Гвилин, выслушав речь друга, рассмеялся ему прямо в лицо.
— Помнится мне, как один самоуверенный, надоедливый и очень болтливый сидхэ, — Гвилин кивнул на Филана, — вылакал две таких бутылки и заявил, что лучше бы выпил лепреконского самогона!
— Я был молод и глуп! — воскликнул Филан, его лицо покраснело от стыда и воспоминаний.
— Ещё бы! — продолжил Гвилин. — Он заявил это в присутствии принца, который решил отблагодарить наш отряд за храбрость. Видела бы ты лицо Его Высочества в тот момент.
После плотного завтрака, состоящего из традиционных блюд, приправленных экзотическими специями, Филан решил перейти к более серьёзным делам, чем ностальгические воспоминания о прошлом.
— Ещё четверо последователей Тёмного Совета пали, — сообщил Гвилин, ставя на стол ещё одну бутылку вина. На этот раз это было ахейское, не менее дорогое, чем предыдущее, и его аромат наполнил комнату. — Одного настигли в Трое. Всё прошло относительно гладко, но в царство Эрихтония Дарданийца в ближайшее время лучше не соваться: наследили мы там. На Орионе достали того самого Химика; он сильно постарел, и сделал всю работу сам. За третьим гонялись по всей Ассуве, но нельзя ведь вечно убегать от своей судьбы. А вот в Нехебе ситуация вышла из-под контроля, — тяжело вздохнул Гвилин. — Последнему удалось попасть ко двору царицы Нехбет. Он предложил ей свои услуги в борьбе с её сестрой, обещая чудеса, и создавал для неё армию. Наши справились, но Нехбет была очень недовольна, её гнев был страшен и она убила обоих кидемонов, а также объявила Анамнес своим кровным врагом.
— Если бы она знала, какую змею она приютила, — сказала Клио, её голос был спокоен, но в её глазах таилась буря.
— Она знала, — ответил Филан. — Нехбет принадлежит Старшей Крови; её моральные принципы несколько иного рода, они выкованы в огне власти. Поверь, Клио, — он устало посмотрел на ученицу, — если бы Тёмный Совет продолжал существовать, она бы заключила с ними союз. Она бы заключила союз с кем угодно, лишь бы уничтожить свою сестру Уаджит. Печально то, что мы потеряли кидемонов, — он встал, решив размять спину. — После победы над Тёмным Советом нас осталось слишком мало. Мы были вынуждены покинуть многие миры. Слишком уж долго длилась Невидимая Война.
Походив немного, он вернулся на место и продолжил:
— Гвилин прилетел сюда как раз для того, чтобы мы могли реорганизовать Анамнес.
— Тёмного Совета больше нет, а из последователей остались лишь единицы. Мы можем позволить себе передышку и решить, как действовать дальше, — добавил Гвилин.
— Верно, — кивнул Филан. — Скоро на Тофос прибудут другие кидемоны, со всех уголков галактики — все, что остались. И по возможности, мы попытаемся перенести содержимое других хранилищ сюда. Тофос станет нашей основной базой, и мы начнём возрождать Анамнес. На это уйдёт время, поэтому пока что ты, Ибито, и остальные останетесь здесь. Считай это заслуженным отпуском — время восстановить силы и подготовиться к новым испытаниям!
— Значит, мне не придётся больше быть твоей ассистенткой? Какая радость! — облегчённо выдохнула Клио, и её глаза засветились от счастья.
— Это отпуск для Клио-кидемоны, а Клио-ассистентке отпуск не положен! — сказал Филан с лёгкой улыбкой, которая на мгновение сделала его моложе, и в его глазах вспыхнул огонёк шутки.
Вскоре на Тофос стали прибывать кидемоны. Это были Младшие с самых разных планет: все принадлежали к разным культурам, разным взглядам, но всех объединяло одно желание — защитить человечество от ужасов прошлого, помешать тем, кто решил использовать знания Великих во зло. С ними прибывали корабли, в тайне провоpившие на Тофос многочисленные артефакты. И с каждым днем Клио всё больше одолевала тревога, а вот её наставник был полон заразного энтузиазма и смело смотрел в будущее. Это успокаивало Клио, но лишь на время.
Ей не довелось принять полноценное участие в Невидимой Войне. Однако она всё же приняла участие в последнем сражении. В то время она только заслужила право носить меч, а конфликт уже подходил к концу. Оставшихся членов Темного Совета загнали на безжизненный мир Тхету — это была их последняя крупная базаа, скрытая в туманности, где звезды светили слабее, а тьма казалась гуще. У Анамнес нет собственной армии и флота, но в галактике полно тех, кто готов сражаться, не задавая лишних вопросов. Битва длилась несколько недель. Клио сразила многих чудовищ, но самая сложная битва была с одним Младшим. Она одолела его, но в последнее время вспоминала его искаженное злостью лицо. То, как он смотрел на неё. В его взгляде была бездна отчаяния и потерянной надежды и в то же время — торжество.
— О чём задумалась моя ученица? — спросил Филан, пока его пальцы легко скользили по гладкой поверхности информационного планшета, отображающего множество графиков и цифр. — Неужели нашёлся тот, кому удалось растопить твоё сердце, замерзшее в ледяной тишине космоса? — он хихикнул, радуясь своему глупому красноречию.
— Я даже не буду на это никак реагировать, — Клио вздохнула, её взгляд был прикован к дороге. Она посигналила автомобилю впереди; водитель которого, в бесцветном костюме и с безразличным лицом, чуть её не подрезал, а её наставник хихикнул, его глаза сверкали шаловливым озорством.
— Ну, один из кидемонов по имени Кииту Джин интересовался, не одинока ли ты. Все видели, как он смотрел на тебя, — продолжил Филан.
— Я не… — начала Клио, но её слова оборвались, когда Филан внезапно закричал:
— Остановись!
Её руки инстинктивно сжали руль, и машина, словно испуганное животное, резко затормозила, свернув на обочину. Это действие напугало нескольких пешеходов, одетых в яркие, пестрые одежды, и вызвало гнев водителей, которые начали сигналить в знак протеста.
— Ты что делаешь?! — возмутилась она, но Филан мигом вышел из автомобиля и начал обеспокоенно оглядываться по сторонам. Его взгляд был напряжён. Клио вышла за ним, не понимая, что происходит. — «Что случилось?» — недоумевала она, а потом почувствовала.
Вспышки Истока. Со всех сторон, словно взрывы падающих бомб. Где-то вдалеке прогремел взрыв. Она отчётливо почувствовала его, и в её голове пронеслась ужасающая мысль: «Оружие Истока!». Она повернулась к наставнику, хотела что-то спросить, но он, как и все вокруг, смотрел на небо, где тёмно-синий купол медленно растворялся. Одно за другим отключались силовые поля, защищающие столицу, их свечение мерцало, как последние вздохи умирающей звезды, а потом на город упал первый луч орбитального удара, озарив всё вокруг ослепительным светом.
***
На своём флагмане Локи устроил огромный импровизированный тронный зал. Это было место, где он проводил стратегические совещания и встречи с военачальниками. Зал был украшен военными трофеями: доспехами павших героев, величественными гобеленами, знамёнами поверженных Наследников Крови, которые были свидетельством его силы и множественных побед. В центре зала возвышался трон, сделанный из тёмной древесины с его родной планеты, украшенный сложной резьбой в виде древних рун и символов. Он сиял драгоценными камнями — рубинами, сапфирами и изумрудами, вкраплениями чистого золота, которые искрились даже в полумраке зала.
Локи сидел на своём троне, вырезанном в форме мифического зверя, и смотрел на боевую сводку, представленную огромной голограммой планеты. Планета медленно вращалась, окружённая множеством кораблей его флота, которые как стальные хищники готовились к нападению. По правую руку от трона стояла Сигрюн, крылатая валькирия, закованная в блестящую броню, украшенную золотыми узорами. Она опиралась на копьё, верхушка которого была выполнена в виде ворона — символа битвы. Её крылья, белее облаков, слегка дрожали в предвкушении битвы. По левую руку от трона стоял Хрейдмар, колдун. Его глаза, похожие на два холодных сапфира, неподвижно смотрели вперёд, а его руки, скрытые в длинных рукавах, играли с амулетом.
Немного позади трона, словно тень, стояла женщина в зеркальной маске, скрывающей её лицо от всех присутствующих. Её огненно-рыжие волосы, словно пламя, играли вокруг неё, создавая иллюзию танца. Ведьма из Фир Болг почти не шевелилась, но её присутствие ощущалось каждым присутствующим в зале.