— Ну тупая, — пробормотал про себя недовольный горожанин — Ты что, из Америки, чтоле? Секция тридцать восемь, второй этаж, третий этаж балкона, левый атриум…

— Шляп сними! — сказал он с дружелюбной усмешкой — Тут Золотарь, а не Донецк, ветром сдует, никогда не найдёшь!

Сам блошиный рынок секции тридцать семь, ласково называемый местными "Ножка", и правда имел форму куриного окорочка. Длинный высокий атриум напоминал кость, а этажи вокруг него, расширялись к верху и сильно напоминали пиксельное изображение мякоти. Богатые всем что только можно представить уровни, сплошь состоящее из мелких прилавков, магазинчиков и мастерских пестрили яркими вывесками, забавными картинками и невероятным количеством аббревиатур. И когда я уже начал хоть немного ориентироваться в этом удивительном русском организме меня ждало очередное потрясение.

Местный интернет был настолько сложен и запутан, что мои биотронные коммуникаторы просто не вывозили не то что частот, а даже элементарных протоколов связи. Каждый завалящий ретранслятор, каждая копеечная швабра излучала сотни сложнейших фазированных мультилучей, имела миллионы протоколов поиска связи, и когда я уже почти разобрался как она это делает, это оказалось лишь вершиной айсберга. Я разобрался с одной сетью, а только для обычных бытовых и хозяйственных нужд их было больше тридцати, не считая резервных.

Я буквально психанул, и увидев первый же магазин со старинными модемами ворвался в него, и с порога чуть ли не крикнул парню-продавцу:

— Мне нужно обновить старый модем, быстро!

— Да пожалуйста, прошу вас! Какая модель?

Я ничего не ответил, я только снял шляпу, отбросил волосы и показал парню своё эльфийское ухо. Парень сначала нахмурился, но потом нажал что-то на клавиатуре, и я ощутил благостный прилив знакомых микроволн, приятной волной пробежавший по всему моему телу. Привычный восьмой протокол старого доброго два и четыре, стал для меня глотком свежего воздуха, и я сам не заметил как улыбнулся и слегка вздрогнул.

— Давно обновляли?

— Никогда.

— Ясно. Пиратская прошивка, ого, какая древняя! А можно на ваш раритет взглянуть? Можете показать устройство?

— Я перед вами.

— Вы не поняли, мне нужно взглянуть на корпус, там должны быть… — парень напряг брови и пристально посмотрел мне в глаза. — Я позову специалиста по эмуляторам, вы не против?

— Вперёд. — сказал я на выдохе.

— Васяндра! Иди сюда, у меня тут британский шпион с модемом!

— Серьёзно? — послышался хохот — Да ладно тебе прикалываться!

— Я серьёзно! — с о смехом сказал продавец — Иди посмотри!

— Та не может быть, чтобы он сюда сунулся со своим арихмометром! А он ламповый, или релейный?

Но парень всё же заинтересовался. Он смотрел на моё расслабленное тело и томное выражение лица, и даже слегка расстроился, когда узнал что мой модем работает на биотронике. Парень поздоровался со мной и став за компьютер начал шерстить мои виртуальные контуры.

— Ну и чем я смогу вам помочь? — наконец спросил он меня. — Ваша биотроника несомненно впечатляет.

Я молча открыл ему доступ к одному из своих биодисков, на котором хранил запасы схем всяческой электроники, и алгоритмов её переборки и эмуляции.

— Ну скорость, канэшн, не фонтан, но объёмы впечатляют. Полтора петабайта, Солидно…

— Так а чем я могу помочь?

— Мне просто нужен доступ в интернет.

Парень посмотрел на меня снисходительно, как будто я был безграмотной старушкой. Он ткнул плечом надсмехавшегося надо мной продавца, прочистил голос, и сконцентрировавшись на вежливости сказал:

— Я просто не могу дать вам доступ в интернет как таковой.

— Почему?

— Ну как… — вежливо улыбнулся он мне — Ну потому что его больше не существует.

— В смысле?

— Интернет как таковой давно устарел. Он просто загнулся под собственным весом, и умер от старости, шестьдесят лет назад. Теперь каждое устройство само решает с кем связываться, когда и зачем. Договаривается по необходимости, и образует свою временную сеть, по временным протоколам. Такова жизнь.

— Ну, биотроника у вас хорошая, прям искусство. — улыбнулся мне продавец — Я такую только на картинках и видел.

— А что, удобно! — согласился второй — на рыбалочке или охоте — самое оно! Но тут она вам не сильно поможет.

— Вот только позвольте полюбопытствовать, это же явно ваш не единственный биодиск так? Зачем вам столько памяти?

— Спасибо вам, очень выручили! — Неиронично душевно ответил я и сохранил остатки достоинства.

Парни и правда помогли. Они загрузили мне пару терабайт справочной информации, и даже любезно согласились токенизировать её, под мои устаревшие биодеки. То чем я занимался бы несколько суток, парни сделали меньше чем за пять минут. В любом случае за символическую цену я приобрёл то, до чего сам доходил бы ещё долгие десятилетия тяжелейшей работы. Я ещё раз поблагодарил парней и отправился выполнять задание Кошкина. Прочёсывать прилавки старым добрым способом. Прям как в средневековье. Ну почти.

"Ножка" оказалась круглосуточной. Вообще, Золотарь никогда не спит. Этот город по сути являлся самодостаточным независимым организмом, несмотря на то, что самая высокая точка была выше километра, Золотарь всё равно был айсбергом. Его промышленная производственная часть уходила под землю и была втрое, а то и в четверо больше надземной. Даже сами горожане не знали реальных размеров подземной части.

Сердцем Золотаря была мощная подземная АЭС. Она брала огромные объёмы воды из реки Оскол, охлаждалась и тратила избыточную энергию для подъёма очищенной продезинфицированной воды на километры вверх. Вместо того чтобы строить отдельную градирню, Золотарь использовал воду для тепла, чистоты и транспортировки. Теперь мне стало понятно зачем нужно было строить судоходные реки в небе, и шлюзы в сотни метров высотой. Вообще многое стало понятно.

Золотарь был первым городом такого типа в России и вторым в мире. Супергород был по сути гигантским промышленным кластером, в нём жили и работали более пяти миллионов человек, уютно и комфортно обитавших в объёме дюжины кубических километров. Они работали на самых передовых заводах мира, лечились у самых лучших врачей. Они ели превосходную еду, и занимались самым захватывающим экстремальным спортом вместо поездок на гражданских тактических автобусах класса работа-дом.

Я перестал залипать на парапланеристов за окном, сосредоточился на деле и отправился прочёсывать "Ножку". Среди прочего парни-продавцы скинули мне несколько версий всеобщей энциклопедии, из неё я узнал что программу секретных спутников КГБ и прада закрыли с каким-то мутным скандалом, судя по всему политическим. А вот первые версии спутников и правда ориентировались по одному конкретному пульсару. Нигде не упоминалось по какому именно, но во всех статьях говорилось одно и то же: после скандала, новые версии спутников ориентировались сразу по нескольким.

— Есть, попались! — шепотом ликовал я.

Если в пятьдесят третьем году свершилась революция в спутниковой навигации, то это сужает поле поиска, мне нужна информация про шпионские спутники более ранних моделей. Я достал список моделей из исторического справочника, и стал перебирать, и находить общие конструктивные особенности. Пока я варил в своей биодеке чертежи древних космических железок, я заметил забитый посетителями с детьми магазинчик, вывеска гласила "Моделист Космуктор".

Прикидываться кем бы то ни-было больше не имело смысла. Я просто вошел в довольно просторный магазин, и ста рассматривать великолепно выполненные модели разных знаковых космических аппаратов, Я долго любовался моделями "Луноходов" и "Спиритов" размером с откормленного кота. Затем я увидел большую модель перспективной венерианской станции, но выполнена она была слегка грубовато, швы проклеены неаккуратно, а окошки и антенны стояли слегка не ровно, а в некоторых местах даже прослеживалась бахрома от обработки пилой. Я ухмыльнулся и решил посмотреть на ценник. Каково же было моё удивление, когда вместо ценника я обнаружил табличку "Вася Корюшкин, 9 лет, 3-место".