— Они что… погибли? — ошарашено спросила Агата. Они с Софией и Линой сидели неподалеку от Велигора. Он посмотрел на них так, что Астра прыснула от смеха.

— И что смешного?! — тут же отреагировала Лина, повернувшись к яриловке.

— Смотрите! — Иванна указала вперед.

На подносе показали, что при падении сработала ловушка портала, и всех святгородцев вместе с их Избушкой выкинуло в Пущу, где их встретил кто-то из организаторов.

— Меня больше волнует Яромир! — отозвалась Мирская, и, судя по ее бледному лицу, она не врала.

Тем временем волк, помогая себе лапами, кое-как сумел вылезти на поверхность. Он, часто дыша, стоял со встопорщенной шерстью. Обернувшись, не увидел Пепла и опустил морду вниз, но и там в реке никого не оказалось. Встряхнувшись по-собачьи, сорвался с места и помчался вперед, быстро набирая скорость. Яриловцы заулюлюкали, когда камеры показали их однообщинника с разных ракурсов.

— Трасса, которую проходят команды, равна восьмидесяти километрам. Она осложнена особенностям горного рельефа, встречающимися расщелинами, подъемами и крутыми спусками. Им уже почти удалось преодолеть это расстояние за два часа! Наши специалисты посчитали среднюю скорость Избушек: сорок пять километров в час. Секундочку… — Златояр замолк, но спустя несколько секунд продолжил: — Хотите верьте, хотите нет, но Яромир Полоцкий, являющийся волколаком-перевертышем, догоняя Избушку Ведограда, набрал скорость, равную скорости лошади. Для волка это просто немыслимо! Но, друзья, если обычному волку такое и не под силу, то волку-переростку — вполне! И мы с вами убедились в этом сами! Браво!

На экране показали цифру: шестьдесят пять километров в час.

— Да ладно! — Рублев восторженно ахнул. — Не каждая простая лошадь такую скорость набирает!

— Но ведь он не сможет бежать так долго? — спросила у него Марина Пожарская, и Виталик, ее брат, тоже с интересом посмотрел на зверомага.

— Ну, думаю, крейсерская скорость будет километров сорок в час, что тоже много! Смотрите, он уже нагнал Рябу!

И как только волк поравнялся с их Избушкой, то и скорость его стала снижаться, подстраиваясь под избушечью. Рябушка, кажется, и вовсе не уставала, но все же бежала не так быстро, как в начале испытания. Они обогнали Желтка, которого спугнул волк, и вскоре все прыгнули в портал меж деревьев. Камеры теперь показывали Пущу. Крупным планом взяли Владимира, строго глядящего на Камень-указатель. Когда словно из ниоткуда выбежал волк, а за ним и Рябушка с сидящим на ней Женькой, Академ-хребет, называемый в шутку “хребтом дураков”, разразился такими криками, что в пору оглохнуть или получить контузию.

— Ура-а-а-а!!!

— Спасибо, Боги!

— Вот и на нашей улице праздник!

— Я сегодня же положу требу Велесу!

— Сравнялись! Молодцы!

Поздравления и крики не стихали даже тогда, когда показали, как Рябушка остановилась и присела, выпуская из себя Ваню, Никиту и Мирославу. Женька перекинул ногу и скатился по крыше в снег. Он скривился, только сейчас осознав, что отбил, наверное, себе все до синяков. Тут уже транслировался звук, и можно было различить их голоса.

— Жека!!! Ну какой же ты молодец, справился с нашей курицей! — Мирослава, подхваченная другом, повисла на его шее. Все они улыбались.

— Куда уж мне до тебя! Оседлать оборотня!

— Кстати! Волче!!! — вырвавшись из его хватки, Мирослава помчалась в сторону, где Владимир что-то говорил волку, а их отгораживал отряд из пяти ратиборцев. Проскочив мимо них, она кинулась к другу. Тот сидел, прямо глядя на брата, стоявшего перед ним. Повернув морду, Яромир вывалил вбок язык, когда подруга прижалась к нему, обнимая за крупную шею. Прижав ее к себе лапой, вдруг лизнул в щеку, на что та скривилась, а подошедшие Ваня и Никита расхохотались.

Златояр Гвоздь, находясь там же, уже подбежал к Женьке. Тот выглядел таким счастливым, что, того и гляди, начнет светиться.

— Евгений, мы с нашими зрителями поздравляем вашу команду с победой! Что вы чувствуете?

— Честно? — Тихомиров улыбнулся и доверительно склонился к Златояру.

София, наблюдая за ним по экрану подноса, неосознанно задержала дыхание и даже не замечала, что и сама улыбается.

— Я отбил себе все, что только можно!

— Ох! Но это ведь стоило того! Заметим, что никто больше не стал управлять Избушкой так, словно она — большая кобыла! Это выглядело эпично! Советуем тебе пересмотреть эфир, чтобы насладиться кадрами своей победы в третьем испытании!

— Обязательно посмотрим командой!

— Может, хочешь еще что-нибудь сказать? Допустим, тем, кто за тебя болеет?

— О! А можно?

— Конечно! Вот сюда!

Женька, поправив шапку, широко улыбнулся и искрящимися от радости глазами посмотрел в пустые глазницы светящегося черепка, который держал оператор-черепник. Немного подумав, прочистил охрипшее после скачки горло и сказал:

— Мам, надеюсь, ты не сильно переживала. Я цел и здоров, а победа в наших руках!

— Друзья, как это мило, что сын беспокоится о матери! И спасибо ей, что вырастила такого парня! Но на самом деле мы думали, что ты скажешь пару слов и своим поклонницам!

— А они у меня есть? — смешливо уточнил у ведущего Тихомиров, готовый прыгать от переизбытка чувств.

— Уверен, что после этого эфира точно прибавится!

— Да мне никто не нужен.

— Как же так? Или, может, твое сердце занято?

— Может, кто знает!

— Думаю, сердца многих влюбленных в тебя девушек сейчас разбились на осколки! Тогда у тебя есть шанс сказать что-нибудь той самой! — Гвоздь махнул черепникам, чтобы не упустили ни единой эмоции парня, который и сам не догадывался какой резонанс произвел в светском обществе. Никому неизвестный ведьмаг, лишенный титулов и родовых даров, покорил сердца многих. О нем писали в газетах и говорили в узких кругах, обсуждали внешность и манеру вести себя легко и непринужденно. В общем, успел зацепить многих, хотя цели такой не ставил.

— Эм-м… — Женька облизнул потрескавшиеся на морозе губы и все же посмотрел в череп. Обычно на лбу того, который брал основной кадр, всегда горела красная луна, как ориентир для ведущего.

Взгляд парня, казалось, прожигал даже сквозь экраны подноса. София не сводила с его лица глаз, пока сидящие рядом Агата и Лина что-то обсуждали. Кажется, уже собирались уходить, как и многие другие. И когда прозвучали слова Тихомирова, девочка покрылась румянцем.

— Ты мне кое-что обещала. И я буду ждать, когда ты сдержишь свое слово.

Она боялась двух вещей: что кто-то сможет узнать, что это послание обращено к ней. А еще того, что оно могло предназначаться не ей. Вдруг у него есть еще кто-то?!

— Вот это да! И что же это за обещание?! — с неподдельным интересом поинтересовался Гвоздь.

— Она знает, — просто ответил Женька и пошел к своей команде. В это же время выбежал в Пущу Желток, и Златояр с командой рванул в ту сторону. Святгородцы уже давно находились в медзнахарских палатах в лечебном сне, пока их Пепел стоял в загоне, куда просили завести и двух других Избушек. Когда Мирослава отвела Рябушку в их загон, к перегородке между ними подошел Пепел, слегка склонившийся вперед. Ряба тем временем от него показательно отвернулась и даже несколько раз взрыхлила куриными лапами снег и землю, кидая ее в него. Тот, облепленный грязью, будто бы вздохнул, от чего из его трубы повалил серый дым.

Дальше Златояр брал интервью у Донского и его клевретов, а когда засобирался вернуться к ведоградцам, тех уже уводили в школу. Яромир все еще оставался в облике волка и шел рядом с друзьями.

— Погодите! Подождите! — Гвоздь бежал по снегу, задыхаясь от нагрузки.

— Это к нам? — обернулся Никита, и все остановились.

— Да, от нас еще не скоро отстанут, кажется, — кивнул Женька. Все они держали в руках посохи, а посох Яромира забрал Ваня.

— Пара слов от победителей третьего испытания!

— Всего пара? — улыбнулся Никита, и Златояр наконец их нагнал. Протянув подсолнух к самому лицу Мирославы, нечетко спросил: