- Смерть, дорогие мои, – взвыла Трелони не хуже растревоженной банши, глаза колдуньи за толстыми стёклами очков стали ещё больше.

Две гриффиндорки в немом ужасе прижали ладони ко рту, глядя на преподавательницу с восхищением и страхом. Маргарет нервно почесала бровь, сидящий рядом Невилл шмыгнул носом. Мальчик, похоже сумел простыть, и Грета с запоздалым раскаянием подумала, что совсем забыла об их общем проекте по жаборослям. Стало совестно, и Эйваз, наклонившись к приятелю, шёпотом спросила о том, как поживают его растения.

- О! Они так поднялись и окрепли! – возбуждённо зашептал в ответ Невилл, заслужив неодобрительный взгляд преподавательницы.

- Да! – повысила голос профессор Трелони, выразительно вскинув голову. – Она кружила над замком, спускалась все ниже, ниже… Как хищная птица… Мне показалось даже, что я вижу её белёсые глаза!

- Если хочешь, я могу сходить с тобой сегодня, – предложила Маргарет, довольная тем, как заблестели глаза гриффиндорца.

- Я буду рад, мне как раз нужно стороннее мнение о подкормке на данном этапе. Профессор Спраут сказала, что им сейчас нужна кислая почва, – затараторил Лонгботтом чуть тише.

Вечером того же дня они должны были встретиться в библиотеке, где Маргарет с удивлением встретила Виктора, который сидел за книгой по волшебным существам. Заглянув через плечо Крама, слизеринка удивлённо остановилась.

- Русалки? – недоуменно произнесла девочка, хмурясь. – Только не говори, что вы их проходите сейчас – они были в нашей программе в прошлом году.

- Мэгг? – Виктор поспешно захлопнул книгу и нервно улыбнулся подруге. – Тебе не кажется, что погода хорошая?

- Погода отвратительная, а ты коверкаешь слова больше обычного, так что – рассказывай! – Маргарет села рядом и выжидающе уставилась на болгарина. Соединив воедино нервозность Крама, книгу и приз Первого Испытания Грета нахмурилась ещё больше, неосознанно скопировав привычную мимику друга. Понизив голос, девочка спросила, поражённая догадкой. – Ты смог открыть яйцо и понять подсказку?

Виктор отрывисто кивнул и, шикнув на подругу, снова уставился в книгу. Мимо прошёл Поттер и Уизли, о чём-то оживлённо перешёптываясь. Пожевав губами, слизеринка заёрзала на стуле и достала из сумки учебник и пергамент, чтобы не привлекать внимания, однако вместо домашнего задания вывела: «Второе испытание – русалки?». Виктор скосил глаза на свиток девочки и удручённо вздохнул, покачав рукой в воздухе, что она расценила как «может быть». «Расскажи!» – появилось на пергаменте. Крам качнул головой, одними губами произнеся «нельзя». Маргарет рассерженно выдохнула и, подчеркнув свою просьбу, добавила: «Я помогу!». Видя, что друг всё ещё сомневается, она дописала ещё строчку «профессор Каркаров не узнает» и закусила кончик пера. Отобрав у неё пергамент, Виктор взял в руку своё перо и закрывшись от окружающих учебником принялся быстро писать ответ.

«Ты упрямая, дерзкая девчонка, Мэгг!»

Почерк у болгарина был неровный и размашистый, но вполне читаемый и Маргарет сдавленно прыснула, прочитав послание. Пожав плечами и невинно улыбнувшись, она приписала «Перестань меня хвалить, иначе я решу, что ты ко мне пристаёшь!». Виктор недоумённо нахмурился и указал кончиком пера на последнее слово. «Хочешь начать встречаться» дописала Грета, на что Крам натурально закатил глаза и весело фыркнул, заслужив заинтересованный взгляд от стайки девчонок, что сидели через стол от них.

Письменная шутливая перебранка закончилась победой Маргарет, и Виктор набросал ей тест песни из яйца и свои размышления по этому поводу. Выходило, что кто-то живущий в озере что-то украдёт у Чемпионов и на то, чтобы вернуть эту вещь у них будет не больше часа под водой. Слизеринку отчего-то очень напрягала последняя строчка «Есть только час, потом пропажи не вернуть», было в этом что-то, определённо, зловещее.

«Кто живёт в вашем озере?»

«Гигантский Кальмар, селки и гриндилоу» тут же последовал ответ, заставивший Крама нахмуриться ещё больше. Написав, что ему пора, Виктор поспешил покинуть библиотеку, вернув книгу на место. Маргарет прибывала в одиночестве недолго. Лонгботтом пришёл, как они и договаривались, всё же с некоторой опаской поглядывая на соседей – не решит ли кто, что они что-то затевают. Грета поспешила увести мнительного гриффиндорца из библиотеки.

В туалете Плаксы Миртл было, по обыкновению, сыро. К счастью, на сегодня она ограничилась одним сломанным унитазом, в который с визгом нырнула, стоило ей увидеть слизеринку. Невилл, казалось, позабывший всё своё смущение метнулся в кабинку, где созревала его курсовая работа. Жаборосли теперь больше не напоминали червей, а были вполне себе опознаваемы как водоросли. Буровато-зелёные и длинные, они мерно колыхались в стоячей воде. Лонгботтом сиял от гордости, демонстрируя этот необычный урожай.

- Через неделю можно будет сдавать профессору Спраут. Я хочу, чтобы ты пошла вместе со мной, без тебя мне бы не удалось их вырастить, – решительно произнёс Невилл, вызвав у Греты улыбку.

- Если тебе так хочется, – улыбнулась девочка в ответ.

Отпустив Невилла, Эйваз и сама заторопилась в факультетские комнаты, хотелось всё-таки разобраться, что же связывало профессора Хмури и того светловолосого волшебника. Быть может, Грозный Глаз поймал его и эти «метаморфозы», которые она видит – знак? Ведь именно он пересажал в Азкабан добрую половину преступников, но тогда отчего именно этот маг мерещился слизеринке? Не мог же он быть невиновен – цепи (Эйваз точно помнила) оплетали его руки, так же как и у других подсудимых, разве что взгляд… Взгляд у молодого человека был потерянный, как будто он не ожидал оказаться в том жутком кресле.

За своими размышлениями девочка не заметила, как дошла до картины, закрывающей проход на кухню. Сейчас тот был приоткрыт и из-за неплотно придвинутой рамы слышались громкие возмущённые голоса.

- Стыдно? – явно возмущаясь, поразилась Грейнджер, которую Маргарет, конечно, не видела, но отчётливо слышала. – Винки, очнись! Это мистеру Краучу должно быть стыдно, а не тебе! Он прогнал тебя, а ведь ты не сделала ничего дурного! Он ведь ужасно жесток к тебе!

Эйваз хмыкнула, не расслышав, что ответила Мисс Всезнайке эльфийка, таким смешным именем мог обладать только домовик. Кажется, там шла какая-то борьба, потому что Маргарет слышала возню и всхлипы, и тихий голос Поттера, кого-то успокаивающего. Эйваз же задумчиво прокатила имя домовихи во рту и удивлённо застыла. Это ведь та самая эльфийка, что была на Чемпионате Мира по квиддичу и это она так смешно бежала через поле, когда начались погромы. Вспомнилась и худая рука, что висела в воздухе. Коридор потемнел ещё больше, и вмиг обессилившая Маргарет прижалась спиной к стене, прикрывая глаза, перед которыми уже сменяли друг друга картины очередного видения.

Всё тот же, знакомый уже девочке зал, только в центре всего один страшный «трон», к которому прикован мужчина, в котором едва ли можно узнать того холёного директора Дурмстранга. Лицо, и без того некрасивое, расцвечено багровым кровоподтёком, чёрные ещё волосы свисали грязными сосульками, на фоне которых даже шевелюра профессора Зельеварения казалась верхом чистоты и аккуратности. Мужчина то и дёргался в крепких путах и болезненно морщился, обнажая жёлтые неровные зубы в гримасе боли.

- А ещё Розье, Эван Розье, – выкрикнул Игорь Каркаров, резко дёрнув головой. – Он прячется у Эйвазов, они не носили меток…

- Мертвы! – каркнул Грозный Глаз, шрамов, на лице которого было меньше чем сейчас, да и тот, что едва не лишил аврора носа, казался свежим и едва поджившим. Волшебник неприятно хохотнул, – Розье унёс с собой часть моего носа.

- Снейп, он поставлял зелья Тёмному Лорду. Тёмные, запрещённые, – взвыл подсудимый, но и тут его ожидал промах.

- Как вы все знаете, – с места поднялся Дамблдор и обратился к другим судьям, – Северус Снейп пересмотрел свои взгляды и был оправдан. Я могу ручаться за то, что он не был предан Волдеморту.