[2] Члены династии Габсбургов — влиятельнейшей династии Священной Римской империи — избирались королями Венгрии и приносили при коронации клятву на конституции Венгерского королевства. После завоевания Габсбургами Османской Венгрии термин «Королевская Венгрия» вышел из употребления, а император стал называть свои венгерские владения «Венгерским королевством». Король из династии Габсбургов напрямую контролировал финансовые, военные и иностранные дела Королевской Венгрии, а имперские войска защищали её границы. Габсбурги не спешили давать слишком большое число помощников палатину, чтобы занимающее это место лицо не приобрело слишком большой власти. Кроме того, Габсбургов и венгров разделял т. н. «турецкий вопрос»: Вена хотела поддерживать мир с Османской империей, венгры же желали изгнать турок. Постепенно многие венгры перешли на антигабсбургские позиции.

ЧАСТЬ 3

Либуше и Адоржан

Последующие два дня Король-Солнце двигался по направлению к Богемии сквозь вихры ледяных ветров. В первую ночь путники так замерзли, что не могли даже разговаривать и сидели на полу корзины тесно прижавшись друг к другу и накрывшись предоставленными графиней пледами. На следующую ночь ситуация усугубилась еще больше, когда, пролетая над Нюрнбергом[1], путешественники попали в снежную бурю, которая швыряла аэростат словно бумажный пакет. Когда три часа спустя им удалось, наконец, миновать бурю, Веронику несколько раз стошнило, а ее дядя дал себе зарок больше никогда не экспериментировать с подобными изобретениями.

Когда полковник объявил о скором прибытии в Карловы Вары, все чуть не застонали от облегчения. Еще не до конца рассвело, но уже можно было различить очертания города. С запада на восток подобно змее, прорывшей глубокую борозду среди гор, город пересекала река Тепла, на обоих берегах которой располагались элегантные здания XIX века. Не было даже двух смежных домов одного цвета, из-за чего возникало ощущение диорамы[2], раскрашенной в пастельные розовые, голубые, желтые и белые цвета. Город напоминал декорации к центрально-европейской сказки, написанной аристократом, подумалось Лайнелу, заметившему тоску в глазах Теодоры, ожидающей выхода из аэростата, готовящегося приземлиться в лесистой местности к северу от города. Сколько роскошных отелей успела посетить девушка за годы, проведенные с бывшим женихом?

— Почти всегда мы останавливались в «Грандотель Пупп»[3], — ответила девушка на вопрос Кернса. — Персонал отеля знает семью Драгомираски на протяжении поколений, так что там нас всегда обслуживали по-королевски. Полагаю, что сейчас, инсценируя убийство, Константин вряд ли там покажется…

— К тому же нам следует избегать мест, где вас могут узнать, — добавил сэр Тристан. — Карловы Вары — небольшой город, в котором трудно остаться незамеченным. Среди нас самой известной персоной являетесь именно вы. Чем проще будет наше здешнее пристанище, тем лучше.

— Разве Дама-с-родинками удовлетворится кишащей клопами постелью в третьесортной гостинице? — съязвила Вероника. — Неужели вы хотите, чтобы она умерла от отвращения?

— Раз уж я выдержала то, как вас тошнило у меня под боком, то вряд ли что-то иное может лишить меня сна, — отреагировала Теодора. — Более того, хотите верьте, хотите нет, но были в моей жизни моменты, когда клопы являлись наименьшим злом из того, что я могла обнаружить в своей постели.

Тон ее был так резок, что Вероника не посмела добавить что-то еще, даже Эмбер удивленно изогнула брови. Пару минут спустя, как раз когда первые лучи Солнца осветили крыши города, шар с треском опустился на расположенную среди заснеженной рощицы поляну. Без помощи слуг де Турнелей выпустить воздух из аэростата оказалось совсем непростой задачей, тем не менее, спутники взялись за дело, сложили огромный кусок ткани и поместили в корзину, которую, в свою очередь, спрятали в зарослях. Убедившись, что никто не найдет аэростат, они подхватили багаж и двинулись к городу. Кернс шел впереди, а остальные осторожно ступали по гигантским отпечаткам его сапог на снегу.

К тому времени, как они вышли к побережью Темплы в самом центре города, Карловы Вары уже пробудились. Удивительно, насколько эти шумные улицы напоминали самые фешенебельные районы Лондона, повсюду слышалась изысканная речь обитателей Мэйфэра[4]. На площадях, где возвышались мраморные фонтаны с термальными водами, сновало множество закутанных в меха аристократов, которые останавливались время от времени, дабы пообщаться с приятелями. Почти у каждого в руках был изящный фарфоровый кувшин. Как объяснила Теодора, они делали своего рода обход по источникам. Повсюду играли оркестры, а народу было столько, что путешественникам с трудом удалось перейти на противоположную сторону реки.

Наконец, оживленные улицы остались позади, и они вошли в район попроще, где на улице Шейнерова обнаружили трехэтажную гостиницу, предлагающую пансион недалеко от реки. Пожилая улыбчивая хозяйка объяснялась с Оливером по-немецки и без конца повторяла: «Frohe Weihnachten»(С Рождеством — нем. яз.), ведя их по скрипучей лестнице наверх в комнаты. Номера оказались немногим больше корзины аэростата, но учитывая непродолжительный срок предполагаемого пребывания, этого было вполне достаточно.

— Что ж, пора приступить к делу, — сказал Кернс, когда, воздав должное горячему завтраку, все вышли снова на улицу. Несмотря на ясную погоду, было так холодно, что за ними следовала струйка пара от их дыхания. — Нам повезло, принадлежащий Драгомираски замок находится недалеко отсюда, — он ткнул пальцем в карту Карловых Вар, позаимствованную у хозяйки гостиницы. — Так что нам не придется снова идти через весь город опасаясь, что кто-нибудь может нас узнать.

— Кажется, вы говорили, что эта территория контролировалась Шварценбергами[5]? — удивленно спросил Александр, пока они шли, оставляя позади городские здания и углубляясь в поросшие лесом окрестности, где тут и там были разбросаны горстки хижин, среди которых бегали одетые в лохмотья дети. — Почему замок оказался в руках Драгомираски?

— Благодаря бракосочетанию Адоржана и Либуше, — ответил сэр Тристан. — К тому же, после смерти младшего брата Либуше семья лишилась наследника. Судя по тому, что я читал, Драгомираски достигли немалой власти в Карловых Варах, пока в 1604 году не вспыхнул пожар, уничтоживший город[6]. Все, что мы сегодня видели: здания, отели, павильоны, фонтаны с термальными водами — все было построено позже, в XVIII–XIX вв. Можно сказать, что все, что осталось от старого города — это сами источники и замок.

— У меня в голове не укладывается почему Константин никогда мне об этом не рассказывал, — недоверчиво произнесла Теодора. — Он часто исчезал на целый день, когда мы останавливались в «Грандотель Пупп», но я и подумать не могла, что он тайно посещал заброшенный замок. Начинаю понимать, что я совсем ничего не знала об этом человеке.

— Думаете, он мог разместиться там с моей дочерью? — спросил Оливер сквозь намотанный шарф. — Вполне логично предположить, что он не захочет светиться в городе…

— Если Константин Драгомираски в замке, то и Хлоя там будет, — уточнил полковник Кернс. — Сейчас мы должны осмотреться и подумать, как проникнуть на территорию замка не будучи замеченными. Через несколько часов стемнеет и мы сможем вернуться, чтобы войти и вызволить девочку.

Оливер промолчал, но по его лицу было видно, что каждый безрезультатный час становился для него сущей пыткой. Вскоре им пришлось умолкнуть, так как обозначенный в карте Кернса как «Три Креста»[7] склон оказался таким крутым, что на полпути пришлось остановиться, чтобы перевести дух. Отсюда открывался потрясающий вид на город, похожий на лоскутное одеяло. Хижины оказались деревянными сараями с крытыми досками крышами, среди которых виднелось нечто, напоминающее руины церкви. Пожар и здесь оставил свой след: здание было наполовину погребено под грудой почерневших обломков, которую сейчас почти полностью замело снегом.