Я не верила, что мы с пауком всерьёз обсуждаем мою личную жизнь и связь с Дарианом: я и принц Смерти — это какой-то анекдот!
— Хотя Мортимер попытается… — задумчиво добавил Око. — То, что тебя до сих пор не вызвали на ковёр — заслуга Стефи, умело прикрывающей брата.
— Я бы так не сказала, — прокомментировала я.
Паук же только фыркнул и прекратил разговор. Ну и ладно: не так уж хотелось продолжать обсуждение короны.
К тому же мы почти добрались до булочной. Аромат свежесваренного кофе и муската приятно ударил в нос, а я с удовольствием ускорила шаг, чтобы, наконец, встретиться с тётушкой.
Едва зайдя в помещение, я торопливо огляделась. «Корица» оказалась довольно популярным заведением среди горожан: почти все маленькие столики были заняты, а около раздачи толпилась длинная очередь. Я растерялась и протиснулась вглубь зала в поисках свободного места. Вдруг Софи ещё не пришла?
— Дорогая племянница! — окликнул меня незнакомый голос.
Может, обращались не ко мне? Не оборачиваясь, я продолжила свой путь.
— Мирочка! — мне на плечи легли тяжёлые холодные руки.
Я дёрнулась от неожиданности, резко развернулась и увидела Софи. Как я могла её не узнать?! Стало стыдно, что я не обернулась раньше.
— Софи-и-и-и, — протянула я и заключила в объятья тётушку, которая неохотно на них ответила.
Да что с ней сегодня? Второй раз называет меня племянницей: то в письме, то сейчас — хотя раньше я всегда была для неё дочкой, а теперь и обнимает будто против воли.
— Присаживайся! — позвала меня Софи за скрытый колонной столик в углу у окна.
Я повиновалась.
— Что закажем? — воодушевлённо спросила Софи, но в её взгляде не читалась радость.
Где морщинки в уголках её вечно смеющихся зелёных глаз? Почему её щёки не румяны, как всегда, — тётушка заболела?
— Племянница, — третий раз странно назвала меня Софи, напоминая о меню.
Я кивнула, пробежала глазами список предлагаемой выпечки, среди которой оказался вишнёвый пирог: думаю, отличная идея!
— Выбрала? — нетерпеливо спросила Софи.
— А закажи свой любимый пирог, который ты всегда пекла на мой день рождения, — отбросив все сомнения, предложила я.
— И чай?
— И чай, — я улыбнулась, провожая взглядом тучную фигуру Софи, направляющейся к столу раздачи.
Походка тётушки сильно изменилась со дня нашей последней встречи: она будто бабочка порхала между посетителями, не чувствуя груза лишнего веса, который раньше сильно затруднял её передвижение.
Софи вернулась быстро, а её дыхание оставалось ровным и спокойным: не было даже намёка на отдышку, которая сопровождала тётушку на протяжении десяти лет, что мы провели с ней под одной крышей.
— Официант скоро принесёт, — улыбнулась Софи, но её губы растянулись в хищный оскал.
Я помотала голой — мне показалось.
— Ну, племянница, р-расскажи мне, как ты добралась в Академию? — мягко спросила тётушка, а в её голосе послышалось кошачье мурчание.
— На самом деле, отлично, — соврала я. — Дядя Нираг довёз меня почти до столицы, после я сняла комнату на два дня на окраине Тормута, а, дождавшись даты отбора в Академию, прошла проверку в СиЛ.
— И что же дядя Нираг без остановки ехал два дня? — заинтересованно спросила Софи.
— Да, он так загнал лошадей, что на постоялом дворе ему пришлось их менять за дополнительную плату, — не прекращала свою ложь я. — Ты же знаешь, дядя спешил на службу в Лир, он и без того круг сделал, завозя меня в Тормут.
Софи понимающе закивала, а мои подозрения усилились. То ли в булочной нельзя говорить откровенно, то ли передо мной сидела вовсе не моя тётя. Как можно серьёзно реагировать на мой бред про несуществующего дядю Нирага, направляющегося в Лир, название которого я подслушала на ужине в поместье Доры? Я даже не знаю, где находится этот Лир!
Я почувствовала, что мои руки и ноги онемели от приступа паники, подкатывающего к горлу. Так, Мира, успокойся — всему найдётся объяснение. Я попыталась улыбнуться Софи, она же в ответ наградила меня вторым оскалом. По рукам побежали мурашки.
— Ваш заказ, — подошёл молодой человек в фартуке с фирменной вышивкой «Корица» и выставил перед нами две чайные пары, приборы и сочный пирог.
— Спасибо, — поблагодарила я официанта.
Софи взяла нож и умело нарезала десерт, а я протянула ей тарелку, предвкушая вкус детства.
— Мой любимый, — подчеркнула Софи, — гр-рушевый.
К-какой?! Я резко закашлялась.
— Дорогая, что с тобой? — забеспокоилась тётушка, состроив озабоченную мину.
Это точно не Софи! Я оперативно сориентировалась и схватилась за живот.
— Утром съела что-то не то, жутко болит, — я жалобно посмотрела на лжетётушку. — Ты не подскажешь, где здесь уборная?
— Кажется, прямо и налево, — растерянно объяснила она. — Тебя проводить?
— Нет, спасибо, я постараюсь недолго, — отделалась от её компании я. — Налей пока чай, ты же знаешь, я не люблю горячий.
Лже-Софи понимающе кивнула — ни черта она не знает! Я поплелась в сторону туалета, изображая адские муки и корчась от боли в животе.
Едва я закрыла за собой дверь, Око зашипел:
— Я просканировал ауру — это не Сильвана!
— Да я уже поняла! — огрызнулась я.
— Как? — в голосе паука послышались нотки сомнения.
— По пирогу.
— Что?
— Любимый пирог тётушки вишнёвый, а на грушу у Софи вообще аллергия!
— Молодец, наблюдательная! — похвалил меня паук, но это не отменяло нашего паршивого положения, в котором мы по моей глупости оказались.
— Что будем делать? — поинтересовалась я планами паука.
— До шпионки тебе ещё далеко, — размышлял Око, — поэтому выход у нас только один.
— Какой?
— Валить!
Я огляделась в поисках чёрного хода, но обнаружила лишь грязную форточку под потолком, свет через которую почти не проникал.
— Око, я не достану, — обречённо призналась я.
— Так подлети! Ты воздушница или кто?! — рассердился паук.
— Я не могу, не умею, — отнекивалась я. — Ты сможешь нас поднять?
— И впасть в спячку ещё на месяц?! — парировал Око.
— Но к тебе же вернулись силы…
— Но осталось паучье тело, — аргументировал маг. — Я либо отключусь, либо взорвусь.
— С чего ты взял? — умоляла я.
— Проверять не стану.
— И как же быть? — глаза предательски жгли подступающие слёзы.
— Ты знаешь заклятье левитации, — спокойно проговорил Око. — Просто примени его к себе.
— И разрушь всё заведение? — вспомнила я экзамен.
— А ты сконцентрируйся и дозированно вливай силу, тогда всё получится.
— Легко сказать!
Я закрыла глаза, а ровный голос Око продолжал гипнотизировать:
— Расслабься… Вдох. Выдох. Представь, что ты пёрышко, и тебе нужно медленно подняться. Хорошо… Вот так. Аккуратно. Не торопись… Молодец…
Спиной упёршись в холодную плоскую поверхность, я открыла глаза: я в горизонтальном положении животом вниз, а спиной касаюсь потолка, — прямо передо мной маячит грязное окошко, пролезть в которое уже кажется сомнительной идеей, но отступать поздно.
Выставив руки, я не без труда провернула ручку форточки и дёрнула на себя, параллельно поддерживая тело в воздухе. Я медленно вытянулась и попыталась протиснуться в узкое окно. Когда мне удалось с помощью заклятья левитации высунуться почти наполовину, в дверь уборной настойчиво постучали.
— Дорогая, ты скор-ро? — услышала я мурчащий голос, которым говорила лже-Софи.
Я потеряла концентрацию и повисла на окне.
— Давай сама, чуток осталось, — подгонял меня Око.
Я посмотрела вниз, и у меня закружилась голова. До мощёной дорожки узкого загаженного переулка мне лететь метра три. Попробов собраться, я вновь применила магию, но ничего не удалось: в голове роились мысли о личности человека, скрывающегося под личиной моей тётушки.
В дверь постучали сильнее.
— Быстрее! — занервничал Око.
Я покарабкалась по кирпичной стене вниз, соскользнула и, не успев сгруппироваться, резко упала на левый бок, сильно повредив руку.