Частицы Меди взлетели в воздух и почти невидимым облачком — лишь благодаря лучам солнца в окнах их было заметно — накрыли цепочку сверху. Затем частицы вспыхнули синим пламенем, что вызывало у Толика странный то ли хрюк, то ли визг, и впитались в металл. Результат сразу стал заметен, Судальская Медь добавила более тёмный цвет к цепочке.

— Дай руку, — сказал я.

— Эм… зачем? — сразу же насторожился Толик, помня вчерашний день.

— Ты всё правильно понял, — не стал его разочаровывать. — Принцип подобия создаст крепкую связь. Без него негатор нельзя сделать, если ты не знаешь.

— Это я знаю, — возмутился он. — Но ведь можно взять просто волос!

— Руку давай сюда, а волосы себе оставь, — с усмешкой произнёс я и жестом поторопил его. — Ну, чего медлишь⁈

С тяжёлым вздохом висельника, Толик протянул мне ладонь, а когда появился аркан, чтобы порезать палец, крепко зажмурился и отвернулся. На этот раз он хотя бы не вскрикнул.

Густая капля крови собралась на подушечке пальца из пореза, а парень не удержался от любопытства и вновь стал смотреть.

— И что дальше?

— А дальше, Толя, будет магия… — не отрывая сосредоточенного взгляда от цепочки, ответил я.

Яркая вспышка резанула по глазам. Воздух сгустился в мгновение ока, а плотность энергии подскочила, став практически осязаемой! Вся мебель в помещении слабо задрожала, поскрипывал металл прикрученных к полу столов, нарастал дребезжащий гул стекла!

Толик со вскриком отшатнулся и схватился за грудь.

— Ч-что происходит⁈ — с паникой в голосе спросил он. — Костя, что это⁈

— Успокойся, всё нормально, — отмахнулся я, быстро дорабатывая негатор, пока шёл процесс так называемого рождения Связи Дара.

Два аркана чётвёртой ступени возникли над цепочкой. Рунные круги и незнакомые символы сразу же привлекли внимание Толика и тот затих, но его удивление было столь сильным, что этой эмоцией прошибло меня даже сквозь сосредоточенность. Ещё один привет от Пути Разума. Эмпатия теперь вернулась ко мне, но на первой ступени я мог почувствовать лишь очень сильные эмоции и то, точность их определения сильно хромала.

Хорошо, что сейчас день и вспышку не заметят, а стены аудитории артефакторики созданы с учётом таких вот… ситуаций. Энергетический фон никто не почувствует, а то могла и тревога сработать.

Постепенно всё вернулось к норме. Во всяком случае скачок энергии улёгся, а мебель перестала жить своей жизнью. Стёкла только продолжали обиженно дребезжать, но это ничего.

— Так, иди сюда, — поманил я Толика и тот с лёгкой опаской, оглядывая артефакт, встал рядом. — Надевай.

— Ничего плохого же не произойдёт? — не удержался он от вопроса, но столкнувшись с моим суровым взглядом, выдохнул. — Да… доверие… прости…

Подпрыгивающими руками парень взял тёплую, отливающую тёмными тонами цепочку. Каждое её звено украшали серебристые символы.

Стоило Толику защёлкнуть артефакт на шее, как он замер, глаза его на краткий миг затуманились серебристой пеленой, а лицо расслабилось, став непроницаемой маской. В себя он пришёл быстро, замотал головой, будто от тяжёлого сна, и… радостно воскликнул:

— Я чувствую! Чувствую, Костя! — посмотрел он на свои руки, словно впервые их увидел. — Не знаю, что это, но я чувствую! А ещё дар… он раньше не был таким… я ощущаю его внутри! Не могу подобрать слов!

Я улыбнулся и похлопал его по плечу.

— Попробуй собраться и закрыться, — посмотрел ему в глаза. — Не сдерживаться, как раньше, а закрыться. Представь, что хочешь спрятать свой дар от всего мира.

Он кивнул и стал пробовать. Разумеется, с первой попытки не получилось. Со второй и третьей тоже. От усердной работы парень закрыл глаза, на лбу образовалась складка, брови сошлись на переносице, а губы сжались в тонкую линию. В какой-то момент я понял, что появившееся ощущение от крови Лахимы ушло. Сейчас Толик предстал передо мной, как в нашу первую встречу. Ничего не указывало на то, что в его жилах течёт кровь Бога Луны.

— Вроде бы сделал, — устало выдохнул он и смахнул каплю пота с виска. — Сделал же?

— Сделал, сделал, — я усмехнулся. — Теперь ты можешь не боятся, что кто-то обнаружит твой дар. Доволен?

— Спрашиваешь! — весело фыркнул он, а губы его разошлись в широкой улыбке. — Спасибо, Костя!

— Пожалуйста, — кивнул я. — Негатор скроет твой дар от любой проверки на энергетическом плане. Артефакты проверки ядра и каналов он обманет. Главное — не снимай его. Но вот кровь, — покачал я головой. — Тут узнать могут, но в этом случае ещё предстоит понять и разобраться. И нужно понимать, что именно ищешь. Понял?

— Да, — мои слова ни на грамм не убавили его радости. — А что ещё может этот негатор? Он же отличается от обычных, это я уже понял, такого в книгах не пишут, но что ещё он делает?

— Хм, — потёр я подбородок. — Помимо сокрытия, он усиливает связь с даром и позволит тебе проще его контролировать. Твоя кровь — связующая нить, а негатор своего рода распределитель. Представь, что твой дар — бушующая река. Так вот, негатор — это плотина, задача которой регулировать поток. Он в то же время ограничивает твой дар, но и позволит проще научится его контролировать. Сейчас у тебя с этим явные проблемы, так что такой костыль на первое время сойдёт. Пока ты полностью не овладеешь своим даром.

— Звучит… интересно, — протянул Толик. И задал закономерный вопрос: — Но раз такой негатор столь полезен, почему его не используют?

— Как тебе сказать, — действительно, как? Без раскрытия всей подноготной. — В большинстве своём это не нужно. Маг вполне способен справиться со своим даром при помощи простого желания и воли. Чтобы проще было объяснить… есть два типа дара. Буйный и спокойный. У большинство магов второй вариант. Он не выходит из-под контроля, вполне легко подчиняется магу и прост в контроле при обучении. Но вот буйный… это твой вариант, — он понимающе кивнул. — Тут всё иначе.

— Это из-за крови Бога? — логично рассудил он.

— Можно сказать и так, — пожал я плечами. — Из-за крови Лахимы твой дар слишком силён. Не только в плане контроля, а вообще…

— Костя, — насторожился Толик, заметив мой взгляд. — Что ты хочешь сказать? Не томи, пожалуйста.

Я вздохнул и поднял взгляд к потолку. Воцарилась тишина, а Толик ждал и смотрел на меня, будто чувствуя, что в бочке мёда обязательно будет ложка дёгтя. И такая есть. Только не ложка, а целое ведро.

— Моя интерпретация про буйные и спокойные дары не до конца правильная, но описывает суть верно. Ты говорил, что дар, подобный твоему, не запретен, но его опасаются. И правильно делают, — ошарашил я его. — Такой дар может выйти из-под контроля в любой момент. Развивать его трудно и это только верхушка айсберга. Самое же главное — тело мага редко способно выдержать такую мощь.

Точнее тело смертного мага, а не Бога, которому и принадлежит дар, унаследованный Толиком. Тело Толика банально не выдержит всю мощь Лахимы, даже с учётом того, что в его крови самое большое его наследие, которое я видел когда-либо. А ведь прошли века, кровь должна была разбавится, но нет, вот он, необъяснимый случай передо мной.

Что же до Лахимы, то старикан был тем ещё ходоком и нередко спускался в десять миров, где оставил своё семя. К смертным женщинам он питал эдакую слабость, ведь, по его словам, те жили мало и потому отдавались страсти с головой, чем не отличались бессмертные богини. Те как бы не торопились жить и были более последовательны в партнёрах.

— Хочешь сказать, что я умру? — натянуто улыбнулся Толик. По глазам вижу, он хочет услышать, что это такая завуалированная шутка.

— Всё зависит от всего, — пространно выдал я, чем особо не помог. Так, надо его успокоить. — Нет, ты не умрёшь. Не сейчас во всяком случае. Негатор тебе в этом поможет.

— И сколько доктор Демидов отпустит мне срок? — вот, уже язвительность проявилась. Такой Толик мне нравился больше.

Я хмыкнул и задумался. По тому, какой импульс пробил меня, когда я попробовал его кровь. И если судить по реакции божественности…