А Карис, значит, времени зря не теряет. Пока она занимается сельским хозяйством, он уже новую зазнобу себе нашел. И даже активно ее обхаживает. Хочется верить, что графине хватит ума понять кто перед ней. Но если нет?
Алес решительно встряхнула головой. Женская солидарность уступила более трезвому рассуждению — не действовать сгоряча. К тому же, в голове промелькнула идея. Дерзкая, удачная и… подлая. Да, себе можно не врать. Порядочный человек на такое бы не пошел. Придется пройти по самому острию. Зато, в случае успеха, предшественница будет полностью отомщена.
Чтобы ударить Кариса по кошельку — могут понадобиться годы. А вот по репутации… Кто сказал, что нельзя подмочить репутацию мужчины? Если отринуть совесть и действовать с умом, то можно все.
Пусть барон идет к своей цели. Пусть очаровывает графиню, медленно подводя ее к свадьбе. Пусть. И когда ему останется последний шаг — разразится грандиозный скандал. И такой, что все общество начнет обходить «страдальца» стороной. Главное, подойти к делу с фантазией. Причем провернуть это надо так, чтобы об ее участии догадывался лишь он один.
Может не слишком разумно. Но девушка никогда не была сторонницей анонимной мести. Враг должен знать, от кого прилетел «кирпич».
* * *
Вернувшись, Лайон обнаружил сестру в библиотеке. Алес просматривала книги и что-то напевала себе под нос. Настроение у нее было приподнятым.
— Слуги сказали, что ты здесь. — произнес парень, прикрывая за собой дверь.
— Угу. — все с той же безмятежной улыбкой Алесия сняла с полки еще один том. — А ты пришел закончить недавний разговор? — она метнула в сторону брата быстрый взгляд. — Так что там рассказывает всем Карис?
На этот раз, Лайон был готов. Не зря же столько времени обдумывал ответ.
— Ничего такого, что имело бы отношение к реальности. Просто жалуется всем, какая нелегкая жизнь была у него в браке.
Девушка изогнула бровь. Но не успела ничего сказать, потому что граф ее опередил.
— Пусть это останется на его совести. — быстро проговорил он. — А у меня, между прочим, кое-что для тебя есть.
Улыбнувшись уголками губ, Лайон вытянул руку, которую до этого момента держал за спиной. Алесия увидела симпатичную шкатулку.
— Это что? — заинтересовалась она.
Для драгоценностей вроде большая, для чего-то серьезного — маленькая.
— Просто открой.
Зеленые глаза загадочно поблескивали. Алес ощутила, как внутри поднимается волна любопытства. Судя по таинственному виду брата, в шкатулке лежало что-то необычное… Скорее всего.
Затаив дыхание, она медленно подняла резную крышку… И восторженно охнула.
— Шоколад⁈
Да, это был он. Черный. Наколотый неровными кусками. Но такой родной. А запах… Алесия невольно сглотнула, чувствуя, как прочие мысли улетучиваются из головы. Так пахло на кухне, когда мама делала шоколадный торт. В сердце шевельнулась тоска, но усилием воли девушка загнала ее поглубже. Не хватало вновь дать волю слезам.
То есть, поплакать конечно можно, но на этот раз лучше не при брате. Его нервы стоит иногда беречь.
— Это так мило с твоей стороны…
Лайон просиял. Он и не ожидал, что столь малоприятная вещь произведет на сестру такой эффект. Лично у него, при одном взгляде на содержимое шкатулки, появлялась горечь во рту.
Девушка снова вдохнула густой аромат. Затем выудила крошечный кусочек. Мечтательно улыбнулась. И… отправила его в рот.
Лайон дернулся, понимая, что не успеет ее остановить. Да и… Ему и в голову бы не пришло, что она начнет есть сырой шоколад. У любых странностей должен быть предел.
— Ну… и как? — поинтересовался он, глядя на округлившиеся глаза.
— Очень горько. — выдавила Алес, мужественно дожевав кусок.
Все остальные характеристики были исключительно непечатными. А мысли, наводнившие голову, явно не стоило озвучивать вслух. Потому что горько — это было еще мягко сказано. Шоколад буквально обжигал рот. Судя по послевкусию, помимо какао-бобов туда щедро намешали перца, сдобрив сие безобразие щепоткой ванили и корицы. Но запах бесподобный, это да.
— Это же шоколад. — пожал плечами Лайон. — Было бы странно, окажись он вдруг сладким.
Странно⁈ Угу. Для этого мира, наверное, так и есть. Это то же самое, как если бы в ее родном мире кто-то решил сварить варенье из пельменей.
Придется признать, лакомство из местного шоколада не соорудишь. Даже если залить медом в соотношении десять к одному. А уж кормить подобным детей, можно только в качестве наказания. Девушка нахмурилась. Обидно, когда планы идут через то место, на котором обычно сидят.
Лайон проявил неожиданную наблюдательность.
— Мне кажется, или ты ожидала чего-то другого?
— Да… Нет. — брата обижать не хотелось. Действовал-то он от души. — Просто необычный вкус.
— Омерзительный, если быть точнее. — хмыкнул парень. — Монахи варят его с небольшим количеством воды, потом разводят горячим вином и пьют, дабы постичь горечь и несовершенство земного мира.
Разводят вином? Звучало на редкость извращенно. Нет бы использовать молоко… Алес замерла, уставившись на шкатулку. Молоко… Неуемные шестеренки в голове закрутились с новой силой.
Конфеты из местного шоколада не выйдут. А вот какао — вполне! Молоко приглушит остроту, мед добавит сладости. И получится в меру терпкий, пряный напиток. Состояния, конечно, на этом не наживешь. Но не все же упирается в деньги. Кое-что можно изобрести чисто для души. К тому же, какао неплохо стимулирует мозг. Почти как шоколадка перед экзаменом.
— Судя по твоему взгляду, ты что-то задумала. — Лайон внимательно следил за сменой выражений на ее лице.
Девушка в ответ лишь загадочно улыбнулась.
— На кухне есть молоко и мед?
* * *
Кухарка явно не ожидала вторжения в свое царство. Но все необходимое выдала, мудро не задавая вопросов. И даже освободила часть решетки в камине, которая была вместо плиты.
— Госпожа, если изволите приказать…
— Нет, я справлюсь сама. А ты пока отдыхай.
Алесия налила в ковшик молоко и поставила его на огонь. А пока оно грелось, принялась крошить огромным ножом шоколад. Немного. Всего несколько кусочков. Граф не сводил с нее внимательных глаз.
— Только не говори, что собралась мешать его с молоком. — не выдержал он, когда сестра с решительным видом направилась к плите.
— Почему бы и нет? — фыркнула девушка, сгружая шоколадную крошку в ковш.
Ее охватило вдохновение с легкими нотками веселья. А ведь день оказался совсем неплох, за исключением пары моментов. Первый контакт с кожевниками налажен. Кожа закуплена. И даже поведение Кариса ей на руку. Особенно теперь, когда в голове поселился «коварный план».
Есть что отметить чашечкой ароматного какао. И неважно, что уже почти ночь.
Когда последние кусочки шоколада растаяли, окрасив молоко в светло-коричневый цвет, Алес добавила туда пару ложек меда и сняла «варево» с огня. Знакомый с детства запах приятно щекотал нос.
— Ты уверена, что это безопасно? — с сомнением спросил Лайон, разглядывая содержимое чашки, которую ему вручила сестра.
В глазах Алесии заплясали веселые искры. Уверена ли она? Разумеется нет. Но кто не рискует, тот обречен до самой старости пить травяной чай. Поэтому, подмигнув брату, она первая сделала глоток. И замерла, прислушиваясь к ощущениям.
На языке чувствовался легкий, приятно-шоколадный вкус. Не горький. Но и без приторности. Нотки корицы проступили чуть ярче, а острота почти отступила, замаскированная молоком и температурой напитка.
Вот чем нужно согреваться в разгар холодной зимы. Слушать завывания метели за окном и вдыхать тонкий аромат горячего шоколада…
— Ну и как? — не выдержал Лайон, все еще не рискуя последовать примеру сестры.
— Превосходно! Получилось даже лучше, чем я ожидала.
Молодой человек поморщился, не скрывая своего скептицизма. Затем обреченно вздохнул. И одним глотком осушил половину чашки, словно там было не какао, а на редкость противное лекарство.