- Чушь! – хмыкнула шестикурсница возмущённо и нацелила палочку себе в лицо.

- Косметика, чары, – пробормотала староста факультета насмешливо и погладила небольшой флакон из радужно переливающегося стекла. – Зелье красоты намного эффективнее.

- Оно же противное, – возмутилась Дафна, даже передёрнувшись от отвращения.

- Захочешь быть красивой и не такую гадость выпьешь – отмахнулась девушка, потом, посмотрев на Гринграсс, покачала головой, – Хотя тебе ближайшие лет шестьдесят они не пригодятся.

Маргарет тихо прыснула и решительно спряталась за книгой, за которой благополучно и провела время до обеда, разве что, изредка поднимая голову, чтобы оценить масштаб операции по наведению красоты. Сёстры Гринграсс изучали модный журнал, обсуждая причёски и технику их возведения. Старшие курсы упражнялись на добровольцах в наложении косметических чар, уменьшая носы, увеличивая губы и изменяя форму бровей. Когда в ход пошли заклинания окрашивания Грета ретировалась в Большой зал, опасаясь, что очередной стилист и её облагодетельствует каким-нибудь необычным способом.

После обеденного пиршества, Виктор уговорил подругу отправиться ним на прогулку – Краму требовалось выговориться. Болгарин рассказал, что Грейнджер согласилась идти с ним на Святочный бал, и теперь юноша беспокоился только о том, сможет ли он не отдавить девочке ноги во время вальса. Маргарет, едва сдерживаясь, чтобы не засмеяться, посоветовала ему не беспокоиться – его косолапость таинственным образом проходила, когда он концентрировался на какой-то цели.

- Виктор, не будь глупцом. Неужели ты полагаешь, что победителю китайского огненного шара не удастся пережить один единственный вальс без потерь? – вздохнула Маргарет, щурясь на огромный корабль Дурмстранга. Среди белоснежных снегов этот гигант казался призрачным и зыбким, как Летучий Голландец из легенд.

- Профессор Каркаров иного мнения, – невесело заметил Крам, засунув руки в карманы и нахохлившись, точно филин. – К тому же я думаю, что Миона может захотеть протанцевать несколько больше, чем один танец.

- Просто не волнуйся, Виктор, – заглянув в хмурое лицо друга, улыбнулась Маргарет.

- Тебе легко говорить, Мэгг! Ты девочка, тебя обучали танцам с пяти лет, а с учётом твоих друзей, для тебя все эти балы – дело привычное, – нервничая, болгарин ещё больше путал окончания и до девочки смысл его слов доходил значительно сложнее.

- Что за дискриминация, Виктор? – покачала головой слизеринка и созналась насупленному ловцу. – Мне тоже страшно, в конце концов, последний раз я вальсировала с учителем танцев ещё перед поступлением Хогвартс, мне тогда было, кажется, девять.

- Не врёшь? – чуть улыбнулся Крам, складка между густых бровей разгладилась.

Девочка покачала головой и едва успела увернуться от снежка, едва не прилетевшего ей в голову. Холодный снаряд пролетел мимо, только задел волосы слизеринки. Маргарет оглянулась – невдалеке играли мальчишки, в основном с Гриффиндора. В Грету почти попал один из Уизли, если девочку не обманывало зрение, то столь экстравагантным способом её внимание привлёк, Фред. Джордж извиняюще развел руками и тут же бросился в укрытие. Оба шутника попали под снежный обстрел Поттера и других четверокурсников.

- Мне, похоже, тоже пора, – завидев, что Грейнджер собралась уходить, Маргарет улыбнулась Виктору. – Удачи, Виктор! Увидимся на Балу!

В факультетской гостиной девчонок поубавилось, большинство уже готовились к празднику. В душевых шумела вода – многие слизеринки сдабривали волосы шампунями с множеством волшебных ингредиентов, от которых, если верить производителям, волосы должны были налиться сиянием и силой. Балстроуд как раз зашла в спальню после такой процедуры и, размотав полотенце, изучала получившийся результат.

- Маргарет, тебе пришла замена бального платья? – участливо спросила Дафна, накручивая кудри сестре. Чары красоты давались Гринграсс легко, как и все бытовые – она вообще была очень талантлива в Заклинаниях, и профессор Флитвик часто хвалил её за «поразительное изящество движений».

- Да, тётя прислала, но я думаю, мне оно не потребуется, – таинственно улыбнулась Эйваз, которая видела, что из-за полога её кровати выглядывает большеглазая мордочка Кики.

- Думаешь, что если Нотт тебя пригласил, то можно идти и так? Так это он из вежливости – не преминула вклиниться в разговор Паркинсон. – Или думаешь, что Репаро починит твоё платье?

- Ты не хуже меня знаешь, Пэнси, что это заклинание только портит вещи, к тому же легко отменяется. Однако, удовлетворяя твоё любопытство, скажу – платье мне восстановили, – миловидно улыбнулась Маргарет и прошла к своей кровати. Склонившись у умилившейся домовихе, девочка негромко шепнула, принимая из крохотных ручек восстановленный наряд. – Спасибо Кики!

Одевалась Маргарет под непрекращающуюся болтовню, которая стихла, стоило девочке выпрямиться. Паркинсон стояла приоткрыв рот от удивления, а честная и открытая Астория хлопала самыми кончиками пальцев, глядя на подругу сестры с нескрываемым восторгом.

- Это – то самое платье? – не поверила своим глазам Дафна.

- Да, я тоже сперва не поверила, – кивнула Грета и нерешительно подняла глаза на отражение в массивном зеркале. Девочка ничуть не солгала бы, сказав, что и сейчас не до конца была уверена в том, что платье на ней, действительно, то же самое, что она выбирала в «Твилфитт и Таттинг». Рассматривая своё отражение, Маргарет, отметила, что Кики, и правда, постаралась на славу.

- Оно тебя старит, Эйваз! – нашла, наконец, что сказать Пэнси. Она зло сощурилась и наморщила вздёрнутый носик, став похожа на рассерженного мопса. – И у тебя в нём видно грудь, а тело (особенно такое) надо прятать, иначе оно перестаёт быть интересно!

- Заткнись, Пэнси! – неожиданно повысила голос всегда сдержанная в словах и действиях Дафна. – Тебе очень идёт, Грета. Ты очень красивая.

- Ты даже лучше Флёр Делакур, – серьёзно кивнула Астория, похоже, потеснив с пьедестала первой красавицы надменную француженку.

Маргарет счастливо улыбнулась сёстрам и вернулась к сборам. Волшебная косметичка сестёр Гринграсс, с позволения Дафны, перекочевала Эйваз в руки и Грета принялась выбирать средства. Несмотря на, казалось бы, полностью непривычные действия, ведь до этого девочка никогда не наносила макияж, процесс этот казался ей смутно знакомым и каким-то естественным, точно когда-то в прошлом она занималась этим весьма часто. Тени не собирались крошиться и осыпаться, как это было у той же Пэнси, кисточка для туши не норовила попасть в глаз, а помада даже не думала менять форму губ. Дафна исподтишка наблюдающая за соседкой удивилась тому, как аккуратно та накрасилась. Признаться честно, Гринграсс ожидала от Маргарет, куда меньших результатов. Сама она управляться с кисточкой научилась отнюдь не сразу, и результатом была ещё не всегда довольна. Эйваз же хоть и действовала несколько заторможено, подолгу вертя в руках то или иное средство, управилась на удивление хорошо.

- Тебе помочь с волосами? – обернулась к подруге Дафна, закончив подкрашивать губы сестре.

- Если тебе не трудно, – согласилась Маргарет, нерешительно рассматривающая обилие средств укладки, которые каким-то чудом оказались в её чемодане. Впрочем, автором подобного волшебного появления, вероятнее всего, была тётушка, которая знала, что может понадобиться племяннице перед Святочным Балом.

Презирающая «маггловский» способ макияжа, Пэнси наложила на себя и Балстроуд чары красоты и гордо вздёрнув подбородок, удалилась из спальни. Дафна на это только фыркнула, заметив, что к полуночи заклинание ослабнет, и милая пухлость Милисенты вернёт привычный, унылый вид. Обе же сестры Гринграсс напоминали фарфоровых кукол – светлых и аккуратных, с тёмными кудряшками, лишь чуть прихваченными у лица. Колдовать над волосами Маргарет Дафна закончила уже практически перед самым выходом, поражаясь тому, какой Эйваз всё-таки необычный цвет волос – тёмно-медный.