Лайа молча положила руку на его плечо. Она не спрашивала, что именно он увидел — научилась доверять его предчувствиям. Феррик тоже ничего не сказал, только крепче перехватил свой молот.

Они сидели у костра, готовясь к следующему этапу путешествия. Максим чувствовал, как силы кристалла медленно сливаются внутри него, изменяя его все больше. Он уже не был тем растерянным студентом, который случайно попал в этот мир. Теперь он был кем-то другим — проводником древней магии, хранителем равновесия между мирами.

А где-то там, в тенях, Элдрин зализывал свои раны и готовился к новой попытке. Его кровь была у мага тьмы, и это означало, что настоящая битва еще впереди.

«О чем думаешь?» — тихо спросила Лайа, заметив его задумчивый взгляд.

«О выборе,» — ответил Максим, глядя на звезды. «Тилан писал в своем дневнике, что каждый Странник должен сделать выбор — между силой и человечностью, между долгом и желаниями. Теперь я понимаю, о чем он говорил.»

«И какой выбор сделаешь ты?»

Максим посмотрел на метку на своей ладони, пульсирующую в такт с кристаллами. «Единственный возможный,» — сказал он. «Я выбираю защищать этот мир, что бы это ни значило. Даже если придется заплатить высокую цену.»

Лайа кивнула, и в ее глазах отразился огонь костра. Она понимала — они все понимали, — что путь становится все опаснее. Но они пойдут по нему вместе, до самого конца.

А впереди их ждали Проклятые болота, последняя часть кристалла и битва, которая определит судьбу не только их, но и всего Арханора.

Ночью Максиму не спалось. Он сидел у костра, разглядывая объединенные части кристалла в своих руках. Их свет пульсировал в такт с его сердцебиением, а внутри кристаллов клубились странные тени — словно отголоски всех времен, что они видели.

Прикосновение к ним теперь вызывало целый поток видений. Он видел древних магов, создававших кристалл. Видел первые битвы с силами тьмы. Видел, как артефакт раскололся, и его части были спрятаны в самых опасных местах Арханора.

Но самым тревожным было другое видение — то, что показывало возможное будущее. Максим видел армии тьмы, марширующие по выжженным равнинам. Видел открытые врата между мирами, из которых лезли чудовищные создания. И видел себя — стоящего на краю пропасти с окровавленным кристаллом в руках.

«Не можешь уснуть?» — тихий голос Лайи вырвал его из размышлений.

«Слишком много мыслей,» — он бережно завернул кристаллы в ткань. «И слишком много видений.»

Она села рядом, протягивая руки к огню. «Хочешь поговорить об этом?»

Максим помолчал, собираясь с мыслями. «Когда Элдрин взял мою кровь… Это что-то изменило. Не только в ритуале, но и во мне самом. Словно открылась какая-то дверь, которую теперь нельзя закрыть.»

«Ты чувствуешь его? Через кровь?»

«Не совсем,» — Максим потер метку на ладони. «Скорее, я чувствую то, что он пытается сделать. Темную магию, которую он собирает. Она… зовет меня.»

Лайа встревоженно посмотрела на него. «Зовет? Как?»

«Как песня, которую слышишь во сне,» — он попытался подобрать слова. «Она обещает силу, знания, могущество… Обещает показать все тайны этого мира.»

«Но ты не поддашься,» — это прозвучало не как вопрос, а как утверждение.

«Нет,» — Максим слабо улыбнулся. «Но теперь я понимаю, почему некоторые Странники выбрали тьму. Это действительно соблазнительно — иметь такую силу, такую власть…»

«Но какой ценой?» — Лайа положила руку ему на плечо. «Ты видел, во что превратился Элдрин. Он больше не человек — просто сосуд для темной магии.»

«Знаю,» — Максим накрыл её руку своей. «И я не хочу такой судьбы. Но мне страшно, Лайа. Страшно, что чем больше силы я получаю, тем сложнее будет оставаться собой.»

«Поэтому мы рядом,» — она крепче сжала его плечо. «Чтобы напоминать тебе, кто ты есть.»

Их разговор прервал стон Феррика — гном заворочался во сне, бормоча что-то о проклятых магах и их ритуалах. Максим и Лайа переглянулись с улыбкой.

«Вот видишь?» — шепнула она. «Всегда есть что-то, что возвращает нас к реальности.»

Максим кивнул, чувствуя, как тяжесть на сердце немного отступает. Да, путь впереди был опасен, но он не одинок. У него есть друзья, готовые поддержать его в самые темные моменты.

Рассвет застал их уже в пути. Они двигались на юг, туда, где небо становилось все темнее, а воздух — тяжелее. Проклятые болота ждали их, храня свои мрачные тайны.

Максим чувствовал, как меняется мир вокруг них. Словно сама земля помнила древнее проклятие, превратившее некогда великий город в обитель кошмаров. Две части кристалла в его сумке пульсировали все беспокойнее, откликаясь на близость темной магии.

«Знаете,» — вдруг сказал Феррик, нарушая тишину, «мой дед рассказывал истории о Проклятых болотах. Говорил, что город пал не просто так. Его жители пытались сделать то же, что и Элдрин — открыть врата в мир демонов.»

«И что случилось?» — спросила Лайа, хотя по её тону было ясно, что она уже знает ответ.

«Им это удалось,» — мрачно ответил гном. «На несколько минут врата открылись. А потом… потом сама реальность не выдержала. Город провалился в пустоту между мирами, а то, что осталось, превратилось в болота.»

Максим молчал, вспоминая видения, которые показал ему кристалл. Он видел тот момент — когда небо разорвалось, и в мир хлынули создания, не предназначенные для существования в нем. Видел, как искажалось пространство, как рушились здания, как кричали люди…

«Теперь я понимаю, почему последняя часть кристалла спрятана именно там,» — сказал он наконец. «Это напоминание. Предупреждение о том, что бывает, когда жажда силы затмевает разум.»

«Но мы все равно должны туда идти,» — Лайа поправила колчан за спиной.

«Да,» — Максим сжал кулак, чувствуя, как пульсирует метка. «Потому что если мы не найдем последнюю часть первыми, Элдрин использует её для чего-то еще худшего.»

Они продолжили путь в молчании, каждый погруженный в свои мысли. Впереди их ждало место, где грань между мирами была особенно тонкой, где древняя катастрофа оставила неизгладимый след в ткани реальности.

Максим чувствовал, что битва в храме была только началом. Элдрин получил то, что хотел — кровь Странника, смешанную с силой кристалла. Теперь он будет искать способ использовать её, и время работало против них.

Но была и надежда. С каждым шагом, с каждым испытанием Максим чувствовал, как растет его понимание древней магии. Две части кристалла в его сумке были не просто источником силы — они были ключом к тайнам мироздания, к самой сути равновесия между светом и тьмой.

И где-то там, в глубине Проклятых болот, их ждала последняя часть головоломки. Максим знал, что найти её будет сложнее всего. Но теперь он был готов к этому испытанию — не только силой, но и духом.

Солнце медленно садилось за горизонт, окрашивая небо в цвета крови и золота. Впереди уже виднелась темная линия болот — место, где кончались обычные земли и начиналась территория древнего проклятия.

«Мы почти пришли,» — тихо сказал Максим, чувствуя, как кристаллы в его сумке отзываются на близость своего последнего собрата. «Завтра начнется самое сложное испытание.»

Лайа и Феррик молча кивнули. Они тоже чувствовали это — тяжелое предчувствие грядущих событий. Но они были готовы встретить их вместе, что бы ни ждало их в глубинах Проклятых болот.

А где-то далеко, в своем темном убежище, Элдрин склонился над чашей с кровью Странника, шепча древние заклинания. Узоры из рун вспыхивали вокруг него, складываясь в сложные формулы. Кровь в чаше медленно закипала, и в её поверхности отражались видения иных миров — миров, которые маг тьмы мечтал подчинить своей воле.

«Скоро,» — шептал он, глядя, как кровь пульсирует в такт с его заклинаниями. «Скоро врата откроются, и сила древних демонов станет моей…»

Этой ночью над землями Арханора взошла кроваво-красная луна. В тишине Проклятых болот древние руины хранили свои тайны, ожидая новых гостей. Тени сгущались, шепча на забытых языках, а где-то в глубине искаженной реальности последняя часть кристалла пульсировала в такт с биением невидимого сердца мира. Грядущий рассвет обещал не просто новый день — он нес с собой решающую битву между светом и тьмой, в которой каждому предстояло сделать свой выбор. И цена этого выбора могла оказаться больше, чем кто-либо из них мог представить.