- Браво, Виктор, браво! – кричал профессор Каркаров, заглушив аплодисменты остальных. – Я знал, что в тебе это заложено!

Пожав руку Дамблдору, лучший ловец в мире, если верить Драко, миновал Высокий стол и скрылся за дверью. Хлопки и крики, наконец, утихли. Все ученики и даже преподаватели вновь повернулись к пламени в Кубке, которое, через мгновение, опять загорелось алым цветом и выплюнуло второй кусочек пергамента.

- Чемпион Шармбатона, – объявил Дамблдор – Флёр Делакур!

Из-за стола Равенкло поднялась та самая светловолосая девушка-вейла. Она сияла ослепительной улыбкой. Но если победе Крама радовались все ученики Дурмстранга, то в этот раз выбор Кубка расстроил многих француженок, несколько даже плакали. Чемпионка кинула на них надменный взгляд, когда удалялась в комнату ожидания.

- Как они расстроены, – удивлённо протянула Астория Гринграсс, аплодируя Делакур. Дафна только кивнула, соглашаясь с сестрой.

В зале вновь воцарилась тишина, прерываемая лишь шипящим треском пламени, которое вновь окрасилось красным. Чемпион Хогвартса вот-вот будет выбран. Маргарет против воли затаила дыхание, ожидая решения древней чаши. Девочка почувствовала на себе напряжённый взгляд Снейпа, но стоило слизеринке поднять глаза, как декан безучастно отвернулся к Кубку.

- Чемпион Хогвартса – Седрик Дигори! – торжественно объявил Дамблдор.

- Он?! – возмущению Драко не было придела, Малфой недовольно поморщился и даже не стал хлопать, но этого и не требовалось.

Стол Хаффилпаффа с лихвой компенсировал молчаливый протест некоторых учеников. Они кричали, топали ногами, прыгали и хлопали, пока Седрик вставал из-за стола. Пока хаффлпаффец одаривал ликующий факультет широкой улыбкой и пробирался через друзей по направлению к Дамблдору, Маргарет не сводила глаз с пламени в Кубке. Оно было спокойным, бледно голубым, и, похоже, не собиралось вновь менять цвет. Дигори скрылся за дверью под всё не стихающие аплодисменты учеников Хогвартса. Директор Хогвартса коротко глянул на Маргарет и улыбнулся. Ликующий Хаффлпав не затихал некоторое время, не давая Дамблдору возможности говорить. Наконец, ученики смолки.

- Превосходно! – Дамблдор развёл руками, словно желал обнять каждого и весь зал. – Теперь мы знаем имена всех трёх Чемпионов. Но, в конце концов, только один из них войдёт в историю, только один поднимет этот кубок, эту чашу победы – кубок Трёх Волшебников!

Директор Хогвартса резко обернулся и, повинуясь лёгкому движению волшебной палочки, с предмета, только что выставленного на стол Бартемиусом Краучем слетела ткань. Перед преподавателями и учениками предстал прекрасный кубок, сделанный из стекла и казалось, наполненный светом. Маргарет на мгновение отвернулась от яркого света, и облегчённо перевела дух – Чемпионов было выбрано ровно три, что радовало Грету несказанно.

В этот самый момент, Маргарет ощутила слабый зуд в правом запястье, пока что неясный и несильный, такой, чтобы просто напомнить о том, что слизеринка связана нерушимой клятвой. Грета машинально отвела взгляд от Кубка и глянула на профессорский стол. Снейп не сводил взгляда с пламени, точно хотел заколдовать его, а, может, так и было. Девочка тоже перевела взгляд на древнюю чашу, огонь в ней вдруг покраснел и затрещал, рассыпая искры. Маргарет застыла в немом оцепенении, жжение в правом запястье нарастало, грозя превратиться в жгучую боль.

Взгляды всех присутствующих в Большом Зале обратились к Кубку Огня. Языки пламени резко поднялись в воздух, выбрасывая больше других обгоревший кусочек пергамента. Слизеринка сжала зубы, чтобы не закричать от прорезавшей руку короткой, но сильной боли. Дамблдор, как и во сне Маргарет, протянул руку, ловя тлеющий листок. Лицо директора помрачнело. Волшебник, похоже, поражён написанным на клочке бумаге. Повисла длинная, тяжёлая пауза. Дамблдор смотрел на кусочек пергамента, а все присутствующие – на директора Хогвартса ожидая. Наконец, волшебник прочистил горло и прочёл написанное на пергаменте имя. Хотя Маргарет уже точно знала, чьё оно, девочка всё же взмолилась Мерлину и Моргане, чтобы четвёртым победителем был кто угодно, пусть даже она сама, но не…

- Гарри Поттер, – произнёс Дамблдор и огляделся, словно ожидая, не увидеть гриффиндорца среди присутствующих. Но, видимо, совладав с собственным удивлением, произнёс уже отчётливее и настойчивее. – Гарри Поттер!

По залу пронеслось раскатистое эхо, заглушенное тихим ропотом учеников и гостей Хогвартса. Лицо Драко вытянулось от удивления, похоже Малфой никак не мог поверить тому, что только что услышал. Но слизеринец в этом был не одинок, многие ученики недоумённо приглядывались и тихо переспрашивали друг друга. Поттер нерешительно поднялся с места – Грета видела, как Грейнджер что-то яростно прошипела ему, заставляя выйти из-за стола. В гнетущем молчании Поттер прошёл мимо столов и нервно оглядываясь, миновал трёх директоров и преподавательский стол, прежде чем скрыться за дверью комнаты ожидания. Лица профессора Каркарова и мадам Максим отражали смятение и яростное недовольство. У Директора Дурмстранга даже щека стала дёргаться, а глава шармбатонской делегации не отводила хмурого тяжёлого взгляда от Дамблдора, который, впрочем, уже не казался растерянным. Кинув короткий взгляд на Маргарет, которая словно каменная статуя застыла на своём месте, продолжая сжимать правую руку, хотя боль уже давно прошла.

Стоило гриффиндорцу покинуть Большой Зал, как со всех сторон послышались перешёптывания, слившиеся в тихий гул, будто бы кто-то разворошил улей. Какой-то ученик из Хаффлпаффа кричал, что Поттер обманщик, его подхватили несколько голосов, подтвердивших, что четвёртому Чемпиону нет семнадцати лет, но Маргарет не слушала этих голосов, она нашла взглядом декана, который успел отойти с пути вскочившей МакГонагалл. Слизеринка ещё никогда не видела декана Гриффиндора такой взволнованной, даже когда на втором курсе в замке объявился василиск, профессор Трансфигурации сохраняла удивительное хладнокровие.

Едва не сшибив с ног профессора Каркарова, который, похоже едва сдерживал свой гнев, МакГонагалл подлетела к Дамблдору и что-то яростно зашептала ему на ухо. Директор Хогвартса слушал ее, склонив голову и нахмурившись, но, похоже, решения своего не изменил, потому, как колдунья отошла от него с недовольно сжатыми губами, а после стремительно развернулась и зашагала к двери в комнату, в которой ожидали чемпионы, однако её опередил Бэгмэн. Не потерявший проворства не смотря на грузную комплекцию, бывший игрок в квиддич проскочил мимо МакГонагалл и вошёл почти вслед за Поттером. Вскоре в комнату Ожидания направилась целая делегация из учителей Хогвартса и директоров Шармбатона и Дурмстранга. Эту странную группу возглавлял Дамблдор. Уже в дверях Снейп едва заметно кивнул Маргарет, слизеринка тоже опустила голову, показывая, что поняла. Зал шумел ещё какое-то время, но постепенно разговоры стихли.

- Эйваз, ты собираешься идти спать или продолжишь попытки заколдовать дверь? – усмехнулся Драко, окликая подругу.

Грета встрепенулась и чуть виновато улыбнулась – в зале уже почти никого не осталось. Девочка поднялась из-за стола и поспешила за другом, который, продолжал разоряться по поводу «наглого Поттера», который каждый раз «оказывается в центре внимания».

- … и делает вид, что так и надо! Как будто весь мир вертится вокруг него! – возмущению Малфоя не было придела, но Маргарет не могла его винить. Выходило всегда так, будто бы Поттер и правда нарочно жаждет внимания.

Уже почти дойдя до лестницы в подземелье, слизеринка остановилась и попрощалась, сказав, что хочет дождаться Виктора и, если получится, расспросить его о том, что происходило за закрытыми дверями комнаты. Малфой только хмыкнул и потребовал с подруги обещание рассказать ему всё. Скрывшись от посторонних глаз в нише под лестницей, Маргарет приготовилась ждать, когда ученики, наконец, разбредутся по факультетским гостиным.

Все учащиеся Хогвартса были взбудоражены тем, что Поттер как-то сумел обхитрить Дамблдора и кинул в Кубок своё имя. Предположения о том, как ему это удалось были самые разнообразные, кто-то предположил, что гриффиндорец попросил кого-то из старшекурсников бросить две, а не одну бумажку в Кубок. Устроившись на постаменте одного из доспехов, слизеринка незаметно для себя задремала под стихающие голоса поднимающейся по лестнице группы гриффиндорцев.