Райан снова гремит пакетом молока. Потеряв дар речи, я киваю.

Он поворачивается к шкафу, достает стакан и ставит его на стол, затем наливает в него молоко, пока из пакета не выпадает большой кусок чего-то с громким шлепком, разбрызгивая молоко по столешнице.

Райан пальцами выуживает бриллиант из стакана и поднимает его. Даже несмотря на то, что с него капает молоко, камень сияет жутковатым серо-голубым светом.

Он протягивает его мне. Я беру его без слов и просто смотрю на то, как бриллиант блестит у меня на ладони. Я думаю о наследнице, которая умерла разоренной, и короле, потерявшем голову, и меня охватывает трепет.

Через мгновение я обретаю дар речи.

— А драгоценности короны лежат в ящике для овощей?

— В морозильной камере, — отвечает он без колебаний. — Завернутые в белую бумагу для мяса с надписью «свиной окорок».

Меня беспокоит то, что я действительно верю ему.

Райан протягивает руку. Я возвращаю ему бриллиант, молча наблюдая, как он небрежно опускает его обратно в пакет из-под молока, а затем наливает поверх него молоко из стакана. Он закрывает упаковку, убирает ее обратно в холодильник, споласкивает руки и стакан в раковине, затем оборачивается и смотрит на меня.

— Что? — спрашивает он, когда видит мое лицо.

— Этот камень стоит больше двухсот миллионов долларов. И ты хранишь его в пакете из-под обезжиренного молока в своем холодильнике.

— Это просто красивый камень, дорогая. Он стоит только того, во что верят люди. Для меня это всего лишь средство для достижения цели.

— Какой цели?

Райан медленно подходит ко мне, берет мое лицо в свои ладони и говорит: — Ты больше не будешь работать на монстра. Ты больше не будешь связывать простыни и исчезать после ночи со мной. Ты больше не будешь делать ничего, что не делает тебя счастливой или не вызывает эту прекрасную улыбку на твоем лице.

Он нежно целует меня, обхватив мою голову руками. Это глубокий, медленный и до боли сладкий поцелуй, от которого можно влюбиться.

Я отстраняюсь, слегка вздохнув.

— Не убегай, — говорит он тихим и серьезным голосом. — Пообещай мне, что ты больше никогда от меня не убежишь.

Мое сердце бьется, как крылья колибри, запертой в груди точно в клетке.

— Знаешь, говорят, что обещания даются для того, чтобы их нарушать. Давай не будем искушать судьбу.

Райан снова находит мой рот и целует меня так, словно я вся принадлежу ему и всегда буду принадлежать. Я сжимаю его рубашку в кулаках, пока он осыпает меня поцелуями.

— Я не хочу, чтобы ты это делала, — грубо говорит он, отстраняясь ровно настолько, чтобы произнести эти слова, затем снова целует меня, на этот раз более голодно, его руки крепче обхватывают мою голову. — Это дерьмо с Морено – последнее, чего я хочу.

— Я знаю, — шепчу я.

Он прикусывает мою нижнюю губу, втягивая ее в рот.

— Ты также знаешь, почему я согласился на это, верно?

Я киваю, прижимаясь к нему. Его рука скользит по моей талии. Райан запускает пальцы в мои волосы.

— Почему? — спрашивает он мне на ухо.

Я знаю, что он хочет от меня услышать, но я не могу произнести эти слова вслух. Поэтому лишь издаю тихий звук и качаю головой.

— Трусиха, — шепчет он, затем без предупреждения подхватывает меня на руки и направляется в спальню.

На этот раз я не отпускаю дурацких комментариев по поводу его бицепсов. Я обнимаю его, пока Райан проходит мимо стены с суккулентами, и смотрю на его красивый профиль. По моему телу разливается жар, потому что я знаю, что он собирается сделать, как только мы доберемся до спальни.

И он это делает. Райан укладывает меня на кровать, снимает ботинки, молча снимает с меня всю одежду, опускается на колени и целует меня.

Я выгибаюсь и в отчаянии выкрикиваю его имя.

— Тсс, — мягко успокаивает он меня. — На этот раз мы не будем торопиться. Я всегда хотел делать это медленно, но в итоге всё всегда заканчивалось быстро и жестко.

Он наклоняется и нежно целует мой клитор. Я вздрагиваю и втягиваю воздух.

— Тише, Ангел, — шепчет он. — Просто почувствуй это.

Его теплое дыхание касается моей обнаженной кожи. Это так чувственно и сексуально – знать, что я полностью открыта перед ним и он может видеть всё, но Райан просто лениво проводит своими грубыми ладонями по моему животу и груди, нависая надо мной, словно у нас в запасе всё время мира, поглаживая мою кожу так, словно завтра никогда не наступит.

Он нежно прижимается носом к промежности, глубоко вдыхая. От этого по спине пробегают мурашки. Сердцебиение учащается. Райан нежно покусывает внутреннюю сторону бедер, словно пробует мою плоть на вкус. Время от времени он проводит языком по месту, где укус был слишком сильным, чтобы унять жжение.

Он снова целует меня между ног, протягивая руку, чтобы сжать мою ноющую грудь, и я стону, не в силах сдержаться.

— Боже, мне нравится этот звук, — выдыхает он и скользит языком глубоко внутрь меня, одновременно пощипывая мои твердые соски, проводя большими пальцами по твердым вершинкам.

Жар разливается по всем моим нервным окончаниям. Я закрываю глаза и покачиваю бедрами, желая приблизиться, нуждаясь в том, чтобы его рот был на мне, внутри меня, везде одновременно. Я чувствую, что умираю от голода, что разорвусь на части, если он не войдет в меня в ближайшее время, и я говорю ему задыхающимся шепотом, что мне нужно почувствовать его, сейчас.

— О, она думает, что главная здесь, — усмехается Райан. — Как мило.

Он продолжает поглаживать мой сосок большим пальцем, а другой рукой проводит по моему телу, раздвигает ягодицы и приподнимает меня, чтобы я оказалась ближе к его лицу. Затем начинает медленно посасывать меня, его язык влажный и горячий, губы втягивают, а грубая подушечка большого пальца поглаживает мои внешние половые губы.

— Пожалуйста, — шепчу я, извиваясь напротив его рта, давление нарастает. — Боже. Пожалуйста.

— Скажи мне, что ты чувствуешь, — резко говорит Райан. Дрожь в его голосе говорит о том, что он вот-вот потеряет контроль, и осознание того, что это происходит из-за меня, из-за моей реакции на него и на то, что он со мной делает, распаляет меня еще сильнее.

— Так хорошо, — шепчу я. — Потрясающе. Такое чувство… такое чувство, будто я твоя.

От его стона по моему телу пробегает такая невероятная волна возбуждения, что я вздрагиваю. Его язык быстрее скользит по моему клитору, а большой палец проникает в меня, но этого недостаточно.

— Пожалуйста, — снова умоляю я, и между моих ног пульсирует волна удовольствия.

— Не кончай пока, детка. Просто почувствуй это. Просто дыши.

От его шепота я вздрагиваю. Голос Райана такой мягкий и в то же время такой жесткий, такой уверенный и чертовски сексуальный, что я не могу удержаться и начинаю двигаться быстрее, прижимаясь к его губам. Я сжимаю свою грудь, чтобы пощекотать соски, а он впивается руками в мои бедра, пытаясь удержать меня на месте.

— Посмотри, как ты возбудилась для меня, — тихо говорит он, а затем проводит языком вверх и вниз по моей промежности, поглаживая и лаская, пока снова не оказывается сверху и не начинает кружить языком, отчего я стону и вздрагиваю. — Черт, — шепчет он. — Мне нравится, как ты реагируешь на меня, Ангел.

Он больше не может ждать. Райан встает, стягивает через голову футболку, расстегивает ширинку и сжимает свой член в руке.

— Мне нужен твой рот, милая, — хрипит он.

Я сажусь, придвигаюсь ближе к нему, обхватываю рукой толстое основание его члена и просовываю головку между губами.

Его тихий стон – моя награда.

Я поглаживаю его ствол, смачивая головку, а затем беру его глубже в рот и сосу, ощущая его упругость и жар на своем языке. Райан шипит, запуская руки мне в волосы, и двигает бедрами, глядя на меня сверху вниз, пока я сосу его член.

Он задыхается, когда я провожу языком до самого основания, и вздрагивает, когда я обхватываю другой рукой его яйца. Я начинаю двигаться в мучительно медленном ритме, лаская его ртом, что позволяет мне чувствовать каждый бугорок и вену, наслаждаться его теплом и вкусом, слушать, как его стоны становятся всё громче и прерывистее.