Слишком тихо. Опять это странное чувство.

Он огляделся. Ни представителя, ни даже обычных туристов. Площадка перед древним монументом была пуста, если не считать нескольких бродячих собак.

— Где египтяне? — спросила Катерина, выходя следом.

— Хороший вопрос.

Петр прищурился, глядя на горизонт. За холмами поднимался едва заметный дымок. Ветер доносил запах, который он хорошо знал. Запах горелой плоти.

— Охрана, занять позиции, — негромко приказал он. — Что-то здесь не так.

Гвардейцы рассредоточились, держа руки на оружии. Катерина подошла ближе к мужу.

— Может, уедем?

— Ты боишься? — улыбнулся Петр и провел рукой по волосам жены. — Не бойся, моя дорогая. Если это ловушка, то очень глупая. Я чувствую следы недавнего боя. Кто-то уже здесь повоевал.

Он сделал несколько шагов в сторону Сфинкса, когда заметил движение. Со стороны пустыни приближалась одинокая фигура.

Романов напрягся. Силуэт казался знакомым.

— Сын?

— Петя? — прошептала Катерина.

Царь молча смотрел, как его сын приближается. За спиной Петра, на горизонте, виднелись неподвижные тела и следы разрушений.

— Интересно, — процедил Петр Первый. — Очень интересно.

Я наблюдал за этой сценой с расстояния в триста метров, укрывшись за обломком древней стены. Болванчик держал периметр, а Лора транслировала мне картинку с нескольких ракурсов.

— Трогательное воссоединение, — прокомментировала она. — Папочка явно не рад. Смотри, как он напрягся. Ставлю сотню, что он думает, не сынок ли устроил все это веселье?

— Не отвлекай.

— Я не отвлекаю, я создаю атмосферу. Кстати, к Сфинксу приближается еще один кортеж. Четыре машины, тяжелая броня, магическая защита. Судя по гербам, это пресловутый визирь.

— Который заказал убийство?

— Скорее всего. Случайно опоздал, как будто в пробках, а когда приехал, то на Петра Первого уже совершили нападение неизвестные хулиганы. Какой конфуз выйдет, когда он увидит, что клиент жив.

Я усмехнулся. Сейчас будет интересно.

У пирамид.

Петр остановился в десяти шагах от отца. Они молча смотрели друг на друга, воздух между ними буквально потрескивал от напряжения. Катерина переводила встревоженный взгляд с сына на мужа.

— Ты похудел, — наконец сказал Петр Первый.

— А ты все такой же, — ответил сын.

— Что здесь произошло?

— Тебя хотели убить. Семьдесят наемников, оплаченных египетским правительством. Они должны были открыть огонь, когда вы с мамой выйдите к Сфинксу.

Петр Первый не изменился в лице. Только чуть сузил глаза.

— И где они сейчас?

— Мертвы. Большая часть.

— Ты один справился с семьюдесятью магами?

Петр Петрович помедлил с ответом.

— Не один.

— Кузнецов?

— Ты ожидал услышать другой ответ? — ухмыльнулся Петр.

Прежде чем царь успел ответить, со стороны дороги донесся шум моторов. Четыре черных автомобиля с египетскими флагами выехали на площадку и остановились полукругом.

— О, а вот и заказчик пожаловал, — процедил Петр Петрович. — Будет весело.

Визирь Ахмед аль-Махмед вышел из машины с широкой улыбкой на лице. Он был невысоким полным мужчиной с аккуратной бородкой и хитрыми глазами. На пальцах блестели кольца с артефактами, а под дорогим костюмом угадывалась защитная броня.

— Ваше величество! — воскликнул он, радушно раскинув руки. — Какая честь! Простите за задержку, были неотложные дела…

Визирь осекся, когда он увидел Петра Петровича. Улыбка дрогнула, но он быстро взял себя в руки.

— О! И наследник здесь! Какой приятный сюрприз!

— Хватит, — холодно произнес Петр Первый. — Я знаю про наемников.

Визирь моргнул.

— Наемников? Каких наемников? Ваше величество, я не понимаю, о чем вы…

— Семьдесят человек. Приказ от вашего правительства. Цель — моя смерть, — холодно произнес Романов.

— Это какое-то недоразумение! Клевета! — Визирь всплеснул руками. — Кто посмел распространять такую ложь?

— Трое ваших людей, которых мы взяли живыми, — ответил Петр Петрович. — Они были очень разговорчивы.

Лицо визиря изменилось. Улыбка исчезла, и под маской дипломата проступило что-то жесткое и расчетливое.

— Лора, что у него? — спросил я мысленно.

— Защитный артефакт класса «А», скрытый кинжал с ядом, и четверо магов в свите. Один из них серьезный, остальные так себе. Еще у него в машине что-то фонит, но я не могу определить что именно. Похоже на какой-то ритуальный предмет.

— План Б?

— Скорее всего. Если не получилось чужими руками, попробует сам. Ну что за наивный мужчина…

Визирь медленно поднял руку, и из машин вышли его люди. Восемь человек в боевой броне.

— Что ж, — он вздохнул. — Жаль, что так получилось. Вы могли бы просто умереть, быстро и безболезненно. Теперь придется пачкать руки.

Петр Первый не шелохнулся. Он смотрел на визиря с выражением легкой скуки на лице.

— Ты серьезно думаешь, что эта горстка справится со мной?

— С вами одним? Нет, конечно. Но вы не один. У вас сын и дочь. И десяток гвардейцев. А у меня есть кое-что особенное.

Визирь щелкнул пальцами, и один из его магов шагнул вперед. Высокий, худой, с пустыми глазами и татуировками на лице.

— Познакомьтесь, — улыбнулся визирь. — Это Анубис. Не настоящий, конечно, но близко.

— Одержимый, — прошептала Лора, тут же почувствовав знакомую ауру. — В нем божественная сущность. Не полноценный бог, но что-то серьезное.

— Насколько серьезное?

— Достаточно, чтобы доставить проблемы, хм… скажем, Трофиму или рыцарям. Может, даже Толстому, но не Романовым.

Анубис поднял руки, и песок вокруг него начал подниматься в воздух. Из него сформировались силуэты шакалов — десятки песчаных тварей с горящими глазами.

— Атаковать! — приказал визирь.

Все началось одновременно. Маги визиря ударили заклинаниями, песчаные шакалы бросились вперед, а Анубис начал формировать что-то большое и опасное.

Петр Первый среагировал мгновенно. Волна чистой силы смела половину шакалов и отбросила двух магов. Рядом вспыхнул Петр Петрович, его огонь испепелял песчаных тварей одну за другой.

— Катя, в машину! — крикнул царь.

Но жена не послушалась. Вместо этого она достала из-под плаща короткий жезл и ударила по ближайшему магу ледяным копьем. Тот рухнул, схватившись за грудь.

— Неплохо, — оценила Лора. — Царица умеет за себя постоять.

— Следи за Анубисом, — приказал я.

— Слежу. Он готовит что-то крупное. Очень крупное, — ухмыльнулась Лора.

Песок вокруг одержимого поднимался все выше, формируя гигантскую фигуру. Голова шакала, человеческое тело, в руках огромный посох.

— Ого, вот это владение песком, — прошептал Петр Первый. — Давно не видел такого.

— Он мой! — крикнул сын.

Оба Романовых ударили одновременно. Молния Петра Первого и столб пламени сына врезались в песчаного гиганта. Тот пошатнулся, но устоял.

Анубис рассмеялся. Голос был нечеловеческим, словно скрежет камня по стеклу.

— Глупые смертные, — произнес он голосом, от которого дрожал воздух. — Вы думаете, ваша сила что-то значит?

Голем замахнулся посохом.

Петр Первый поставил щит, прикрывая жену, но удар оказался слишком мощным. Царя отбросило на десяток метров, он врезался в стену древнего храма.

— Петя! — Катерина бросилась к нему.

Петр Петрович перехватил следующий удар, но было видно, что он долго не выдержит. Пламя против песка было не лучшим сочетанием. Пусть оба Романова и сильнее, но они попали в ловушку. Кругом один песок.

Нет, я не говорю, что они бы проиграли, просто на это ушло бы чуть больше времени.

— Михаил, — Лора говорила спокойно, но я слышал в ее голосе напряжение. — Если не вмешаешься сейчас, это может затянуться.

Признаюсь честно, мне не очень нравилось лежать на песке под грудой каких-то досок и наблюдать за тем, как очередное божество выпендривается. Оно бы вполне могло пополнить своей энергией мое внутреннее хранилище.