— Идут, — сдавленно прошептал Витгенштейн. На два с половиной часа от нас из-за бурелома выбирались огромные пауки дойчевских шагоходов. Как Ваня и предполагал, они не стали разделяться и шли ровным строем.
И чего Пётр шепчет? Я в «Кайзере» сидел, нихрена они нас не услышат, даже если орать будем. Там одна оружейная машинерия так лязгает — ёк-макарёк! — орать, чтоб поговорить, приходится.
— Ждё-ё-ём!.. — а это уже Иван. Тоже шепчет. Петя покусал? — Ждё-ё-ём!
Ядрёна колупайка, чего он завёлся-то? Понятно же. Сговорились же: пока до половины поля не дойдут. Нервничает, Сокол наш сизокрылый. Или тоже успел ставку на какой-нибудь особенный фортель сделать, переживает теперь, что ему придётся на стульчик вставать и детские стишки на потеху собранию читать или ещё дурь какую…
Я лежал и размышлял, что щиты то у меня помощнее, чем у Багратиона. Хорошо бы мне вперёд выскочить, первый огонь на себя взять.
Но тут Сокол шикнул:
— Пошли! — и Серго вскочил, превращаясь. Солнце закрыла огромная волчья фигура. Серго ухватистым волчьим движением закинул Ивана себе на загривок и рванул вперёд. Аника-воин! Волчара былинный! Я мчал следом. Лишь бы Петя не свалился. А то он на своей кабинетной работе слегонца размяк.
Однако подсвечивал Петя слабые зоны «Кайзеров» — дай Бог! Такие уверенные жёлтые лучи от него тянулись, даже тряска и скачка их не сбивала. А уж из глаз Ивана в ближайшего «Кайзера» бил яркий, слепящий красный клинок. Не завидую я тем, кто был в этом шагоходе. С другой стороны — сами подписались!
Я исхитрился и во время очередного прыжка успел послать в «сустав» опоры всё того же ближнего «Кайзера» мощный ледяной заряд. Быстрее выведем из боя первого противника — с остальными легчее будет!
Шагоход запнулся и начал неуклюже заваливаться на бок. Что-то в азарте орал и кидался заклинаниями Петя. А потом я увидел за падающим силуэтом второй, успевший довернуть к нам корпус. Орудия его вспыхнули огненными цветами… и подо мной взорвалась земля!
НИ ХРЕНА СЕБЕ, «СОРЕВНОВАНИЕ»!
— Илья! Илья! Стой! Да остановись уже! — Кто это? Кому? Мне?
Я моргнул. Огляделся.
Ох, ядрёна колупайка! Ни хрена себе…
Я сидел на полуразорванном корпусе «Кайзера», и в лапах крошилась оторванная опора. А вокруг в разной степени повреждённости лежали ещё четыре шагохода. А орал мне Серго — в облике, понятно. И что характерно, покоцанный.
Картинка слегка покачивалась, и это было неприятно. Да ещё и непрерывные вопли Волчка…
Я встряхнул головой. Зря! Всё вокруг с утроенной силой закачалось, поплыло и заметлесило.
— М-м-м-р-х-х-х… — я поспешно прикрыл глаза и замер, успокаивая голову и потроха, отозвавшиеся неприятной дрожью. Так! Без резких движений.
Согласен. Публично гигантски обосраться — так себе идея.
— Илюха!!! — продолжал надсаживаться Серго. — Ты меня слышишь? Ты чего там бормочешь⁉
Ядрёна колупайка, хорошо, он хоть не разобрал, о чём я тут переживаю. Подколок потом не оберёшься.
Я медленно зажмурился. Крепко-крепко. Так же медленно приоткрыл глаза.
О! Так гораздо лучше. И Серго прямо напротив стоит — косить никуда не надо. Правда, нервный он какой-то…
— И чего ты орёшь?
— Очнулся? — облегчённо выдохнул здоровенный волк, но тут жк насторожил уши: — Это ты? Точно ты?
— А кто ещё? — удивился я. — Ни хрена вы их! Красавцы! — осторожно кивнул на обломки «Кайзеров» я.
— Издеваешься? — Волк немного успокоился, сел на задницу, и принялся вылизывать лапу.
— В смысле? Вот тут я чёт не понял…
— Илья! Это. Всё. Сделал. Ты! — по-раздельности произнёс Багратион. — Мы только и успевали, что пилотов дойчевских из-под твоих лап вытаскивать, всё ж таки бой-то дружественный. Да и то…
— Чего «да и то»⁈ Ты меня не пугай, до конца говори! — я принялся обалдело озираться с новой точки зрения рассматривая поляну… кхм, поляну побоища.
— Вот это видишь? — Серго показал мне лапу. И такие характерные пять кровавых борозды. Ах ты ж пень горелый, этоя́его⁈ — Сквозь все щиты…
— Успокоился? — из-за раскуроченного корпуса вышел Сокол.
— Да вроде как, — вместо меня ответил Багратион. — Больше не бросается.
— Вы чего про меня в третьем лице-то? Я так-то тут.
— Еще пять минут назад мы не были в этом уверены, — ворчливо ответил Иван. — Тут бешеный медведь носился. И крушил всё. И всех. Илья, что, в самом деле, на тебя нашло?
— Я думал, бэз Евдокии Максимовны нэ справимся, — с опаской сказал Серго.
Я очумело посмотрел на свои лапы:
— А правда, чего? Ни разу же такого не было! Нет, в боевая ярость пару раз была, но чтоб вот так, до помрачения сознания…
Э! Зверь, это чего было?
Не знаю. Это не я.
Чего? А кто тогда? Не ты, не я, кто?
Не знаю. Сам в шоке.
Обалдеть!
Ага.
Рядом из тени вышла Айко.
— Илья, господа, у меня есть основания полагать, что уведенное нами — действие зелья безумия. Раньше я только читала про него. В Илью попала ракета со странным желтым дымом. И потом — вот. — Она обвела поле рукой.
— А ты почему не остановила меня? — едрит твою налево, поубивал бы друзей!..
— Как⁈ Вы посмотрите, — она вновь обвела рукой поляну, усеянную обломками. — Если бы мы с дочерьми вступили с вами в столкновение, то лежали бы тут же.
— Значит, жёлтый дым, говоришь? — я всё ещё как-то сомневался. — А почему на других не подействовало?
— А ты что в щиты воздушный фильтр не вставил? — вытаращился на меня Иван. — При твоём нынешнем боевом уровне…
— Сокол! Это ты на боевом учился да с малых лет на такое натаскивался! А я экстерн-то еле как в два приёма добил! Защита у меня простая, стандартная — от кинематики и температуры. Магов-то в противники не предвиделось — шагоходы же.
— Стандартная? — с величайшим подозрением переспросил Петя, появляясь с другой стороны в сопровождении группы неопределённых служащих в серой форме. — Господа, все снаряды — изъять! — И снова обернулся ко мне: — А об этой твоей «стандартной» защите кто-то знать мог?
— Да кто угодно! — возопил Серго всплёскивая лапами. — Кто угодно, кто хоть раз через нужный артефакт на Илюху в бою бы посмотрел!
— Согласен, — покивал Иван. — Достаточно вспомнить, каким закопчённым он в Сирии с заданий прибегал, пока Хагена не подобрал… — Тут они с Петром уставились друг на друга, и Сокол от души хлопнул себя по ляхам: — Япону мать твою итить! Так получается это что — на Илью очередное покушение⁈
В подтверждение этого от шагохода дойчей, к которому Петя отправил группу по изъятию улик, начала доноситься ругань.
— Так-так, — покосился туда Серго. — Похоже, дойчи совершенно не горят желанием допускать наших к досмотру.
Было б чё там досматривать, — проворчал Зверь. — Порвано всё да пожёвано…
А это мы ещё проверим, — возразил я. — Ты слышал, что Айко сказала?
Иван тем временем дошёл до нужной великокняжеской кондиции и возмущённо набычился:
— В смысле — не хотят допускать⁈ Они там совсем страх потеряли, что ли?
— Или берега, — проворчал я, поднимаясь. Ничё, ноги, вроде, держат. — А мы этот досмотр щас организуем. Который тут нужный? — Я слез с обломка и отбросил опору в сторону.
— Вон тот, — ткнул Петя в один из корпусов и поковылял за мной следом: — От же ты быстрый Илья, а! Еле увернулся.
— Извини, — со смесью сожаления и разгорающегося гнева на неизвестного злоумышлителя сказал я. — Ща мы выясним, кто тут нам безумство буйных устроил!
«Кайзер» представлял собой душераздирающее зрелище. Мда. Не ошибся Зверь! Судя по повреждениям, я его реально ещё и пожевал.
Над лесом вдруг взлетела красная ракета. Это чего — только что дуэль закончена? Отморозились наконец-то!
Около пожёванного «Кайзера» нервно суетились насколько дойчей и что-то споро упаковывали в продолговатые ящики.
— Уроды, жить хотим? — ласково рыкнул я, выглядывая из-за смятого корпуса.
А этим хоть бы хны! Совсем бесстрашные или русского ругательного не понимают? Пришлось встать на задние лапы и зареветь. Проняло. Ага. Так, что они энтот ящик себе на ноги уронили.
