— Лешик. ОТКУДА У ТЕБЯ ЭТИ ДОКУМЕНТЫ⁈ — ее крик был не испуганным, а полным потрясения. Она схватила меня за рукав, пальцы впивались в ткань.

Я не мог не улыбнуться ее реакции. Положил руки ей на плечи, стараясь успокоить.

— Тише, тише, сестренка. Это документы моего бывшего… Так сказать, делового партнера. Давай рассказывай, что интересного ты там нашла?

— Что интересного? — она отшатнулась, развела руками, указывая на весь этот бумажный хаос. — Леша, они ВСЕ интересные! Это же… Это же полная бухгалтерия! За последние… Да за последние лет пять как минимум! Тут такие суммы, такие схемы… Я просто в шоке! Я даже не думала, что в нашем городе могут крутиться такие объемы!

Она говорила быстро, ее глаза горели азартом бухгалтера, нашедшего идеально составленный, но абсолютно незаконный финансовый отчет.

— А есть положительный баланс? Счета? — спросил я, уже чувствуя, как в груди загорается маленький, но жаркий огонек возможной прибыли.

— Да, есть, — она кивнула, и ее лицо стало серьезным, профессиональным. Она подвела меня к кровати, отодвинула одну стопку и вытащила оттуда несколько листов, пестрящих разными цифрами и названиями компаний. — Но, Леш, тут все не так просто. Основные счета с серьезными остатками открыты на левые фирмы. Офшоры. Кипр, даже какая-то штука в Сингапуре. Добраться до этих денег… Почти невозможно….

Огонек во мне поугас. Но Лена не закончила, на ее лице тут же появилась хитрющая улыбка.

— Но есть один счет. Не самый крупный, но очень даже… Интересный. Открыт в нашем же городе, в Магобанке. Угадай, в каком отделении? — спросила Лена.

Я посмотрел на ее сияющие глаза, и все встало на свои места.

— В твоем. Вернее, в том, где ты раньше работала, — я даже слегка улыбнулся.

— Бинго, Лешик! — она хлопнула в ладоши. — Вот почему они меня подставили и под шумок уволили! Я была слишком честной, слишком принципиальной. Я задавала неудобные вопросы по поводу переводов на разные счета. Я мешала проводить подобные… Операции. И тут, в этих документах, — она ткнула пальцем в одну из папок, — есть прямая, кристально прозрачная доказательная база! Все проводки, все поручения! Твой «партнер» и мой бывший начальник, Эдуард Черномырдин, в сговоре! Они годами отмывали деньги!

— И сколько там денег? — спросил я, стараясь сохранить спокойствие.

— Как я успела прикинуть… Порядка пяти миллионов. Может, чуть больше с учетом последних процентов, — странно, но, произнося эту цифру, она даже не удивилась. Видимо, отнеслась к этому, как к работе.

Пять миллионов. Та самая сумма, что мы с Сашкой доставляли. Судьба, ироничная и беспощадная, возвращала ее нам, но уже в другом виде.

— Что нужно, чтобы их достать? — спросил я, уже выстраивая в голове схему. — Я правильно понимаю, что без моего «партнера» или его полномочий — никак?

— Ты все правильно понимаешь, Лешик, — вздохнула она. — Хотя, если у него есть подпись-ключ, то можно и без него. Тут есть данные по счету, номера, коды доступа… Но без этого деньги —мертвый груз.

Я задумался, глядя на хаос документов. Мысль работала быстро, выстраивая цепочку.

— Ленок, а как ты думаешь… У Черномырдина может быть эта самая подпись-ключ?

Сестра нахмурилась, сдвинула очки на лоб, потерла переносицу — привычный жест, когда она глубоко погружалась в анализ.

— Сложный вопрос, Лешик. Формально — нет. С такими деньгами… Вряд ли кто-то будет доверять доступ к ним, хотя… — она сделала паузу, ее взгляд стал проницательным, — … если твой партнер обладал какой-то серьезной информацией против Эдуарда или если у него были другие инструменты давления на Черномырдина, то, в принципе, это могло быть.

Я молча кивнул. Доверял ли ему Север? Вопрос был риторическим. Север никому не доверял. Но он умел контролировать. Запугивать. Шантажировать. Эдуард Черномырдин, этот трусливый банкир… Ему много не надо, достаточно банального страха. Страха за свою жизнь, за свою карьеру, за свою жалкую, напыщенную персону.

— Ленок, подготовь мне все нужные документы по этому счету. Самые ключевые, и найди все, что связывает этот счет с Черномырдиным, — попросил я сестренку. — Мне завтра кое-куда нужно скататься.

— Будет сделано, братик, — сказала она и улыбнулась.

Я потрепал ее по волосам, вышел из комнаты и отправился в свою спальню.

В конце этого дня у меня у меня было такое большое воодушевление, что я решил — звонок Ирине будет лучшим его завершением я достал магафон и набрал ей.

На удивление она быстро взяла трубку. Еще не спит, как будто ждала этого звонка.

— Лешик, приветик! Ты так поздно, что-то случилось? — слегка встревоженно спросила она.

Я и правда никогда не звонил ей в такое время, видимо поэтому она посчитала этот мой порыв души чем-то необычным.

— Привет, моя Княжна! Я просто сейчас осознал, что безумно хочу услышать твой голос! — я постарался сказать это так, чтобы даже через трубку она почувствовала моё настроение.

— Это очень мило и голос у тебя какой-то необычный! Ты видимо хочешь со мной чем-то поделится? — Она почувствовала.

— Сегодня в моей жизни произошло одно событие, которое изменит в целом всю будущую жизнь… Надеюсь, что нашу жизнь… — ответил я.

— Безумно интересно, но ты ведь как всегда не расскажешь, что именно? — Ирина очень хорошо меня понимала.

— ты слишком хорошо меня знаешь, малышка. Но самое важное я тебе уже рассказал… — я надеялся, что когда-нибудь смогу рассказать ей все, но не сейчас.

— В любом случае я безумно рада за тебя, надеюсь мы скоро увидимся! А сейчас мне уже пора ложиться спать, завтра трудный день! Впрочем как и всегда у меня! Спокойный ночи, Лешик! — Она впервые назвала меня так, как звала только сестра.

— Спокойной ночи, княжна…

Утро было самым добрым из всех за последние несколько месяцев. Я принял обжигающий душ, как бы смывая с себя остатки вчерашнего дня и всего, что связывало меня напрямую с Севером. Позавтракал черным кофе с молоком и круассаном с арахисовой пастой. Не знаю почему, но в этой жизни в отличие от прошлой, я очень ее полюбил. Оделся сегодня нейтрально, впрочем, как и всегда: темные штаны, качественная черная футболка.

Я приехал к зданию Магобанка за десять минут до открытия. Припарковался напротив: место с хорошим обзором прямо на главный вход. Первыми пришли две молодые сотрудницы, щебеча о чем-то друг с другом и мило хихикая. Потом еще несколько человек. Черномырдина не было. Я ждал. Минута за минутой. Сука, как я ненавидел кого-то ждать в такие моменты.

Через час после открытия появился он. Эдуард Черномырдин собственной персоной. Он вышел из темного седана, который подъехал прямо ко входу. Даже походка у него была особенная — неспешная, важная, с легкой раскачкой, будто он нес на плечах невидимую мантию финансового гения, а на деле же — просто мошенник и пройдоха. Идеально выбритое лицо, дорогие очки, пальто стоимостью в несколько зарплат своих сотрудниц. Неужели никто не понимал, что на простую зарплату управляющего нельзя так хорошо жить? Хотя, может, он тоже кому-то приплачивал. Этот мир, как и мой прошлый, был полностью коррупционный. Эдуард что-то говорил по телефону, снисходительно улыбаясь.

Я подождал еще десять минут. Дал ему освоиться, раствориться в своем кабинете. Потом глубоко вдохнул и вышел из машины. Я пересек улицу, толкнул тяжелую стеклянную дверь банка. Внутри пахло дорогим парфюмом. Меня сразу же встретила девушка-администратор с ярко-красными, как свежая рана, губами и неестественной наигранной улыбкой. Как же меня такое раздражает…

— Здравствуйте, чем могу…

Я даже не дал ей закончить свою зазубренную фразу. Резко отмахнулся, показав, что мне не нужна помощь консультанта, и прошел мимо прямо в операционный зал. Я знал, что мне было нужно. С самого начала задать тон, в котором не будет места напыщенности.

Я остановился посреди зала, где тихо позвякивали терминалы и шептались клиенты. Сделал глубокий вдох и сказал громко, отчетливо, так, чтобы мой голос прокатился по всему пространству, заглушив даже тихую фоновую музыку: