— Любопытно, — оценила услышанное Дора.
— И смешно, — игриво добавила Кора. — Есть идея!
Азарта и смелости Коры мне действительно не хватало. Девушка предложила проследить за Роем, так сказать, поиграть в шпионов. Дора, как ни странно, охотно согласилась на аферу сестры, увидев в ней зерно здравого смысла. А я… Что я? Мне оставалось лишь довериться подругам, что я и сделала.
Глава 21
Казалось бы, какие проблемы могут сравниться с покушением на убийство тебя? Выяснилось, что отсутствие домашки — без шуток — учебный понедельник превратился в ад.
Сначала Госпожа Родос невзначай припомнила все мои публичные выступления и завалила вопросами по теме, которую я в глаза не видела, а должна была знать наизусть. Затем, не ограничившись одним выговором, профессор посвятила целый урок издевательствам надо мной и моими интеллектуальными способностями. Если она когда-то и изучала педагогику, то явно выше тройки у неё не стояло: такими методами Родос скорее отобьёт у меня всякое желание узнать «Историю Сидона», чем ещё хоть раз прийти на её занятие в хорошем настроении.
Кстати, Господин Дил сегодня тоже был в ударе: сначала пятиминутный тест по новой теме, которую, естественно, мы должны были изучить самостоятельно, а не бегать по вечеринкам в честь всяких там Мир. Но слушать насмешки профессора не в одиночку оказалось легче, ведь он проверял работы прямо на уроке и не воздерживался от колких замечаний и предсказаний наших будущих профессий. Мне выпала поломойка: в принципе, предсказуемо, — до поступления в СиЛ у меня были все шансы стать лучшей в этом деле.
Лишь профессор Тир не изменил своим привычкам и с упоением гонял огневиков по изученному материалу, а в мою сторону даже не взглянул — и на том спасибо.
Господин Лик, Зергал и профессор Ван также не обделили вниманием мою скромную персону. Если Господин Зергал и раньше нелестно отзывался о моих физических способностях, то Господин Лик довёл меня до истерики, заставляя призвать грибной дождик в аудиторию. Ещё профессор требовал, чтобы я освежила память и нашла там зачатки разума, дабы вспомнить формулу искры, — а я не забывала, только, видимо, профессора не предупредили, что с контролем у меня беда, потому вместо дождя я направила в сторону Господина Лика лёгкий бриз, как бы напоминая, что пока лишь одна стихия меня хоть немного слушается.
Разве рыжего красавчика это могло устроить? Конечно, нет! Его вдруг прорвало на нравоучительную лекцию о пользе самостоятельной работы, что занятие — это лишь тридцать процентов успеха, остальные семьдесят — то, что мы делаем вне аудитории. Очень поучительно! После очередного приказа призвать грибной дождь, я породила цунами — простите, но я пыталась сдержаться. Третий выговор в кармане.
Ах да, я совершенно расстроилась, когда меланхоличный профессор Ван, разочарованно глядя мне в глаза, сказал, что именно моя тяга к учёбе вселила в него надежду, что в группе Воздуха ещё не всё потеряно, но он ошибся. Профессор стёр с доски тему, устроился в кресле и засопел. Всё вернулось на круги своя, только мне стало очень стыдно.
Понедельник был безнадёжно потерян, помимо вспышки недовольства учителей, сплетни о моём якобы романе разгорелись с новой силой.
Одни решили, что преподавательский состав в курсе мои амурных дел и очень ими недоволен, потому повысил спрос с невзрачной воздушницы.
Другие всё-таки заметили моё исчезновение с вечеринки, аргументируя это нестерпимой жаждой уединиться с косоглазым преподавателем. Кроме того, нашлись желающие, готовые проводить меня к Аллее Свиданий, чтобы лично запечатлеть, как Фар посмотрит на меня влюблёнными глазами, а я смущённо покраснею. Мало в Академии домашки задают, раз адептам больше делать нечего, как за мной подглядывать!
Все обстоятельства вели лишь к одному: занятия с Фаром я завершаю по собственной инициативе. Хватит с меня, никуда я больше не пойду: запрусь в комнате и буду зубрить, чую, неделя предстоит сложная.
Зубрёжка слегка успокоила сорвавшихся с цепи, как гончие псы, преподавателей, точнее, они не перестали закидывать меня вопросами по пунктам, снесённым в учебниках мелким шрифтом и отмеченным звёздочками, просто я умело отбивалась.
Око, как никогда, взялся за моё образование: каждое мгновенье в комнате сопровождалось лекцией паука, выходящей за рамки программы Академии, с красочными примерами и разъяснениями всех непонятных мне моментов. Однажды я даже подумала, что Око мог бы в одиночку обучить всех адептов СиЛ, ведь артефактник транслировал знания во всех без исключения областях. Пауку было не важно, спрошу я у него биографию малоизвестного историка, жившего сто веков назад, или формулу вспахивания огорода — без ответа маг меня не оставлял.
За два дня интеллектуальных тренировок с Око я нагнала и даже перегнала всех своих сокурсников по всем теоретическим предметам. Жаль лишь, что моя физическая подготовка как была никудышной, так таковой и оставалась: отрабатывать броски и подсечки на пауке не представлялось возможным. Именно поэтому я продолжала ходить немного избитой Стефи — я-то знаю, что мои синяки — цветочки, по сравнению со случившимся на поляне, да и привычно мне уже получать выговоры со стороны Господина Зергала, считающего, что я за воротами Академии и дня не продержалась бы. А вот и нет! А вот и не угадал! Мне хотелось похвастать своими героическими четырьмя сутками выживания на пути к СиЛ, но зачатки разума в голове не позволили мне лишний раз открыть рот, привлекая внимание. И без историй о встрече с троллями и первой симпатии к мужчине в трактире я стала самой обсуждаемой персоной Академии, но слухи о романе когда-нибудь закончатся, а вот бредни меланхоличной блондинки запомнят навсегда.
К тому же, оценив позитивный опыт прогула «типа занятий с Фаром», я пропустила урок и во вторник, и в среду. Кстати, сегодня четверг — отличный день, чтобы не прерывать эту замечательную традицию.
— Чего замечталась? — проворчал Око. — Учиться не собираешься? А ну пошла бегом!
Я беспрекословно направилась к двери: ещё целый час — проведу его в саду.
— Ой, стой, — задержал меня паук. — Вон ту книжечку мне достань и открой на девяносто пятой странице.
— А самому никак? — нехотя подошла я к книжной полке.
— Не надо рисковать моими силами: после комы я не уверен, что смогу контролировать магию, — распереживался маг.
— А моими силами, значит, рисковать можно?! — поддела я артефактника.
— А ты не рискуешь. Ты под пристальным присмотром опытного мага, — намекнул Око на себя.
— Ой всё! На! — я положила на стол раскрытую книгу, взятую из хранилища, доступ в который мне запрещён.
Пока у Око не появилось новых просьб, я бросилась к двери.
— Удачного дня! — послышалось за спиной.
Да уж, день точно будет удачным, когда на пороге обнаруживаешь красный конверт с приглашением к самому ректору Арону — вот так сюрприз. Схожу-ка я, пожалуй, прямо сейчас. Думаю, Арон в семь утра ещё нежится в своей огромной преподавательской ванне, а не сидит в душном пыльном кабинете и ждёт меня. Тьфу! Зачем я ректора в ванной представила?! Короче, пойду, поцелую дверь и со спокойной душой отправлюсь на пары.
Так я и сделала, только банные процедуры Господин Арон явно закончил раньше, ибо его недовольное долгим ожиданием меня лицо было более чем красноречиво.
— Д-доброе утро, — заикнулась я.
— Вы так считаете, мисс Мира?! — голос ректора звучал слишком резко, будто он узнал, что я сбега́ла из Академии за конфетами для паука, который никогда не числился в Канцелярии фамильяров.
— Погода вроде чудесная, — оправдалась я.
— Чудесная, чтобы прогулять, — хищно глядя на меня, дополнил Арон.
— Простите…
— Одних извинений недостаточно! — перебил меня маг.
— Я не то хотела сказать, — попыталась вставить слово я, но ректор вновь вмешался.
— А что вы хотели сказать?!
— Что я не пропускаю занятия, — развела руками я. — Вы можете спросить любого из профессоров: я посещаю всё.