Значит, он приехал к Захару…

Проверяю телефон на предмет сообщений от Гордеева. Ничего.

Минуты ожидания превращаются в часы. Я гипнотизирую гаджет взглядом. Подумываю написать Захару сама.

Сразу же отметаю эту мысль. Не стоит. У него же встреча.

Если бы это касалось меня, он бы мне сам написал. Правда ведь?

Чтобы убить время, приступаю к оформлению отчёта по тренингу, который должна сдать в понедельник. В заранее заготовленную таблицу вношу ответы на стандартные вопросы: чем занималась, что нового удалось узнать, какие возникли сложности?

На этом моменте усмехаюсь горько. Единственная моя сложность — руководитель департамента по работе с физлицами. Но думаю, так писать не стоит.

Вера-Аглая вскоре заканчивают свои дела и, попрощавшись, уходят в свой отдел.

Фиксирую время на часах. Шестнадцать ноль-ноль.

Что так долго? Господи.

Пашу, завалившегося в кабинет уже не с одной, а несколькими папками в руках, встречаю как родного.

Перевожу дыхание. Не хочу нападать на него с расспросами с порога, чтобы не показать свой интерес.

— Всё хорошо, Паш? — мягко пробую почву.

Фыркает.

— Ну, меня не уволили. Уже неплохо, да?

— Ага, — отвечаю нейтрально. — Как встреча?

— Понятия не имею.

— Как это?

— А вот так. Послал меня за документами. «Срочно, Павел. Одна нога здесь, другая там!» — передразнивает, по всей видимости, Захара. — Я мчался, как потерпевший. А меня даже не пустили!

— В смысле?

— В коромысле. Битый час просидел в приёмной.

— А Му… А Титан?

— В кабинете с Захар Андреичем же.

— То есть тебя с ними не было?

— А я о чём? В том-то и дело. Между собой всё перетёрли. А Паша что? Подождёт. У него же других дел нет! — недовольно.

— Так они ещё там? — решительно ничего не понимаю.

— Да нет. Закончили уже. Захар мне это скинул, — указывает на папки, — и ничего не объяснил даже. Мол, потом. «Свободен, Павел!» — кривит лицо.

Дёргаюсь к окну. Машины Мурата нет… Уехал!

Павлик шумно возится где-то позади, пытаясь запихнуть папку в узкое пространство на полке.

— Паш, — обращаюсь к нему примирительно. — Не грузись. Тебе то что? Сказали — принести документы. Ты принёс. Без этого разобрались, выходит. Знаешь… По-моему тебе не помешает кофе. Ты как?

Вздыхает.

— Сахара — три.

— Окей. Я быстро.

Лечу в приёмную Захара, как на крыльях. Настя на своём неизменном месте. С кем-то говорит по телефону. Терпеливо жду, пока она закончит.

— К Захару Андреевичу можно?

— Так нет его.

— Как?

— Уехал. До понедельника, сказал. У тебя срочное что-то?

Задумчиво перебираю пальцами лежащие на стойке карандаши.

— Нет, это подождёт. Спасибо, Насть.

Заруливаю на кухню за обещанным Паше кофе. Прикрыв дверь, ведущую в приёмную, набираю номер Захара.

Ответом мне служат длинные гудки…

Упорно набираю ещё. И ещё.

Он не отвечает мне весь вечер.

Строчу смс.

«У тебя всё в порядке? Перезвони.»

Он присылает сообщение почти ночью, когда я уже почти теряю надежду.

«Всё ок. Увидимся в понедельник. В выходные я не в городе.»

Роняю телефон на подушку. Бессмысленно таращусь в потолок. Тревога, поселившаяся в груди, не даёт мне нормально вздохнуть.

Альбина

Захару я больше не пишу.

Намёк понят. Дважды повторять мне не нужно.

Я очень не хочу связывать его сообщение с прошедшей накануне встречей. Но не получается. Зловеще-чёрный образ Мурата маячит в моей голове.

Он приезжал. Они говорили за закрытыми дверями наедине. Долго. После чего Захар уехал из города. Ну, или сказал мне, что уехал.

Паранойя ядовитыми щупальцами обвивает моё подсознание. Душит едва проклюнувшуюся веру в лучшее. В то, что всё наконец наладится. В то, что появился человек, который поможет мне. И который вот так неожиданно пропал, ничего толком не объяснив.

Твёрдо решаю поговорить с Захаром в понедельник с глазу на глаз. Я выясню, что происходит, чего бы мне это ни стоило.

Пока я просто стараюсь думать о хорошем. И действовать по намеченному плану.

В субботу еду в ЗАГС, чтобы забрать готовое свидетельство о браке.

Сидя на диване в своей пустой квартире, пальцем поглаживаю выбитую на бланке надпись — «повторное». Больше всего на свете мне хочется порвать эту дурацкую розовую бумажку, на которой написано, что я его жена.

Терпение, Альбина. Терпение…

Чуть позже набрасываю в блокноте краткое содержание заключённого между нами брачного договора. Я видела этот документ лишь пару раз, но кое-что помню до сих пор.

Составляю план искового заявления. Надеюсь, Захару это поможет. У него и так дел выше крыши.

В воскресенье рано утром встаю, чтобы убрать квартиру. Делаю всё, вплоть до мытья окон. После еду в спортклуб. Устраиваю себе марафон. По традиции колочу грушу, затем занимаюсь на тренажёрах и растягиваюсь. Музыка, гремящая в ушах, вкупе с физической нагрузкой, ненадолго позволяет мне отвлечься от гнетущих мыслей.

По дороге домой выхожу на несколько остановок раньше и иду пешком. Смотрю на окружающий меня тоскливый пейзаж. Унылая серость панельных домов, куда ни глянь.

Стандартная советская застройка, во Владикавказе — так же. Улицы, усиленно озеленяемые местными властями в летнее время, сейчас совсем не радуют глаз.

Могла ли бы я жить в этом городе? Таком, как тысячи других? После того, как стану наконец свободна и смогу выбирать… Могла бы, наверное. Но хочу ли?

Так, медленно, но верно истекают мои выходные.

В понедельник прихожу на работу с решимостью, созревшей внутри. Сразу же иду в приёмную. Настя говорит, что Захара не будет минимум до обеда. У него какое-то серьёзное заседание в кассационной инстанции, а это в соседнем городе за триста километров отсюда.

Так вот куда он уехал? Заметно оживляюсь. Значит, он не лгал мне. Всё-таки некоторая доля сомнения у меня была.

Рабочий процесс идёт бодро. Занимаюсь текущими делами. Потом идём обедать с Пашей и Алёной. Через пару месяцев ей предстоит декретный отпуск. Не так давно она вышла замуж, и невооружённым глазом заметно, что прямо-таки светится от счастья. Думаю, когда я наконец разведусь, у меня будет примерно так же.

Захар приезжает лишь к трём часам дня. Раздражённый. Скорее всего суд прошёл неудачно. Закрывается в своём кабинете, рявкнув Насте короткое: «Кофе».

Меня, стоящую тут же, не удостаивает даже кивком. Решаю не лезть на рожон и зайти позже.

После шести, когда все уходят домой, протоптанной дорожкой иду в приёмную. На удивление, Настя ещё на работе. Возится за стойкой. Обнаруживаю тут же старого знакомого — Сашу. Приветливо здоровается со мной. Кажется, он помогает Насте наладить систему видеонаблюдения, которая помимо службы безопасности, выводится и на главный компьютер здесь.

Кивком указываю Насте на дверь начальника, мол, можно?

Она лишь пожимает плечами. Выразительно поднимает брови и качает головой.

Понимаю, что Захар всё ещё не в духе.

Ну что ж. Мне очень жаль. Потому что ему всё равно придётся со мной поговорить сегодня.

Решительно направляюсь в кабинет. Постучавшись, не жду ответа. Захожу сразу же.

Он стоит спиной ко мне, у окна. Лбом упирается в стекло, покрытое с обратной стороны крупными каплями пролившегося с неба дождя. Открывшаяся мне картина отзывается болезненным уколом в сердце. Устал…

Обернувшись, вздыхает, как будто обречённо. Не рад меня видеть, да?

Прикрываю за собой дверь. Проворачиваю защёлку. Ясно даю понять, что разговор состоится.

— Привет.

— Здравствуй. Ну что, стоишь. Проходи, садись, — указывает на кресло для посетителей.

Аккуратно подоткнув юбку, устраиваюсь. Папку с документами кладу на стол, слегка подталкивая по направлению к нему.

Он прочёсывает волосы назад привычным мне движением, после чего ненадолго обнимает ладонями лицо. Устало трёт глаза.