— Все взяли! — Астра, прижимая к себе тулуп и ферязь, торопилась, спотыкаясь о его длинную ткань. Иванна бежала следом, держа сапоги и шапку. Перчатки друзья носили чуть ли не круглосуточно, поэтому те уже были на подруге, ожидавшей их в Избушке.

— Внизу толпа: все выходят к поляне. Предлагаю нарушить правила и полететь на ковре, — предложил Тихомиров, подкинув на плече артефакт. Он обменялся взглядами с Полоцким, будто оба знали что-то, что никому больше неизвестно.

— Тогда вы летите, а мы вас догоним! — Иванна всучила вещи Мирославы Яромиру.

— Я думаю, он сможет нас всех увезти, — ответил тот и поморщился, когда мех от шапки пощекотал нос.

— Не будем рисковать! Вы трое хоть летать умеете! А мы свалимся! — мотнула головой Астра. — Вершинин, доставь Морозовой вещи целыми!

Закатив глаза, Никита забрал тулуп с ферязем, и парни, переглянувшись и посмотрев на время, заспешили на выход. Вскоре послышались чьи-то визги: это возмущались те, кого ковер задевал по головам своими кисточками. Иванна и Астра заспешили следом, но, естественно, догнать друзей им не удалось даже, если бы по школе и не гуляли толпы зевак, направляющихся в Пущу.

Уже выйдя на улицу и щурясь от яркого солнца, отражающегося от снега, двинулись к поляне, где уже играла музыка. Туда-сюда шныряли корреспонденты, выискивая участников команд, но никого из них пока не было видно.

— Как же мы проберемся туда? Там столько народу, — произнесла Иванна, когда толпа стала сгущаться.

— Не знаю…

Тут в стороне показалась София, и Астра мгновенно скинула с лица маску растерянности. Мирская почему-то пришла одна: ни Третьякова, ни Лины с Агатой. Иванна же, привыкшая, что Ваня часто ходит вместе с Софией, напряглась и непроизвольно оглянулась, ища его. После того их разговора, случившегося несколько дней назад, им не удалось увидеться из-за нагрузки по учебе. И от того стало казаться, что ее воспаленный мозг все выдумал. Сердце гулко билось, но она не понимала, почему вообще ждет с ним встречи. Это казалось крайне глупым. Однако непослушные мысли то и дело возвращались к Ване.

— О, дамы, я за вами! — снижая ковер, к ним подлетал Женька, решивший вернуться за подругами. Увидев стоявшую неподалеку от яриловок Софию, улыбнулся еще ярче, на что та испуганно отвернулась. — Эй, Царевна!

Он снизился настолько, что ковер завис в полуметре от земли. Свесив вниз ноги, смотрел на колядницу, рыжие волосы которой казались ярче солнца.

— Я ищу Третьякова! — все же ответила ему девочка и поправила пушистую шапку.

— Здесь ты его вряд ли найдешь. Предлагаю всех довезти до нашей Избушки. Скоро начало, и у меня мало времени. Залезайте!

— Куда?

— Соф, на шею мне! На ковер, естественно!

— Мы с ней должны лететь? — непонимающе спросила Астра, глядя на Женьку.

— Места хватит всем.

— Я с ними тоже не хочу лететь! — фыркнула Мирская, из-за чего у Астры побелели сжатые в нитку губы.

— Девочки! Вы не пробьетесь через толпу! А ковер скоро атакуют другие желающие прокатиться, — он дружелюбно махнул кому-то в толпе, все же бдя, чтобы никто не решил полететь “зайцем”.

— Ладно, я за! — вздохнула Иванна, оценив перспективы.

— Ну вот и умница! Давай руку!

— Да я сама… — на корточках взобравшись на расписной ковер, ощутила его еле различимую вибрацию. — Ого! Даже не просел!

— Ты весишь, как воробушек, с чего бы ему проседать? — хохотнул Женька и посмотрел на двух оставшихся девчонок. — А вы что? Летите или пойдете пешком?

Астра, сложив руки на груди, неосознанно повторила позу Софии. Они даже были похожи: обе надутые и чем-то недовольные.

— Отойди-ка назад, Ванют, — тихо сказал ей Тихомиров и встал на ковер ногами. — Тогда мы полетели! О, а кто это там? — он указал на вход в школу, и девочки повернулись посмотреть. Как и еще несколько десятков человек вместе с ними.

В это время ковер, поддавшись желанию своего всадника, рванул вперед, ударяя девчонок под коленями, чтобы те согнулись. Они, взвизгнув, стали падать, а ковер ловко поймал их, тут же набирая высоту и скорость. Женька держался на нем так ловко, будто летал полжизни, однако даже не играл в “шабаш”.

Астре казалось, что она скатится вниз, и даже не могла приподняться, чтобы поудобнее лечь. То же самое происходило и с Софией, которая чуть не потеряла в полете шапку. Иванна же, присев, держалась за край ковра и вдруг ощутила радость от полета. Она доверяла ковру, хотя и боялась высоты. Они летели в пяти метрах над землей, не задевая сосны и подлетая к оборудованным загонам. Тут она и увидела три Избушки, за каждой из которых закреплялось свое место. Их Рябушку девочка узнала сразу. И не потому что друзья раскрасили красными красками ее наличники, дверь и крыльцо, а потому, что та не останавливать ни на секунду, быстро бегая вдоль высокого забора.

— Ой-ей… Если Мира внутри, то, наверное, ее уже укачало! — Женька, смотревший туда же, склонился к ковру, готовя его к снижению.

— В Избушке? Надеюсь, что уже нет…

— Тихомиров! Когда уже там все?! — София, кое-как поднявшись, подползла ближе, хватаясь за его бедро.

— Вау! Передо мной еще никто на коленях не стоял! — он посмотрел на девчонку, улыбаясь.

— Не дождешься! — она ослабила хватку, желая поменять позу, но ковер вдруг накренился вниз, и она, пискнув, снова прижалась к его бедру.

— Странные у вас отношения. Раболепные, — пробормотала Астра, позеленев. Ее укачало.

— Нет у нас никаких отношений! — отозвалась София, а Женька только хохотнул.

— Все, конечная, дамы! Спускаемся!

Ковер остановился позади загонов. Вокруг них виднелось свободное пространство: от высокого загона по его периметру освободили по тридцать метров, чтобы Избушки не пугались столпотворения. Уже готовились корреспонденты-черепники, где-то слышался голос Златояра Гвоздя, но организаторов и Хозяев Подгорьев пока видно не было. Иванна спрыгнула первой, погладив ковер с благодарностью.

— Хороший!

— Где вы так долго?! — Никита подошел ближе, помогая спрыгнуть Астре, которая приняла его помощь, не споря.

— Я их еле уговорил! Пришлось пойти на насильственные методы! — Женька, ногу которого сжала София, склонился к ней. — Мне, конечно, импонируют твои знаки внимания, но, может, ты меня отпустишь?

— Не надумай себе там чего! — фыркнула девочка, когда поняла, что уже можно открыть глаза. Она отпихнула его и кое-как стала отползать к краю ковра.

— Все видели как ты ко мне прижималась! Так что изволь! Имею право!

— Тихомиров! — она, встав на твердую землю, развернулась, уперев указательный палец ему в грудь. — Забудь!

— Не могу! Может, мне понравилось!

— Чтоб я еще хоть раз согласилась на твою авантюру! Вечно все выходит боком! Фух…

— Укачало? — его голос вдруг изменился, в нем София с удивлением расслышала волнение.

— Еще чего!

— Ну тогда можем поцеловаться, — он нахально шагнул к ней, и София, отпрянув, уперлась спиной в загон, в котором стояла самая большая Избушка. Та, заинтересовавшись ими, издала неясный звук, и девочка рванула обратно, оказавшись пойманной Женькой. — Ты сегодня такая необычная! Никогда не видел такого напора! Сначала стоишь на коленях, потом лезешь обниматься.

— Ты что несешь?!

Он рассмеялся, глядя в ее нахмуренное лицо. Пока не появились остальные команды, а друзья занялись их Избушкой, у них в запасе была минутка. Тихо спросил:

— Пожелаешь удачи мне?

— Пф! С чего бы я должна была?

— Не хочешь, чтобы мы победили?

— Хочу. Ибо сколько можно проигрывать! Вы позорите школу! — она, прижатая к нему, не смотрела на него в ответ. Упершись щекой к его плечу, молилась, чтобы их никто не увидел.

— Тогда, может, заговор на удачу прошепчешь или еще там что?

— Я не знаю таких заговоров, которые помогли бы вашей Избушке быть быстрее вот этой громадины, — она обернулась, глядя на избу с синими наличниками. Та самозабвенно копалась в земле, косясь в сторону Рябушки, что немного успокоилась.