На все еще не потемневшем небе давно показались яркие звезды, а полная луна не давала сумеркам поглотить заколдованный мир Подгорья, освещенный угасающей белой ночью. Вот друзья прошли деревню, где еще горел свет в окнах стройных домиков с ажурными наличниками, и двинулись дальше к сеновалам. Открыв дверь на сеновал, принадлежавший второму курсу общины ярилы, с удивлением обнаружили, что не все ушли на танцы. Многие остались здесь, посреди ангара оборудовав общую зону из ковров, которые перетащили из своих зон отдыха. Кажется, однокурсники играли в мафию, громко выясняя, кто же так нагло убивает всех важных игроков: чернокнижников, ратиборца, медзнахаря, чеканника и простецов.

Мирослава задерживаться не стала, сразу направившись на второй ярус. День был долгим и полным на эмоции. С удивлением обнаружила, что Никита пошел следом.

— Я так понял, что коридоры, ведущие в хребты и библиотеку — закрыты.

— Да? Я не обратила на это внимания, — она подошла к своей кровати и скинула с ног босоножки.

— Я планирую найти побольше информации об оборотничестве. Это ведь не дело, согласна? — тихо произнес парень, без стеснения снимая с себя льняную рубашку. Его кровать находилась через одну кровать, принадлежащую Яромиру. На втором ярусе тоже находились школьники. Кто-то уже даже спал за легким пологом, кто-то читал. Удивительно, но шума с первого яруса сеновала слышно не было.

— Да! Он сегодня сам не свой. Такое ощущение, что с возрастом обращения становятся болезненнее. Я сужу из того, что раньше его так перед полнолунием не ломало, — взяв в руки пижаму из тумбочки, куда сложила часть вещей из чемодана, Мирослава встала истуканом.

— Это ужасно! И если он будет и дальше сопротивляться своей природе — будет еще хуже!

— Что это значит — сопротивляться? — ее выгоревшие за лето брови поползли к переносице.

— Да то и значит, Мир! — Никита устало потер лоб, вторую руку уперев себе в бедро. — Ему надо принять свою сущность, а не сопротивляться ей! И тогда волк должен подчиниться разуму человека, потому что у нашего сознания больше импульсов и силы!

— Но как это сделать? — она подошла ближе к лохматому другу, на лице которого горели веснушки. Их голоса опустились до шепота.

— В августе будет два обращения, тут ему придется терпеть, пока мы не доберемся до библиотеки. Уверен, есть что-то, что сможет ему помочь. Будешь помогать искать информацию?

Мирослава закивала.

— Да! Только скажешь, какую именно!

— Вот и договорились! — он обхватил руками ее плечи и улыбнулся. — Поможем нашему балбесу, иначе его жизнь так и останется адом!

— И о чем это вы тут шепчетесь? Вершинин, ты пристаешь что ли?! Чего раздетый?! — на второй ярус поднялись Астра с Иванной. Обе улыбчивые и с венками на головах из тех самых желтых цветочков пижмы.

— За кого ты меня держишь?!

— За кого надо!

— Да мы княжича отвели в палаты, — Никита выпустил Мирославу из неожиданно крепкой хватки. Она кивнула в подтверждение.

— Точно! Сегодня же… — Ванька охнула, прижав ладошку ко рту и оглянувшись на окно. — …полнолуние!

— Да, тяжко нашему волчонку в августе будет, — Астра прошла к своей кровати, сняв с головы венок и положив его на тумбочку.

— Кстати, завтра Рогнеда Юлиевна велела всем в 8:30 быть уже на завтраке, а в 9:00 ждать ее для классного часа.

— Классного часа? Мы что, будем учиться в августе? — расстроено спросила Мирослава, все еще прижимая к себе пижаму.

— Конечно! Просто в другом формате! — кивнула Иванна, которая была в их классе старостой и пока не собиралась бросать свои обязанности.

— Да, вот так у нас украли месяц каникул. Простаки еще отдыхают, а мы будем батрачить на полях! — вздохнула Астра, присаживаясь на свою низкую кровать и включая настенный бра из зачарованного горного хрусталя. Мягкий свет осветил сразу около пяти кроватей. Экономно.

— Полях? Картошку что ли копать? — не понял Никита, мыслями уже находившийся в библиотеке.

— Это тоже, — раздосадовано кивнула ему Астра, и Вершинин скривился.

— А еще что будем делать? — спросила Мирослава, опершись спиной на перила второго яруса.

— Обряды проводить: травы собирать, заговоры учить и читать. Наверное, Стихии тоже начнутся в августе, — ответила ей Иванна, снимая венок и вытаскивая из своих волос нитки макраме. Затем посмотрела на Мирославу, волосы которой легкой и непослушной волной струились по лопаткам, и покачала головой. — Завтра заплету тебя, лохматая такая!

— Буду благодарна! У меня руки не из того места растут… — улыбнулась ей Мирослава. Ей нравилось, что с ее волосами делала эта миниатюрная девчонка с “золотыми” руками, а вот сама ничего не умела.

— И Вершинина заплети! Волосы скоро до плеч отрастут! — вставила слово Астра, которая не имела привычки лишний раз держать язык за зубами. Никита еле сдержался, чтобы не показать ей неприличный жест и стал расстилать свою постель, бурча себе под нос:

— Величайшая ошибка судить о людях по внешности!

— Кажется, Оскар Уайльд наоборот призывал… — что-то вспомнила Мирослава, уже направляясь к ширме, которая служила примерочной для девчонок, да и для всех, кто стеснялся переодеваться прилюдно.

—А я с ним не согласен! — сказав это, Вершинин запрыгнул на свой тюфяк и накрылся тонким одеялом. — Откуда ты вообще Уайльда знаешь? Читала?

— Фильм смотрела. Про Дориана Грея с Беном Барнсом в главной роли.

— Скажи, он красавчик? — тут же поняла, о ком речь, Астра.

— А ты где в Южноморье умудрилась фильм из кинотеки простаков посмотреть? — снова удивился Никита, хмуря брови.

— Мы в Краснодар ездили к папиным друзьям. Там мне мои друзья, дети дяди Миши и тети Светы, и включили на копм… на копью...

— На компьютере. Давно это было? — что-то прикидывал про себя Вершинин.

— Пару лет назад.

— И ты со своими друзьями смотрела фильм с возрастной категорией 16+?

— Я же не знала, о чем он! Да и они, как оказалось, тоже! Мы просто нашли диск среди всей их домашней коллекции и решили глянуть, думали какой-то ужастик! — взялась оправдываться вдруг покрасневшая от стыда Астра. Да, там было из-за чего краснеть.

— Ладно, ну хоть не Парфюмер! — хохотнула Мирослава, вскользь видевшая и этот фильм. Вызвал он у нее только отвращение.

— Ну, девчонки, я с вас в шоке! — мотнул головой Никита, все еще находясь в легком изумлении. Кто вообще допускал их к подобному?

— Подростковая психика очень гибкая, Вершинин, психологическую травму не получили! — Мирослава улыбнулась ему, сейчас непривычно серьезному. — А Бен Барнс и правда красавчик!

— Да! — подтвердила Астра, вставая со своего места, чтобы порыться в чемодане. Схватив ночнушку, потащила Мирославу переодеваться.

— А ты смотрела фильм Хроники Нарнии: Принц Каспиан?

— Нет, а что там?

— Да там тоже он снимался! Неужели ты не читала эту историю про волшебный шкаф?

— Нет…

— Прочитай обязательно! И посмотри фильм, Астра! Он там такой милый…

— А я вот Джеки Чана люблю, — улыбнулась Иванна самой милой улыбкой из своего арсенала. Никита истерично хохотнул.

— Как много я о вас еще не знаю!

ᛣᛉ

На следующий день с самого утра, когда солнце уже вовсю грело проснувшуюся природу, под тенью крыши столовой к своим подопечным, ожидающим за столом, подошла Рогнеда Юлиевна. В белой свободной рубашке, заправленной в светлые брюки. Ее длинные черные волосы были собраны в тугой хвост, а на носу сидели солнцезащитные очки, которые та носила даже зимой.

— Всем доброе утро! Как спалось на новом месте?

Мирославе спалось на удивление хорошо. Запах сушеных трав и свежий воздух действовал умиротворяюще. Все ничего, если бы не тревога за друга, который сегодня ночью пережил свое очередное обращение. Но вот многим другим ночевка на не очень мягком тюфяке, набитом соломой, не пришлась по вкусу. Утром второй ярус сеновала наполнился стонами и вздохами, когда каждый пытался размять затекшее тело.