнял так, словно мы сто лет были вместе.

— Прости… Я тогда был в депрессии из-за Сони. Напился, чтобы забыться. А ночное… г-м-м… приключение вспомнил не сразу…

— Забудь, — отмахнулась я, с удовольствием прижимаясь к его груди и вдыхая такой родной и приятный аромат его тела. — Не хочу об этом вспоминать…

Он проводил меня домой, у порога снова жарко и требовательно поцеловал. Нас едва не поймали родители, но они бы только обрадовались, увидев такую картину.

И вот теперь я лежала в кровати и не могла уснуть. Счастье клокотало внутри, обещая поглотить и разум, и волю…

Господи, неужели это всё не сон?..

Та же ночь. Съемная квартира в центре города…

— Никита… женится на этой… рыжей уродине… — заплетающимся языком проговорила Милена и отхлебнула из большого стакана. — Ненавижу!!!

— Дура, хватит пить! — Джана — младшая сестра Милены попыталась отнять у неё выпивку. — Нашла из-за чего ныть! На кой тебе сдался этот облезлый оборотень! У тебя есть Джей — богатый, успешный бизнесмен, куча денег, перспективы…

— Люблю я его! — пьяным голосом просипела Милена и потянулась к бутылке. — А ещё больше ненавижу эту стерву!!! Мало я ей крови попортила в школе, мало! Надо было устроить так, чтобы её выгнали в конце концов!!! Ненавижу!

— Да уймись же! — Джана раздражённо уселась рядом на стул и схватила с тарелки последнее пирожное. Поспешно запихнув его в рот, она откинулась на спинку и с досадой протянула:

— У меня тут проблемы похуже: я залетела!

— Что⁇ — Милена мгновенно протрезвела и посмотрела на сестру шокированным взглядом. — От кого? От Игоря, что ли?

— От него… — Джана выдохнула и покосилась на бутылку. — Блин, я не хочу делать аборт! Говорят, от этого развивается бесплодие!

— Беременность… — глаза Милены словно остекленели, а она погрузилась в глубокие раздумья.

— Эй, ты чего? — Джана потрепала сестру по руке. — Ты совсем… ку-ку?

— Кажется, я придумала! Теперь я знаю, как остановить эту дурацкую свадьбу…