Но Имран не желал успокаиваться.

— А ты не задумывалась, кто она? Твоя Дарин?!

— Имран, тебя несет. — Игнар поднялся и встал за моей спиной.

— О чем вы?

— Мы знаем, — Игнар не дал договорить брату, — что у них не бывает бестелесной оболочки. А их мы бы почувствовали.

— Мы не можем знать наверняка, эти тени…

— Можем!

— О чем вы?

— Ты не слушала меня, Теодора? Неужели не понимаешь?

— Имран!

Игнар навис надо мной, будто щит, отгораживая от собственного брата.

— Теодора, она может быть дэволом! Влиять на тебя!

— Но…

— Этого не может быть, ты сам прекрасно это понимаешь! — Игнар начинал распыляться. — Другое дело, если у нее есть своя магия.

— Какая магия? — я чувствовала себя глупым ребенком, которому взрослые недоговаривали важные вещи.

— У Меках всегда есть свои… особенности, — нехотя начал Имран. — Они могут влиять на некие вещи, близкие им по духу. Кто-то мог воздействовать на погоду, воду… Но это большая редкость. Тем более, раз ты… человек, — смутившись, сказал он, — мы считали, тебя это обойдет.

Имран задумался.

— Тени. Но почему? И так похоже… И эта Дарин.

— Олицетворение магии под личность, — выдвинул теорию Игнар, пока я сидела, открыв рот.

— Считаешь, ее мозгу было проще признать кого-то извне?

— Нет! — я опустила ладони на стол. — Дарин… она была реальна… то есть… я правда слышала голоса и…

— Это мог быть меч.

— Нет, Имран! Это было… другое. И те, что вчера…

— Этому есть объяснение, — перебил Имран вновь. — Руун.

— Что?

— Может, он уже нашел тебя и пытается свести тебя с ума, а возможно…

— Договаривай!

Он вздохнул, Игнар в это время молчал.

— Возможно, твоя воля, — руки Игнара легли мне на плечи, удерживая, — слишком слаба и не может выдержать натиск меча. Психика… расшатана и выделяет образы. Меч… сводит тебя с ума.

— Но почему? — пораженно прошептала я. — Зачем он избрал меня, если я не подхожу?

Я опустила голову, разглядывая пол. Получается, я обречена? Сойду с ума. Грудь сдавило от несправедливости.

— Тогда, что это?! — зло прошипела я.

Лампы задрожали, как и мое тело. Зубы крепко сцепились, а глаза жгло от обиды.

— Теодора? — Игнар встряхнул меня, но я не шевелилась. — Теодора!

Отовсюду ползли тени, подобно змеям они стягивались ко мне, образовывая воронку. Братья отступили. Тихий шепот ласкал уши, звуча равномерно и не пугающе.

— Что это? — и только когда я услышала в голосе Имрана страх, я отпустила тени.

В комнате снова стало светло.

Я не успела моргнуть, как Игнар резко развернул меня прямо со стулом. На его лице проступали различные эмоции. Плотно сжатая челюсть, бегающие глаза.

— Как ты это сделала?

— Когда Дарин ушла, — я сглотнула, — она будто… я не знаю. Может, это звучит глупо, но она будто отдала мне часть способностей.

Игнар перевел взгляд на брата.

— Меч? Открыл потенциал?

— Другого объяснения нет. Она не могла принять магию. Возможно, меч создал проекцию для принятия.

— То есть, вы хотите сказать, что Дарин — это… меч?

Имран серьезно кивнул.

— И эта магия… моя?

— Да, — ободряюще кивнул Игнар.

Что-то не сходилось, но я не понимала что. Я хотела продолжить вопрос, как вдруг Имран выпалил:

— Есть еще одна проблема, которая требует решения. Немедленно.

Игнар прикусил губу и отошел, как мне показалось, на безопасное расстояние. Я истерично хохотнула.

— Есть что-то более значительное?

— Джессика идет сюда, — нараспев ответил Игнар, а Имран бросил на него холодный взгляд.

Минутная тишина становилась все длинней.

— Что?

— Она переживала о тебе, позвонила. Я объяснил, где ты.

— Что?! — я поднялась и, обогнув стол, хотела подойти к нему, но Имран обошел его, вновь оказываясь напротив меня. — Зачем ты это сделал?

— Пришло время все рассказать, Теодора.

Мы кружили друг за другом.

— Вы стали такими друзьями? — я рванула вперед, но Имран перепрыгнул столешницу. Его щеки покраснели.

— Теодора, ты должна успокоиться. Джессика мне действительно нравится! — он остановился, выпрямился и завел руки за спину. — И не нужно отчитывать меня, словно несносного ребенка. Я старше тебя втрое.

— Ах ты горделивый индюк!

Игнар рассмеялся, а я вскочила прямо на стол ногами и прыгнула перед Имраном.

— Кто ты такой, чтобы решать, сто́ит подвергать ее опасности или нет?! — я говорила тихо и вкрадчиво, глядя на него исподлобья. — Но ты прав, с враньем пора заканчивать. Но! Если ты посмеешь подвернуть ее опасности или обидеть, ты пожалеешь.

Я очень надеялась, что мои глаза опасно сверкнули. И, судя по дрогнувшим губам Имрана, у меня вышло.

Я стояла у зеркала в комнате, что уже называла своей, и разглядывала себя пустым взглядом. Тело стало рельефнее, мощнее, но тоще. Физические изменения соответствовали внутренним. Я стала сильней, но при этом ощущала растерянность. Белая майка открывала тонкие ключицы и сильные руки, а штаны цвета хаки едва не свисали.

Пришло время раскрыть все секреты.

— Дарин? — неожиданно позвала я. Тишина. — Ты здесь?

Вздохнув, я грустно усмехнулась. Сначала боялась, а теперь…

Чувство одиночества охватило меня, но я не успела поддаться ему, как вдруг появилось знакомое мне облачко. Оно приземлилось мне на шею, будто там ему самое место. Я провела рукой по темноте, и оно заурчало.

— Что же ты такое?

Раздался стук в дверь, я разрешила войти, но облачко тут же упорхнуло. В комнату зашел Игнар в облачении. Черный плотный костюм облегал тело, на боку весели ножны с мечом. На правой ноге перевязь кинжалов, а через грудь перекинут пояс с метательными лезвиями. Он выглядел устрашающе, аура власти и силы поражала настолько, что я не могла отвести взгляд.

— Ты выглядишь… пугающе.

— Мы решили показать себя такими, какие есть.

Я перевела взгляд на зеркальное отражение. Обычная, серая и уставшая. Рядом с настоящим воином я выглядела слабой и блеклой.

— Это не так, — Игнар уловил мое настроение и подошел ближе. — Именно ты объединяешь нас.

— Мне не хватает океана, — тихо сказала я.

— Мы можем отправиться туда в любую минуту, стоит только пожелать.

Его дыхание обжигало шею. Мы так странно смотрелись в отражение. Он — величественный, красивый и гордый. А я?

Он развернул меня на себя.

— Не смей даже думать об этом! Ты невероятная, — голос звучал интимно. Взгляд то и дело соскальзывал на губы. — И дело не в том, что ты Меках. Каждый раз ты превозмогаешь себя, идешь напролом. Я восхищаюсь тобой.

Мои губы задрожали.

— Я не могу больше погружаться, — эти слова рвались, умоляли, чтобы их услышали. — Не могу.

Игнар кивнул, не спрашивал почему. Он и так знал ответ.

— Я больше не чувствую Дарин.

— Я обещаю тебе, Теодора, все решится. Мы что-нибудь придумаем.

Я стояла у входа в хранилище, ожидая Джессику.

Ветер трепал волосы, длинная коса хлестала по спине. Тучи заволокли солнце. Тревога нарастала, а ладони потели. Когда на подступе показалась хрупкая фигура Джесс, мое сердце загрохотало.

На ней выцветшие джинсы и серая толстовка, волосы завязаны в низкий хвост. Обычно румяные щеки бледны, а круги под глазами говорили о бессонных ночах.

Джесс встала напротив меня, оглядывая потухшим взглядом.

— Какого черта происходит, Теодора?

— Пойдем, — произнесла я, и, развернувшись, пошла в хранилище.

Она не стала спорить, но я ощущала взгляд, что пронзал спину. Мы проходили сквозь коридоры, нигде не задерживаясь. Хотя я знала, что любопытство раздирало ее. Тренировочное поле встретило нас тишиной.

Я развернулась к ней, видя растерянность и озадаченность. Джесс оглядывала стенды с оружием, тренировочные манекены. Не давая себе возможности передумать, я сказала: