Как я и подумал, Валерий Альбертович был крепкий среднечком. Он довольно быстро проник в мой разум и стал перебирать воспоминания на ускоренной перемотке в поисках нужного. Это походило на фильм из слайдов, но очень быстро. Вероятно он мог и быстрее, но в таком случае вполне мог сжечь мне мозги.

Вот он достиг воспоминаний по пробуждению Вар’ши и исцеления Елены Владимировны, после чего ухватился за ниточку памяти о Магии Крови и стал копать в этом направлении. Классическая работа менталиста по исходному якорю, дабы не искать иголку в стоге сена. Проще провести ассоциативные линии, дабы вычленить нужное из разума.

А теперь… пора.

«Магия Разума: Зал Отражений».

Для менталиста ничего не произошло, он всё также лез в глубины моей памяти в поисках нужных воспоминаний. Но вместо того, чтобы «найти дверь» в память о моей прошлой жизни, «дорога» вильнула и он увидел совсем другое. Зал Отражений проектировал ту часть памяти, из которой я сам составил оттиск. Фальшивый оттиск, задача которого обмануть мага ментала.

На настоящих мастерах, Архимагах данного направления, это не сработало бы и должен признать, я рисковал. Но риск был оправдан. Пусть новая жизнь иногда умела удивлять, но среди нынешнего человечества Архимагов столь мало, что их можно по пальцам пересчитать. И такого мага уж точно не стали бы приводить сюда ради проверки какого-то там юнца с Магией Крови, который по всей логике не должен владеть менталом.

Вот только Нулевой Отдел знал, что я этой магией владею, а потому вызвал не новичка в этом деле, а более опытного товарища, которого зелёный адепт в подобном искусстве не смог бы обмануть.

Но что-то я отвлёкся. Менталист тем временем дошёл до оттиска памяти, где Демидов младший в возрасте восьми лет нашел в библиотеке родового уральского поместья необычную книгу. Из-за времени тёмный переплёт давно выцвел, красный знак по центру обложки частично осыпался и понять его было невозможно.

Вот ребёнок открыл книгу и стал читать старинные страницы, чудом не осыпающиеся от прикосновений. После этого пошли первые попытки повторить написанное из непонятного, но читаемого языка. Здесь был тонкий момент, ведь книга писалась на русском, но я взял старое наречие, ведь аристократов ему тоже обучали. Если бы это был всеобщий язык десяти миров… откуда его знать мальчишке? Вот-вот.

На краткий промежуток проверки менталист остановился, внимательно изучая каждый участок оттиска памяти. Я не мешал ему, хотя незримо наблюдал за его работой и мог в любой момент выбросить из собственного разума. Но делать этого не стоило.

Воспоминаниям, где маленький мальчик именно читал, перелистывал страницы и изучал книгу, Валерий Альбертович уделил больше всего внимания. Затем делал каждый раз остановки во время так называемых «опытов». С жучками, пойманными мышами. Ещё один момент, что ребенок вроде бы и учился, но не совершал слишком уж грубых и жестоких поступков, вроде потрошения кошек с собаками или, тем более, людей. Просто интерес. Просто детское любопытство. Вот только у ребёнка был талант в Магии Крови и даже такие мелкие эксперименты приносили плоды, как например излечения никому не нужной дворняги или упавшего из гнезда птенца.

Этим я показал, что использовал запретное искусство во благо, а не для чего-то иного.

В завершении — потеря книги. Тут был самый опасный участок моей задумки. Да, дети постоянно что-то теряют, но следовало сделать так, чтобы это было гармонично. Понятно с точки зрения логики и менталиста в частности. На этом этапе пришлось совместить оттиск с реальными воспоминаниями. В детстве, ещё живя на Урале, я любил постоянно выбираться на природу и настолько увлекался, что матушке или слугам приходилось меня искать и уводить домой. Подать это воспоминание, будто матушка недовольна, устроила мне выволочку из-за того, что уже довольно поздно, а я всё где-то гуляю, было несложно. Вот в такой момент мальчишка книгу и потерял, а когда вспомнил, то уже не смог найти.

Проверка прекратилась также быстро, как и началась. Менталист ушёл из моего разума, напоследок пробежавшись ещё раз по нужным участкам памяти, после чего аркан исчез и он убрал руки от моей головы.

— Я закончил, — с некоторой усталостью в голосе произнёс он.

Объективно, времени от силы прошло пара минут, но для Валерия Альбертовича это были изнурительные, требующие полного сосредоточения минут пятнадцать-двадцать. Не каждый менталист способен на такое.

— Хм… хорошо, — задумчиво кивнула СБ-шница. — Передайте мне слепок, Валерий Альбертович.

Мужчина вздохнул, подошёл к женщине и, положив ладонь на её лоб, передал нужные воспоминания. Ожидаемо, ведь так гораздо проще разобраться в сути без лишних слов. И это, кстати говоря, объясняет частичную безэмоциональность людей из Нулевого Отдела. Пропускать через себя воспоминания людей, видеть их и чувствовать… Это кого угодно заставит морально постареть и смотреть на жизнь иначе.

СБ-шница моргнула несколько раз, после чего нахмурилась и на какое-то время задумалась. Ей никто не мешал, а Маги Крови ожидали дальнейшей аттестации и её решения.

Похоже, я немного ошибся в своих ранних суждениях. Менталист передал слепок воспоминаний не только начальнице, но и старику с пожилой дамой. Впрочем, это не так важно.

— Что ж, хорошо, — обратила она на меня внимание и вновь улыбнулась. — Всё гораздо проще, чем казалось изначально. У вас и правда талант, Константин Викторович.

— Это ещё требуется проверить, — не удержался старик, поморщившись после процедуры слепка. — Мы можем начинать или вы этого юношу ещё будете как-то проверять?

— Нет, Севастьян Алексеевич. Можете приступать к первому этапу аттестации, — распорядилась СБ-шница. — А вы, Валерий Альбертович, можете идти. Благодарю за работу.

— Отчёт будет к вечеру, — со вздохом кивнул мужчина, украдкой вытер пот с виска и пошёл на выход из зала.

— Не будем терять время, — пожевал губы старик, вперил в меня взгляд и заговорил: — Начнём с теории…

Тремя часами позднее.

Особняк рода Демидовых в Москве.

— Костя приехал!!!

На меня налетел радостный ураган, стоило закрыть за собой дверь и войти в особняк. По-домашнему, в одних шортиках и футболке Варя запрыгнула мне на шею, обхватила ногами и руками.

— Ух… чуть не сбила! — широко улыбнулся я, поймав её. — Привет, сестрёнка.

— Чего так долго⁈ — сразу наехала она, но претензий в голосе не было, скорее чисто женский упрёк от радости встречи. — Мы тут уже заждались тебя, брат!

Служанки неподалёку сделали вид, что их здесь нет и они ничего не слышат и не видят.

В этот момент из-за угла вышла матушка. Всё такая же величественная и гордая, с аккуратной причёской и одетая в обычное домашнее платье. Правда, такие делали всего в одном месте этого мира по 5–10 штук в год.

Увидев нас, она сдержала улыбку, но кончики губ дёрнулись вверх. Однако, Демидова Кристина Алексеевна не была бы собой, не вставив нужный комментарий.

— Варвара, юной леди не пристало так себя вести и вешаться на брата! — укоряющий тон, вздёрнутый подбородок. Матушка всем своим видом показала, что она недовольна, но лишь видом. — Отпусти Константина и иди мой руки, скоро уже обед.

— Ла-а-адно, — протянула сестра, слезла с меня и стрельнула глазками. — Брат, ты же потом расскажешь, как оно там в Кремле?

— Посмотрим на твоё поведение, — хмыкнул я.

В ответ эта пятнадцатилетняя пигалица показала мне язык и убежала с весёлым смехом под недовольный фырк матушки. Служанки тоже испарились, оставив нас одних в коридоре.

— Я дома, матушка, — улыбнулся я ей.

— Здравствуй, сынок, — улыбнулась она в ответ, как может только мама, мягко заключая меня в объятия и уткнувшись носом в макушку. Из-за порожка она была чуть повыше меня. — Всё прошло хорошо? — послышалась в её голосе тревога.

— Да, — подавил я желание скривиться. — Все нужные бумаги мне выдали, аттестацию я прошёл. И проверку менталом тоже.